Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

— Как Маша? — она все же пытается перевести разговор. Выигрывает еще время для себя.
— Она далеко. С ней все хорошо. Насколько мне доложили. Глеб сейчас занят нами. Потому к ней не дотянется. А если попробует, я смогу ее защитить, — Николай закрывает глаза, прячет свою боль и неизменную любовь.
Как ему хочется бросить все и помчаться к ней. Увидеть снова. Просто ощутить, что она рядом. Нельзя. Не сейчас. Возможно… никогда… И он должен это принять. И в свою очередь позаботиться о ее безопасности. Чтобы больше никогда Манюня не оглядывалась в страхе, жила своей жизнью и ни в чем не нуждалась.
— К ним, — тихо поправляет его.
— Что? — на время Коля погрузился в свои мысли и утратил нить разговора.
— Сергей твой сын. Это я раскопала до больницы. Тысяча процентов твой…
— Знаю… — он делает судорожный глоток воздуха.
Он всегда это знал… Без подтверждений, анализов, фактов. Но позволил злости и обидам взять верх. Цепляться за ложь…
Каким же он был идиотом… так просто отпустил любовь…
Утратил ту, что до сих пор является смыслом его существования. Манюня и их общий сын… Он пропустил все, и за это нет ему оправдания. Как нет прощения и за его веру в ложь.
Он не имел права сомневаться в любимой. Должен был бороться… Ведь такое чувство — это раз и на всю жизнь.
— Много дров наломал, — Паулина читает все в его взгляде. — И я ведь поначалу тоже недолюбливала ее. Была уверена, что она предательница раз столько лет жила с Глебом. Все мы ошибаемся, Коль, — Паулина сжимает его ледяную ладонь.
— Не все ошибки можно исправить.
— В твоем случае далеко не все потеряно.
— Угу, — Коля отворачивается.
Паулина хочет приободрить, вернуть ему веру. Только поезд ушел, Коля слишком многое упустил. Ему сейчас даже стыдно смотреть любимой женщине в глаза. Нет ему оправданий. Козни Глеба не обеляют его.
— Глеб может быть очень убедительным. Мне ли не знать, — Паулина снова угадывает направление его мыслей.
— Что он с тобой сделал? — Коля спрашивает тихо.
Подруга еще ничего не сказала, а ее боль уже плотной завесой ощущается в воздухе.
— Я была его невестой, — ловит удивленный взгляд Коли. — Да, да сейчас сложно поверить, но я была настолько молода и глупа, что влюбилась в него… А Глеб запал на деньги моей семьи. Мама с папой владели сетью супермаркетов. Я родилась в очень обеспеченной семье. Но деньги не испортили родителей, они были открытыми и добрыми людьми. За что в итоге и поплатились, — Паулина прерывается, берет стакан с полочки, делает судорожный глоток воды. Рука дрожит. — Они приняли мой выбор. Их не смутило, что парень за душой не имеет ни копейки. Папа обещал, что нам поможет, главное — это мое счастье. А я дурочка наивная верила, что мое счастье рядом с Глебом. Он был вхож в наш дом. Отец устроил его к себе в офис. Там Глеб собирал компромат. А потом натравил местных авторитетов на отца. А меня… меня, — она закусывает губу. Так что выступают капли крови. — Я пришла домой и нашла трупы своих родителей. Их застрелили… кто это сделал, следствие до сих пор не установило… Даже если не Глеб собственноручно, то точно он к этому причастен. А меня в тот же день затолкали в машину и отвезли к тому, на кого работал Глеб. Он меня продал… как вещь… ненужную и использованную… Несколько лет я была во власти страшного человека. Что только он со мной не делал… Когда надоела не отпустил… делился с друзьями… — она хватает ртом воздух, задыхается. — Я освободилась только когда он умер. Сбежала. Стала военным корреспондентом. Думала там, где свистят пули, смерть подстерегает на каждом шагу, я найду свой конец. Но выжила, — горько усмехается. — Наверное, пока не время. Я обязана отомстить. Так что, Коль, начал свой бизнес Глеб на деньги, полученные за мою семью. А дальше он пошел по той же кровавой дороге. Странно… он лечит людей в своих клиниках… а создавал их на предательствах и крови… Жестокий парадокс жизни…
— Он за все ответит, Паулинка… обещаю… — откровения подруги выбивают почву из-под ног. Ему хочется ее утешить, но Николай, прекрасно понимает, что словами тут не поможешь. Боль Паулины не унять.
 
— Для этого и живу, — она подмигивает. Старательно прячет внутри себя эмоции, которым ненадолго позволила просочиться наружу.
Даже тогда ни Николай, ни Паулина не подозревали насколько кровавой и долгой будет эта битва. Их враг слишком коварен, и за годы безнаказанной жестокости оброс опасными связями. Только отступать и сдаваться нельзя. И вопреки всему, они боролись, одержимые желанием уничтожить зло.
Николай делал все, чтобы его Манюня оставалась в безопасности. Пока ведется беспощадная война.
И когда казалось, через год бессонных ночей и хождению над пропастью, подлостей и обмана, наметился прогресс. Они практически загнали Глеба в угол… Он ударил в спину.
Нож вошел между лопаток Николая.
Тьма засасывала, забирала к себе. Боли не было. Только дикий страх, за ту, ради которой он жил, боролся, существовал.
— Манюня… — хрипел он посиневшими губами.
Пока тьма окончательно не забрала его к себе.
  
Глава 57
 
Маша
Два года спустя…
— Мария Михайловна, мы поймали ворюгу! — предварительно постучав, охранник с довольной улыбкой входит в мой кабинет.
— Отлично! Это не тот ли, которого вы в прошлый раз упустили?
— Да! Он! Сто пудов! — улыбка парня становится еще шире. — Снова горячительными хотел поживиться.
Два дня назад у нас украли дорогой коньяк. Вор на камерах засветился вскользь. Опознать и найти было нереально.
— Милицию вызвали?
— Игнат звонит. А я сразу к вам докладывать!
— Рада, что вы исправили упущение.
— А мы-то как рады!
В нашем магазине кражи происходят не так часто. Чем я очень горжусь. Поэтому особенно приятно, что охрана смогла быстро найти злодея. Не хочу, чтобы кто-то портил репутацию доверенного мне магазина.
Уже год как я стала управляющей одного из супермаркетов. Начинала с выкладки товаров, много работала, порой спала час-два не более. Но оно того стоило. Меня заметили. Я шла по карьерной лестнице вверх очень быстро. Добивалась всего сама и мне это безумно нравилось. Каждое новое повышение, давало стимул стараться еще больше.
Так что на данный момент я могу обеспечить все, что нам с сынулей нужно и даже задумываюсь об ипотеке. Хочется собственное жилье.
Я полюбила этот город, людей, воздух. Мне все тут мило и я чувствую — тут мой дом. Сергей тоже делает успехи в учебе, очень увлекается иностранными языками, сейчас изучает три, но планирует начать и четвертый. Так же ходит на спорт, много читает, помогает мне по дому, даже если я об этом не прошу. Очень он вырос и повзрослел за эти годы. Настоящим мужчиной стал. У него даже появилась подруга, они вместе с ней в кино частенько ходят.
Для меня как для матери самым приятным было, что Сережа мне все рассказал, поделился мыслями, эмоциями. Доверительные отношения и взаимопонимание с сыном — это ли не счастье!
Сережа очень радовался моим успехам, подбадривал меня, когда я в чем-то сомневалась.
— Мам, нет вещей, которые тебе не подвластны! Ты со всем справишься!
И я справлялась, наверное, в первую очередь, чтобы не разочаровать сына.
Отцу я помогла. Оплатила ему лечение и дальнейшее пребывание в санатории. Анжела умерла, как мне он сказал. Сердце остановилось.
Эта новость не вызвала во мне никаких эмоций. Я не желала ей подобной участи, но и оплакивать мне некого. Ее сыновья, пока папа был на лечении, были у моей матери, после он забрал их домой. Глеб не появился, не затребовал права на сына. А папа любит парней, для него они его дети, и не важно, что там показывают тесты.
Отец переехал из нашей деревни, продал дом и поселился около моря. Ловит рыбу и продает ее. На жизнь хватает. Но если надо я всегда помогу, только отец у меня помощи больше не принимает, говорит, что сам справится. Морской воздух, жизнь вдали от козней и склок действительно пошла ему на пользу, вижу, как он молодеет, когда говорю с ним по видеосвязи.