Вестник (СИ)

Внутри квартиры все двери были открыты. Кроме одной. Падший пролез под оградительной лентой и постучался в неё.
— Господин Уилкинсон, вам всё ещё плохо?
— Что? Нет, нет. Извините, нико… Не всегда удаётся увидеть труп. Особенно, такой.
Полицейский, уткнувшись в стену, боком выдвинулся из туалета к выходу.
— Вас просили известить, что результаты экспертизы будут готовы завтра.
— Да-да-да, всенепременно. С утра зайду. Надо только до дома добраться.
— Минуточку. Шелби, мы вместе искренне желаем поспособствовать вам в работе с этим делом.
— Неожиданно. Но гражданские лица не имеют право как-либо участвовать в расследовании.
— Да я…
— Гарри это известно. Просто, учитывая тесную связь со случившимся, его дух не может простить бездействия.
— Тесную? Вы как-то были знакомы с жертвами?
— Я водил её на свидание, — заикнулся несдумчиво гитарист:
— Одну из них. Это всё.
— Вот как. Знаешь, ладно, не в моей юрисдикции лишать тебя вершить справедливость. Запиши мой номер, звоните завтра, я дам указания, что нужно будет сделать.
— Понял, Ш… Господин Уилкинсон. Рад, что вы понимаете.
— Да не за что-у…, - полицейский забыл о ступеньке перед его ногой:
— С такими виражами меня точно вывернет. Аккуратненько, по стеночке…
Когда он покинул этаж, Энвил с подозрением обернулся к Гарри-Дурьеру.
— Серьезно?
— Что?
— Ты ходил с одной из девушек на свидание? Мы поэтому здесь?
— Ну, вроде того. Она меня шаурмой накормила, когда я там ночевал.
— Gigolo.
— Я не прокажённый вымаливать милостыню. Это была жалость. Обидно, поблагодарить отказался. Задело меня это сострадание.
— Она не хотела нас оскорбить, учитель.
Вестник только хотел ответить, как вдруг, живот у Онгэйда заурчал. Гарри же сложил подчинённые им руки.
— Это я и тогда понял. К чёрту. Парни, никто есть не хочет?
— Я не прочь!
— Про тебя ясно, Джейден. Я просто не догадывался, что после смерти надо наполнять желудок. Может, сводите бедолагу до ближайшей закусочной?
— Не выйдет. Совсем недавно мы потеряли наши денежные средства. Если быть точнее, они сам от нас ушли.
— А как же поездка в Ирландию? Италию? Нам разве не нужен бюджет.
— Я намеревался отложить эти раздумья на потом. Сразу после дела.
— Хорошо решил. Только я не могу думать, не поев. Уже невтерпёж. Пошли, придумал кое-что.
Опытный владелец бизнеса, стремясь к идеальной формуле купле-продаж, как плотник с рубанком, снимает с рабочих часов ненужные слои без клиентов, доводя до золотой сердцевины. Часы гарантированной прибыли. Есть и рисковые. Не все готовы назвать их идиотами, однако их стратегии также не всеми поддерживаются. Кучка народу, что соберётся за ночь, будет равна той, что придёт в первые пять минут обеденного перерыва. Но даже гроши звенят. Поэтому, некоторые позволяют себе не закрывать ларёк, заручившись плодами экономии. Половину ингредиентов для уличного блюда, что берут исключенцы, под замок, а ключ в карман. Ночью лишние деньги тратить нельзя. Всё готово лишь для заработка.
Новый, набитый средним количеством ещё не зажаренного филе, вертел стал в паз. Точильная указка завозилась по лезвию тесака. В действиях повара ни капли дрожи. Усталости тоже нет. Ночная смена только началась. Лязг по железу и тряск от неожиданного веса инструментов ознаменовали проникновение.
— Ты хотя бы знаешь, как её приготовить? — Энвил подозвал зафартученного.
— У этой будки я был так много раз, что можно было сюда устроиться. Меня, разве что, за чистоту могли не взять. Джейден, тебе маленькую?
— Среднюю, если можно.
— Сегодня можно.
— И вы потом как собирались ужинать?
— Сначала Джейден, потом я.
— Я, скорее, про детали процесс.
— Две души — двойной аппетит.
— Умно подмечено.
— Спасибо, учитель.
Гарри нагнулся под стол. Он искал мучную лепёшку с пятнами от запечения, которую, заметив, в количестве двух штук водрузил на деревянную доску. Зубастыми щипцами поварской новичок набросал овощей и салата. Схватился за нож и с уважительным видом взглянул на вертел справа от него. Оценив обстановку, он снова полез под стол. Там Гарри нашёл шпатель. С ним резать мясо было удобнее.
 
— Почти, как разделывать тушу. Мягче, только.
Кусочки брякающе упали на предполагаемый для них поднос. Внезапно, забрякал ещё декоративный подоконник. По нему стучали ладонями.
— Дарова! - перегаром выдал явившийся.
За ним поддёргивались ещё двое.
— Доброй ночи.
— Заверните-ка нам штучки три с собой.
— Йи, Дойл, ну тебя с этой дрянью.
— Лью дело говорит. Тебя прошлый раз с буррито так вдарило.
— Я в себя влил достаточно. Не возьмёт меня хавка. А есть я хочу жутко.
— Траванёшься, я тебя до бочка тащить не буду.
— Заткнитесь оба. Одну сделай острую. Очень.
Жгучий соус по ночам просят редко. На столе и в холодильнике его не было, и только стикер на дверце всё разъяснял:
— Острый соус, картофель и сыр ночью не предлагать!!! Замечу растрату — уволю!!!
— Извините, но я могу сделать только три обычных.
— Чё говоришь? Ближе, не услышал.
Повар наклонился и повторил:
— Только три обычных могу…
В нос уткнулся 911-ый.
— Дойл, что за…
— Дойл, ты что…
— Я сказал вам обоим заткнуться! Слушай сюда, тюрбан, я спокоен, когда трезв. Но сегодня не твой день. Мне нужен блядский соус. Либо он слетит на шаву с твоей башки, либо ты его мне найдешь.
— Ладно. Если дадите, я схожу в магазин за…
— И чтоб ты сибаса сделал? Тут ищи.
— Да чтоб тебя, — скрывшись у заднего проёма, ворчит Энвил:
— Хоть бы дел не натворил.
— Учитель не умрёт так.
— Нам не нужно, чтобы здесь нашли труп повара. У парня семья небось.
— Ты готовить будешь, а?!
Гарри помотал головой.
— Да. Ствол только опусти.
Мясо легло в указанное место, повар трепетно завернул лаваш и положил на гриль. Повтор готовки пришёл на пользу. Под нервами иногда получается быстро освоиться. Второй свёрток лег обжариваться.
— А острая где?
— Сейчас.
Гарри нагнулся. Был услышал хлопок пробки и звук чего-то сыпучего. Однако, пьяный только задёргался, пытаясь показать раздражение, залитое алкоголем.
Процедура вернулась в прежнее русло. Лепёшка, салат и овощи, мясо. Последним к заготовке повар поднёс горловину бутыли. Красная жижа легла на еду очень быстро, что даже этикетку на сосуде никто не заметил.
По очереди Гарри выдал запакованные в картонную обёртку две шаурмы. Третью положил в руки уже скипающему от нетерпения.
— Оплата? — спросил его повар, держа вместе с ним блюдо.
— Свинцом принимаете?
— Э… Нет.
— Мы друг друга поняли.
Пьяный развернулся уйти, подняв себе настроение угрозой, как вдруг, за горло куртки его подтянуло к стойке. Будучи отравленными, чувства притуплялись неожиданным. Кадык гладился об кухонный нож.
— Пушку отдай!
Смелость улетучилась. Треморная рука поднесла оружие.
— Один из вас, деньги за жратву. У меня сегодня пальцы дёргаются. Быстрее, вашу мать!
На поднос для банкнот упало требуемое.
— Я бы вам урок преподал, особенно тебе, дорогуша, если бы настроение было. Поэтому просто отпущу. Единственное, что… Свинота, ау?
Воротник натягивался. Заложник готовился потерять сознание. Гарри его одёрнул.
— В чувства пришёл. Успокойся. Такое бывает, когда тебе тычут в нос. Питание помогает. ЖРИ!
Шокированный пьянчуга не понял.
— Шаурму открывай!
Приказ пойман, упаковка слетела, пьяный вцепился зубами в пищу.
— Отлично. Прожуй тщательно, проглоти и уёбывай от моего вагончика. Парни, ещё одного здесь увижу, располосую так, что жрать будет нечем, ясно?
— Да!
— Так точно!
— Ещё солдат. Позорище. Валите, — Гарри отпихнул заложника. Трое в темпе удалились, лишь только было слышно пьяное кряхтение.