Возмездие (СИ)

Зацепить «пауком» удалось лишь одного гада. А нас задело лишь слегка.
Мы продвинулись к врагу еще на несколько шагов:
— Сейчас! — снова скомандовал я и поднял щит.
Все брошенные «пауки» не достигли цели. За спинами Неспящих возникла Грета и прикрыла их своим щитом. Теперь два щита практически соприкасались и, можно сказать, мы стояли с врагом нос к носу.
— Где Мари⁈ — крикнул я.
Грета холодно улыбнулась, какое-то время смотрела на меня немигающим красным взглядом, затем ответила:
— Ты ее не найдешь. Хочешь вернуть свою девку, отдай мне Густава.
— Только через мой труп!
— С удовольствием, — Грета снова натянула на лицо эту жуткую безэмоциональную улыбку. И все остальные Неспящие синхронно оскалились.
— У тебя мало времени, алмазная кровь! — Грета развернула пространственный проход. — Или ты приводишь Густава ко мне завтра в полночь или твоя девка умрет.
И, все как один, Неспящие слаженно вошли в проход, а после исчезла и Грета.
  
Глава 21
 
Я стоял на балконе самой высокой башни масскарского замка. Поднялся ветер. Темные облака неумолимо подступали к городу и грозили вот-вот разродиться грозой.
Внизу выстраивались в шеренги послушные имперские солдаты, которые теперь беспрекословно перешли на нашу сторону. Я передал Густава в чуткие учительские руки Динокеса и назначенного мною генерала Кристофа Хаулса. Здесь они и без меня разберутся.
Масскар мы взяли без боя. И практически без жертв, не считая дюжины Неспящих, руководивших армией. Мы вернулись с Густавом вовремя. Имперские солдаты уже готовы были к наступлению, но этого к счастью не произошло.
Герцог Суинис, как присягнувший Ворлиарам, тоже не стал для нас помехой. Его даже в плен брать не пришлось, он исполнял все, что говорил Густав под нашим чутким наставничеством.
Но только тем, что мы сумели заполучить Густава, проблемы наши не решались. Уже через час после нашего возвращения разведка доложила, что весь Запад и Север взят под контроль Кройцами, а точнее Камиллой Ворлиар. Теперь у нас де-юре выходила гражданская война, а де-факто мать и сын превратились в марионеток, застрявших между двух огней.
Мы будем пытаться убить Камиллу, чтобы лишить врага преимущества. То же самое попытаются проделать они. Но, скорее всего, ни у нас, ни у них ничего не выйдет — уж слишком стратегически важны нам наши марионетки. А значит быть большой войне. Одна половина Адары, против второй половины.
Позади послышался легкий шорох платья. По одним только легким шагам я узнал Линетт. Она подошла и застыла за моей спиной, не смея обратиться. А я не спешил поворачиваться к ней.
Первые всполохи молнии сверкнули в небе, на мгновение повисла звенящая тишина, которую тут же разорвал раскат грома. Сильнее пахнуло ветром, донесся запах приближающегося дождя.
— Ты простишь меня? — тихо спросила Линетт. — Это все из-за меня, я не должна была, но баронесса сама…
Линетт запнулась и тихо всхлипнула. Я не обернулся.
— Я ведь не специально, — уже не скрывала слез Линетт. — Да, я разозлилась на нее, когда увидела ее чувства к тебе. И она была так сердита на меня, но я не желала ей смерти. Ни за что бы не пожелала.
Я достал монету поиска, которую не выпускал из рук с тех пор, как мы вернулись на Юг. Я потер монету, подставил под срывающиеся крупные дождевые капли. На монете вспыхнул фиолетовый треугольник, указав острием на запад. Мари все еще была жива.
— Я верну ее, — ответил я Линетт.
Она оказалась рядом и напряженно застыла.
— Отдашь им Густава? — В голосе Линетт не было осуждения или несогласия, напротив, ее голос звучал смиренно, явно давая понять, что она примет любое решение, даже если оно будет безрассудным.
— Отдать им Густава, подписать нам всем смертный приговор, — отчеканил я. — Я сам ее найду и верну.
— Они убьют тебя… — Линетт всхлипнула.
Я промолчал.
Из другого конца башни, где-то еще с лестничного пролёта послышался радостный крик Тай-Тай:
— У нас получилось! Тео! У нас получилось!
 
В небе снова громыхнуло. Крупные капли воды шумно застучали по крыше, подхваченные ветром, они брызнули на нас с Линетт, заставив отпрянуть от края балкона. Внизу Динокес, Хаулс и Густав начали спешно заводить солдат в город.
— Тео! — запыхавшаяся, раскрасневшаяся и растрепанная Тай влетела на балкон. — У нас получилось! Мы с магистром Чаккерс, Хагеном и Дайрой сумели! Идем, ты должен это увидеть!
Я поспешил за Тай, почувствовав, как Линетт проводила меня грустным взглядом. Нет, я не злился на нее, просто сейчас все мои мысли всецело занимала Мари.
Весь путь Тай не умолкала ни на секунду:
— Помогло мое яснослышание! Я увидела душу внутри Неспящего! Они все живые, они там как пленники в собственных телах! Все как ты говорил. И эта душа страдала, очень страдала, я услышала, как он буквально молит о помощи. А потом… — Тай ловко перепрыгнула три ступеньки сразу и развернулась ко мне. — А потом магистр Чаккерс предложила использовать «паука» для того, чтобы высосать из тела шарганову энергию.
— Это должно было убить тело, — сказал я.
— Да, должно было. Но я вдруг вспомнила как ты с Дайрой исцелял лису, помнишь?
Конечно, я это помнил. Для того чтобы не убить животное во время исцеления, мне пришлось забрать ее душу, а после вернуть.
— Так вот! Мы повторили то же самое! Дождались того момента, когда «паук» высосет практически всю силу, а сердце практически перестанет стучать, Хаген забрал душу, а я начала общее исцеление. И как только я запустила сердце, Хаген вернул душу обратно! Ну идем же, ты должен это увидеть!
Тай ухватила меня за руку и потащила вниз, где располагались темницы и где мы держали Неспящих пленников. Вскоре мы оказались, судя по крюкам на стене и жутким приспособлениям и инструментам, в самой что ни на есть пыточной.
Агата-Санта приветствовала меня холодным взглядом, Дайра слегка поклонилась — эти двое были растрёпаны не менее, чем Тай. А Хагена и вовсе не было видать. Видимо обряд экзорцизма сожрал немало сил.
И только Тай выглядела бодрой и взбудораженной. Ее силы и впрямь заметно возросли.
Затем я увидел и самого подопытного. Мужчина средних лет забился в угол, сжавшись в комок, подтянув колени к груди, будто перепуганный ребенок. Завидев меня, он вздрогнул и уткнулся лицом в колени.
— Я бы, конечно, не сказал, что все получилось идеально, — заметил я.
— Да, пока что он не в себе, — подтвердила мои слова Чаккерс. — Думаю, многое зависит от силы духа самого человека.
Я понял, о чем речь. Подопытный попался со слабой психикой. Люди с нервной системой покрепче, скорее всего, без труда восстановятся после изгнания шаргановой энергии, а вот люди слабые могут и с ума сойти.
— И это все равно хороший результат, — сказал я. — Если есть шанс и возможность спасти человека, мы будем это делать.
— Я планирую провести эксперимент и попробовать снять обряд шаргановой присяги, — сказала Чаккерс.
— Таким же способом? — нахмурился я.
Как по мне, так уж лучше пусть до конца дней остаются верны Густаву, нежели сойдут с ума.
— Нет, — качнула головой Чаккерс. — Другой способ. Мы не станем использовать «паука». Но нам придется раздобыть артефакт, с помощью которого этот обряд проводят. Я думаю, вся загвоздка в самом артефакте и только в нем.
— Мы его раздобудем, — пообещал я.
Чаккерс удовлетворенно улыбнулась и кивнула. Такая сдержанная улыбка в ее исполнении, это прямо-таки высший предел радости. Я бы тоже, наверное, радовался, но мои мысли омрачала сложившаяся ситуация с Мари.
Тай почувствовала мои эмоции. Ее рука мягко легла в мою, она дождалась, когда я на нее взгляну, а после широко улыбнулась и подбадривающе тихо произнесла:
— Мы ее спасем. Возьми меня с собой, и я смогу ее найти, смогу ее услышать. Все, что нам нужно — найти пространственного мага.
— Все силы пространственников мы уже израсходовали. Рита Осфильд сможет перебросить только меня.