Возмездие (СИ)

К утру прибыла целая семья адамантийцев в трех поколениях. На этот раз правители Фалилы: королева Угалия Талавар, ее сын, принц Дорминг и внучка принцесса Зиргини. Королева Угалия оказалась поджарой, веселой и невероятно подвижной для своего возраста старушкой, которой, на секундочку, перевалило уже за сто сорок лет. Хотя для адамантийки это пусть и почтенный возраст, но еще далекий от глубокой старости. В среднем адаманты живут в два раз дольше магов и в три раза дольше людей без граней.
Угалия, кстати, приходилась двоюродной бабкой Вулку, хотя, как я уже понял, в королевствах все адаманты приходились друг другу в какой-то степени родственниками и в основном носили фамилию Талавар.
Познакомившись с новоприбывшими адамантами, мы начали собираться в Ятершат с Хагеном и Мари. К тому времени, когда мы вернемся, здесь должны будут собраться все адамантийцы.
Пока мы собирались, я решил проверить, не пришло ли сообщение от Динокеса, и такое сообщение было:
«Мы готовы. Ждем твоей команды».
К чему именно они были готовы, я знал. Десять отрядов, каждый под двадцать магов готовы были к тому, чтобы напасть на несколько городов Масскара и изгнать оттуда Неспящих, а так же пленить всех присягнувших Ворлиару. В одной из этих атак должны будем участвовать и мы, но для исполнения всего задуманного нам придется дождаться Виракэса и договориться с Боулями, которые должны будут помочь захватить власть в Ятершате. И пока мы этого не сделали, переходить к активным действиям было рано.
Мы отправились в путь на ветробеге Динокеса, на котором и прибыл в ущелье Хаген с Тунайтом и демоноборцами. Хаген предусмотрительно еще из Аргаза отправил письмо родителям, сообщив, что он вскоре приедет с важным разговором. Чета Боулей люди занятые, явиться в Ятершат и не застать их дома было бы весьма паршиво.
Путь занял полдня, и прибыли мы почти вечером. Когда вдалеке показался город, Мари начала готовиться. Ей пришлось прибегнуть к своим ведьмовским штучкам и немного изменить внешность. Явиться в Ятершат как есть она, разумеется, не могла. Кровавая Мари и весь ее отряд был объявлен во всеимперский розыск, а ее эффектную внешность и ярко-красные волосы сложно не заметить.
Мари призвала к грани изменения, которая доступна в той или иной степени любой ведьме. Но красота Мари была настоящей и никогда не подвергалась изменению, не считая цвета волос. Будь бы иначе, я бы сразу заметил, что она использует эту грань для внешних улучшений. К тому же, как выяснилось, она в этом деле была очень хороша, и сила грани несомненно была на высоте. И наблюдать за этими изменениями было довольно любопытно.
Сначала изменения были не слишком заметны, хотя я и видел, как потекла сила из рук Мари к ее лицу. Сначала показалось, что Мари просто не выспалась: слегка осунулось лицо и появились круги под глазами. Но чем больше она вливала сил, тем более менялось ее лицо. Мягкая, матовая кожа стала сухой, серой. Точеный нос распух, красивая линия подбородка расползлась, и уголки губ сползли вниз, на лбу появились глубокие продольные складки. Фигура тоже не осталась не тронутой: опала линия плеч, обвисла грудь, тонкая талия исчезла и на ее месте появился мягкий, рыхлый живот. Можно бы было решить, что Мари себя состарила, но нет. Сидевшая перед нами незнакомка выглядела простой слегка замученной жизнью женщиной с невзрачной внешностью слегка за тридцать.
— Ну как? — заметив, что я внимательно наблюдаю, спросила Мари, попутно начав заплетать в косу длинные красные волосы.
— Тебя и брат родной не признает, — ответил я.
Хаген в подтверждение моих слов, коротко кивнул, а после спросил:
— Как долго сможешь держать изменение?
— Вот это все, что я сотворила, не дольше часа. Если оставить только лицо, могу так и целый день проходить, но мне бы с такой рожей ходить не хотелось. Поэтому нам нужно поторопиться.
Мари шутливо подмигнула, и обычно это выходило у нее задорно, но с новым лицом получилось как-то даже пошло.
Уже перед приземлением Мари скрутила и заколола на затылке косу, а после сняла длинный черный шарф с пояса и повязала его на голову на манер косынки, полностью скрыв волосы. И только после этого мы, оставив ветробег в воздушном доке у подножия города, направились в Ятершат.
   
Глава 17
 
Путь в город был свободен, даже стражей у главных ворот не имелось. Здесь вечерняя жизнь кипела вовсю. Люд, покончив с работой и повседневными делами, устав от дневного зноя, высыпал веселой гурьбой на улицу. Девушки в лёгких платьях гуляли по аллеям, строя глазки парням, околачивающимся возле увеселительных заведений. Носилась у мраморного фонтана детвора, сидели в беседках, увитых виноградной лозой, старики: пили вино, играли в настольные игры.
Вообще, Ятершат не был похож на другие крупные южные города, такие как Масскар или Кей-Диуар. Это был город-сад, город фруктовых деревьев и пестрых цветов, чистых вымощенных песчаником тротуаров, мраморных скульптур и фонтанов. Даже местные строения органично вписывались в окружающую цветущую обстановку: стены домов из того же песчаника, а черепичные крыши были увиты всевозможными плетущимися растениями и цветами. Ко всему этому свет зажегшихся уличных фонарей и роящиеся вокруг них светлячков и вовсе добавляли всему этому некую сказочную атмосферу.
Городом правила графская семья Мейвинз. Мне о них ничего не приходилось слышать, но в том, что граф и его наследник были под присягой, сомневаться не стоило.
Особняк Боулей находился неподалеку от графской усадьбы. И пусть богатством и размахом он значительно уступал владениям графов Мейвинз, но родовое гнездо Боулей едва ли можно было назвать неказистым. К тому же помимо особняка Боулей на этой улице расположилось еще пять таких особняков, похожих друг на друга как близнецы.
— Твои родители живут на одной улице со знатью? — окинув особняки взглядом, предположила Мари.
— Нет, эти дома принадлежат другим членам отряда родителей, — нехотя ответил Хаг.
Мари присвистнула, и не скрывая зависти, произнесла:
— Моим ребятам такое и не снилось. Боюсь представить, сколько отряд Боулей зарабатывает.
— Немало, — Хаген поджал губы и снова нехотя добавил: — весь город живет благодаря отряду. Они забирают почти половину всех заказов на истребление демонов.
— Да⁈ Я этого даже не знала! — такая новость не просто удивила, а даже разозлила Мари. А подумав, она спросила: — И как они это проворачивают?
Хаг устало вздохнул, тяжело взглянул на Мари исподлобья, но все же решил рассказать:
— В каждом городе у них имеется информатор, который сразу сообщает о прорыве. Сам отряд имеет вертикальную иерархию, вот, например, эти пять домов принадлежат первым демоноборцам, которые состояли в отряде Боулей. Теперь у них, у каждого свой отряд, но об этом мало кто знает. Потому что все пять отрядов находятся, как и прежде, под именем Боулей. Мои родители уже давно почти не участвуют в походах, но зато от каждого отряда получают процент. Только это, — Хаген замялся и смущенно посмотрел на Мари. — Я тебе ничего не говорил, и ты ничего не знаешь. Родителям не понравится, что я разбалтываю их секреты.
— Понятное дело, — ехидно протянула Мари. — Назвали своим знаменитым именем пять отрядов, заграбастали всю работу в империи и живут теперь как короли. За такие тайны можно и убить.
Мари какое-то время сердито таращилась на горящий в окне первого этажа свет, и вдруг обратилась ко мне:
— Знаешь, а я уже сомневаюсь, что родители Хагена нам помогут. Понятное дело, какие это люди. Их интересуют только деньги, бесплатно нам помогать никто не станет. А жадность, как понимаешь, ведет непосредственно к предательству. Хотя, думаю, они это и предательством не сочтут. Так, очередная работенка.
— Ты несправедлива, — обиделся Хаген. — Уж лучше б я ничего не рассказывал.
— Лучше б не рассказывал, — согласился я.
— А мне было весьма интересно узнать, — язвительно сказала Мари и решительно двинулась к особняку Боулей, бросив на ходу: — Идем, познакомимся с твоими родителями.