Я Обещаю (ЛП)

Ее губы разошлись, а глаза расширились.
— Я люблю тебя, Остин Лоус. И мне жаль, что не сказал тебе об этом раньше. - Эти прекрасные зеленые глаза наполняются слезами. Боже, она так великолепна. — Ты изменила меня, милая. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить и позаботиться о тебе.
Моя рука скользит по ее мягким волосам, и она закрывает глаза, втягивая дрожащий воздух. Когда они открываются, по ее щеке скатывается первая слеза. Потом вторая. И третья, пока мы сидим в тишине. Мое сердце колотится в груди, ожидая, что она скажет что-нибудь. Хоть что-нибудь. Даже если это будет то, что она меня ненавидит. Я могу поработать над этим. Могу показать ей, как сильно ее люблю...
Она облизывает свои влажные губы и шепчет.
— Я люблю тебя, Коул.
Никогда не думал, что слова могут значить так много - все, что я когда-либо знал, это ненависть и ярость, - но эта женщина придает моей жизни совершенно новый смысл. И это чувство сильнее, чем все, что я когда-либо испытывал. Выдыхаю воздух, о котором не подозревал, и нежно целую ее, касаясь только губами, но когда она пытается углубить поцелуй, отстраняюсь.
— Мы не можем. - Я ненавижу говорить ей эти слова. Никогда не хочу отказывать ей или заставлять чувствовать себя нежеланной.
— Я хочу тебя, - шепчет она, ее водянистые глаза бегают по моей груди.
— Я тоже тебя хочу. - Провожу рукой по ее мягким волосам. — Но не хочу причинять тебе боль. - Она улыбается мне, и я отвечаю ей улыбкой. Поцеловав ее в лоб, говорю. — Пойдем. Давай немного отдохнем.
Мы ложимся, и она снова зарывается лицом в мою грудь. Я не сплю, наблюдая, как она засыпает в моих объятиях, и в конце концов ее дыхание выравнивается. Целую ее в лоб и шепчу: «Я люблю тебя, милая». Затем закрываю глаза, надеясь, что эта ночь будет первой за долгое время, когда я действительно смогу отдохнуть, зная, что она в моих объятиях.
ГЛАВА 14
КОУЛ
Я открываю дверь клуба и выхожу на улицу. Воздух слегка прохладный, ветер усилился и завывает вокруг деревьев около клуба. Солнце только начинает подниматься. Скрестив руки на груди, я смотрю, как детектив выходит из своей полицейской машины без опознавательных знаков.
— Монро. - Киваю в знак приветствия.
— Коул. - Он останавливается передо мной, одетый в черную рубашку на пуговицах и джинсы. — Как поживает Остин?
— Отлично, - отвечаю я.
Остин уже три недели как выписалась из больницы. Она, Лилли и я живем здесь. Мы уже совершили одну поездку с Диком в Техас и перевезли все наши вещи в дом, но вернулись на осмотр Остин. Вчера врач дал ей зеленый свет.
— Я говорил с твоим отцом, и он сказал, что вы, ребята, уезжаете из города завтра утром.
Почему он разговаривает с Лиамом?
— Мне нельзя?
— Нет. Нет, можно, - уверяет он меня.
Я больше не подозреваемый. С тех пор как меня допросили, я им не был, но на прошлой неделе адвокат моего отца позвонил мне и сказал, что это официально. Как будто я этого еще не знал.
— Так что же было такого важного, что ты не мог поговорить со мной по телефону?
Он позвонил мне вчера вечером, пока Остин купала Лилли, и спросил, может ли приехать. Я предложил встретиться на станции, но он настоял на том, чтобы приехать домой.
— Хотел спросить, есть ли у тебя новости о Киллане? - спросил он, засунув руки в карманы джинсов.
— Нет. - Я покачал головой.
Он долго смотрит через мое плечо на здание клуба, а потом снова на меня.
— Забавно, что он просто... исчез.
Он знает, что я что-то сделал, но не может этого доказать.
— Это уже не первый раз происходит здесь, в Коллинзе, - говорю, и его глаза сужаются.
Пару лет назад пропал деловой партнер мистера Биггса, и с этим ничего не было сделано. Монро был детективом по этому делу. Забавно, что он зарабатывает пятьдесят тысяч в год, но живет в том же районе, что и родители Дика. Ему платят под столом за то, что он не замечает дерьма, и весь город об этом знает. Придет его время, и придется ответить за свои ошибки кровью.
— Ты ведь ничего об этом не знаешь, правда?
 
Он обращается к Джеффу. Я не мог достаточно отблагодарить Остин за то, что она сделала с его телом.
— Ты меня в чем-то обвиняешь? - Вскидываю бровь. — Потому что на этот раз вам понадобится ордер. - Я не стану добровольно ложиться на гравий и позволять снова брать меня. И уж точно не ради Киллана. То, что я сделал, было ради Остин.
Он ухмыляется.
— Это дело также было не первым, за которое твой папаша заплатил, чтобы его закрыли. - Сделав шаг вперед, он закрывает небольшое пространство.
— Да, но мы оба знаем, что если бы ты сделал свою работу в первый раз, то понял бы, что моя машина была испорчена, и это был не совсем несчастный случай, верно? - Я наклоняю голову в сторону.
Он вынимает руки из карманов и складывает их кулаками по бокам, не обращая на это внимания.
— Я знаю, что твоя девушка ударила его ножом в целях самообороны. Но также знаю, что ты и ваша группа прикончили его.
Я улыбаюсь.
— Докажи это.
Его лицо напрягается. Затем он снова смотрит через мое плечо на здание клуба. Я отказываюсь повернуться и посмотреть, на что он смотрит. Не хочу быть застигнутым врасплох. Когда его глаза снова встречаются с моими, он отрывисто кивает мне.
— Счастливого пути, Коул.
— Это угроза? - спросил я, пытаясь скрыть ухмылку. Ты можешь пытаться издеваться надо мной сколько угодно, но проиграешь!
Он не отвечает. Вместо этого садится в машину и уезжает, закончив наш бессмысленный разговор.
Я возвращаюсь в дом, а Лилли сидит на диване и смотрит видео на своем телефоне. Ее светлые волосы растрепались от движения во сне, а на ней все еще надета ночная рубашка Frozen. Поднимаюсь по лестнице и вижу, что Остин заправляет кровать.
— Ты рано встала.
— Да, мы с Лилли встречаемся с Бекки за завтраком. - Она заправляет конец простыни под кровать и поворачивается ко мне лицом. — Что ты делал на улице?
— Мне нужно было позвонить и поговорить кое о чем с Диком, - вру я. Раньше мне было так легко лгать ей, а теперь это отрывает от меня кусочек каждый раз, когда она поднимает на меня глаза, зная, что любит меня. Как легко она верит всему, что я говорю. От этого мне становится плохо.
Она кивает, а затем начинает нервно покусывать нижнюю губу.
— Что? - спрашиваю я.
— Мне нужно с тобой кое о чем поговорить.
— Хорошо. - Я сажусь на край кровати, а она встает между моих ног. — Что такое? - Кладу руки ей на бедра. На ней маленькие хлопковые шорты и еще одна моя футболка. Я не могу дождаться, когда мы приедем в наш дом в Техасе, где у нас есть своя спальня с закрывающейся дверью. Чтобы она снова могла спать для меня обнаженной.
— Я думала о Техасе.
— И? - спрашиваю я.
— И у нас есть четыре спальни. - Я киваю. — На днях я разговаривала с Бекки... - Черт, теперь я знаю, к чему она клонит. — У нее проблемы с поиском жилья. Я подумала, что она могла бы переехать к нам.
— Остин...
— Я слышала, как Дик сказал, что он собирается жить в общежитии. И сейчас у них нет стопроцентного взаимопонимания.
Я отпускаю ее и провожу рукой по волосам. На самом деле они вообще не разговаривают. На днях Дик сказал мне, что она не отвечает ни на его сообщения, ни на телефонные звонки. Я не разговаривал с ней ни разу с тех пор, как мы поругались, стоя в гардеробе Остин, и меня это вполне устраивает. Нам с Бекки не нужно ни разговаривать, ни общаться. Так уж сложились наши отношения.
— Давай. - Она кладет обе руки мне на лицо, и я таю. — Это ненадолго.
Смотрю на ее мягкую улыбку, и мои плечи опускаются. Я буду ходить на занятия и заниматься плаванием. Остин еще не решила, что будет делать с учебой. Она сказала, что просто хочет убедиться, что о Лилли позаботятся и что она адаптируется к новой ситуации и школе. Думаю, присутствие Бекки не повредит. Не то чтобы я часто ее видел.
— Конечно, - соглашаюсь.