Огненная для Дракона

Лора опять качает головой, но на этот раз на её лице печаль.
– Хотела бы я сказать, что вы ещё не проснулись здесь, внутри, – она прикладывает руку к сердцу. – Но это будет неправдой. Когда приходит любовь, ошибиться невозможно.
Хочется спросить, на что это похоже, но боюсь спугнуть. И Лора продолжает, глядя куда-то мимо меня, сквозь стены и время:
– Ящерки – это в книжках. А в жизни мурашки, только не холодные, как при замерзании, а горячие. И они потоками разбегаются по всему телу при простом прикосновении. Да какое там прикосновение, при взгляде. И дышать становится трудно. А если он, – Лора подушечкой указательного пальца проводит по нижней губе, медленно, невесомо, и я невольно повторяю её жест, – если он целует, ты, – её голос садится, – ты умираешь.
Глаза Лоры становятся влажными. Ей больно, и я это чувствую. Как это жестоко с моей стороны.
Меня подбрасывает в кресле, и я обнимаю её:
– Прости, что заставила тебя вспомнить.
Обнимашки – это привычное занятие у меня с подругами, но Лора относится к слугам, и, хотя я об этом частенько забываю, но она всегда держит грань, и мой естественный порыв застаёт её врасплох.
Лора осторожно высвобождается из моих объятий и усаживает меня обратно в кресло. А потом неожиданно светло улыбается, смахнув одинокую слезинку:
– Ну что вы, госпожа, если бы этого не было, я была бы гораздо беднее. Сначала, когда расстаёшься, очень больно. Но когда проходит время, то понимаешь, что это лучшее, и это счастье, что оно было в жизни.
– Счастье, – задумчиво повторяю я вслед за ней. – Вот теперь я ещё больше боюсь.
– Я понимаю, вы боитесь, что это чувство не придёт? Но ведь вы ещё не целовались с вашим женихом?
– Нет, конечно, – возмущённо отвечаю я.
Лора смотрит на меня лукаво:
– А вот во время первого поцелуя это и приходит.
– Всегда?
– Нет. Но от вашего жениха идут такие мужественные флюиды, что я нисколько не сомневаюсь, что он заставит вас потерять голову. Вот только вам не стоит столько времени проводить с его младшим братом.
– Почему? Мы с Вебом с детства дружим. А Агрис, он всегда был такой взрослый.
– Я понимаю, но сейчас это становится неприличным.
– Ты поэтому сказала мне вчера, чтобы я позвала на охоту Агриса? Я бы в жизни об этом не подумала.
– Прошло то время, когда вы с господином Вебрандом носились по лесам за куропатками. Пора взрослеть, моя любимая госпожа. Вы выросли, и он для вас взрослый посторонний мужчина. Даже если он относится к вам по-прежнему как к подруге, вы должны помнить о возможных пересудах.
Я поморщилась. Терпеть не могу слово «должна». Но тут не поспоришь. Лора права. Хотела было перевести разговор, но неожиданно в моей голове сложились кусочки мозаики:
– Агрис был не очень доволен, что придётся вставать рано. Основная охота завтра, и он сказал, что хочет отоспаться. Но когда Веб предложил пойти без него, Агрис неожиданно передумал. Ты думаешь из-за этого? Из-за того, что тоже считает нашу дружбу с Вебом неприличной?
Ответ я прочла на лице Лоры и не удержалась:
– Какая, право, же глупость – все эти условности.
– Мы все под прицелом чужих глаз, но те, кому завидуют, особенно. А сейчас, моя королева, если вы не хотите, чтобы ваш поднятый ни свет ни заря жених бесцельно топтался у ворот, злясь на брата, вам лучше начать одеваться.
Лора помогает мне завязать верёвку мальчишеских штанов и старательно зашнуровывает лиф. Ещё два года назад в нём не было необходимости. Но сейчас моя грудь под мужской рубашкой без этого сковывающего движения куска ткани выглядит вызывающе. Приходится терпеть. Но в одном я не уступаю.
– Чуточку ослабь в самом верху. Ты мне всю спину словно в броню заковала. А лук, чтоб ты знала, не руками натягивают.
Лора послушно начинает ослаблять верхние верёвочки, а я пользуюсь моментом и вдыхаю поглубже, стараясь расширить грудную клетку ради крохотного кусочка свободы.
– Не женское это дело, – не удержалась Лора. – Стрелять из лука.
Я с изумлением смотрю на неё.
– Ты же всегда восхищалась, как я попадаю по мишеням.
 
– Ну, то я. Я и сейчас восхищаюсь. Но вы стреляете лучше своего будущего мужа. А мужчины такого не любят.
– Да нет, Агрис никогда не был против, я бы заметила.
– Это пока вы с его братом соревновались.
– Ты серьёзно?
– Не знаю, госпожа. Может, господин Агрис и не такой, как другие. Но, – она помолчала, подбирая слова, – если будете, как вы это любите делать, поддевать его и провоцировать на состязания, я бы не советовала попадать в центр мишени.
Что за глупости? Спускаясь вниз по лестнице, я немного сержусь на Лору. Она, конечно, старше меня и лучше знает мужчин, но Агрис не такой. Он всегда вежливый и сдержанный. С чего вдруг ему может не понравиться, если у меня что-то получится лучше, чем у других?
А вот Веб расстраивается, когда я у него выигрываю. Я невольно улыбаюсь. Он так забавно морщит лоб и делает вид, что ему всё равно. Ну, сегодня я им обоим устрою.
К загону с ящерами я подхожу уже в замечательном настроении.
– Доброе утро, Стефания, – Агрис касается губами моей руки, а потом выпрямляется, окидывая изучающим взглядом.
В первый момент я ощущаю себя неловко. Почему-то кажется, что ему не нравится моя мальчишеская одежда. Но не в платье же по лесу бегать. А затем приходит лёгкая злость на саму себя. Что ж я теперь всё должна делать так, как ему нравится? Есть вещи, от которых я отказаться не готова, так что пусть привыкает.
Веб впервые не орёт на весь двор что-то вроде «Привет, Тэффи, готова повыдёргивать этим гусям перья?», а тоже вежливо наклоняется к моей руке. Прямо церемониальный поклон и такое же сдержанно холодное выражение на лице, как у брата.
Вот сейчас братья похожи, как никогда раньше. Два истукана.
Ну, нет, я не позволю испортить себе хорошее утро. И я вскидываю голову, стряхивая с себя оцепенение.
– Веб, ты мой новый лук ещё не видел, – я машу рукой, и егерь, ожидающий в стороне, подаёт моё новое приобретение.
Замечаю, как Агрис хмурится. Ну, да, мне привычнее общаться с твоим младшим братом, а ты всегда видел во мне мелкую пигалицу, так я и не спешу становиться скучной матроной. В конце концов, у меня ещё год до замужества.
– О, чампийский, – мой приятель Веб возвращается, едва лук оказывается в его руках. – Лёгкий, только какая дальность у него, проверяла?
– Ну, у гусей шансов нет.
– А спорим, мой по мощности дальше добьёт? – Веб – снова тот самый мальчишка из детства, с тем же огнём в серых глазах.
– А спорим, что не только в дальнобойности дело? – подначиваю я и слышу, как хмыкает Агрис.
– Ну это мы сейчас проверим, – подключается он.
Ух, ты, кажется, завёлся. Теперь братья снова похожи, только в хорошую сторону.
Нас сопровождают двое воинов Агриса и наш егерь.
Подъехав к озеру, мы спешиваемся, и один из воинов принимает поводья ящеров. Агрис командует:
– Отведи за деревья. Распугают нам гусей.
Моя Лета недовольна. Ну ещё бы, только выехали на прогулку, даже размяться не успели. А теперь ей нужно несколько часов меня ждать.
– Подождите, – я обнимаю мою красавицу за шею и шепчу ей на ухо: – Лягушки.
Ящер взрыкивает, оглядываясь. А я, указывая направление рукой, прошу воинов, плохо знающих здешние места:
– Отведите их за вон тот бугор, там болотисто. Пусть тоже поохотятся.
Теперь она на меня не обидится. Лягушки не еда, а развлечение и лакомство.
Егерь указывает три направления, все на пути обычного пролёта гусей.
Прежде чем разойтись, Веб привычно предлагает:
– Давай натяну тетиву.
– Я справлюсь, брат, – перехватывает инициативу Агрис.
Надо же, а мне приятно. Он начинает обо мне заботиться. А, может, это и есть любовь. Ну, или хотя бы начало.