Еще один Валентинов день
Болело все. Голова, сердце, рассудок и душа. Хелен не хотела, да просто не могла размышлять о чем бы то ни было. Тьма манила, безопасная ласковая тьма влекла подальше от вымученного хихиканья безумца, который куда-то ее тащил.
И угасающим рассудком Хелен приветствовала подступающий мрак, в бархатных складках которого можно разыскать Рафферти…
* * *Билли прорвался сквозь запасную дверь и пригнулся, чтобы избежать обстрела. В темноте редко используемого коридора сначала подумал, что там никого нет. Пока не увидел неподвижно лежащего на животе Рафферти.
– Боже, нет! – простонал Билли, наклонился и дотронулся до тела.
Звуки выстрелов наполнили его страхом. Драго не из тех, кто часто промахивается, а в случае с Рафферти дважды облажался за последние два дня. Вряд ли он допустит еще одну подобную ошибку.
Моретти перевернул друга и взглянул в совершенно неповрежденное лицо. Никаких признаков пулевого ранения или травм, но и никакого движения. Билли приложился ухом к груди Джеймса, прислушиваясь к сердцебиению. И уловил довольно слабые, но неуклонно ускоряющиеся толчки. Ни крови, ни следов драки. Рафферти застыл, спокойный и тихий, как покойник.
– Что… какого черта? – прохрипел Джеймс, и Билли шлепнулся на пол от облегчения.
– Ты не умер, – глупо брякнул он, смахнув скупую мужскую слезу.
– Спорное утверждение, – холоднее чем обычно прошелестел Рафферти. – Что случилось?
– Убей, не знаю. Я пытался догнать мисс Эмерсон. Дверь была заперта, и я слышал, как ты кричал на нее, а затем бахнул выстрел. Где она? – оглянулся вокруг Моретти. – Драго выстрелил и в нее тоже? Что произошло?
Рафферти закрыл глаза и принялся сыпать ругательствами – гораздо непристойнее, чем невинное «черт побери», которое использовал при Хелен.
– Драго добрался до нее, – рявкнул он и поднялся на ноги, слегка покачнувшись. – Но стрелял только в меня.
– Черт побери, Рафферти! – ахнул Билли, обхватывая себя руками. – Где… как… ты в порядке?
– В порядке, – встряхнулся Рафферти, с трудом осознавая это. – После всех этих лет, кажется, пора бы привыкнуть к любому сумасшествию, но я так и не смог. Драго выстрелил мне прямо между глаз, – сообщил он, повернувшись к Билли гладким лицом. – Я услышал хлопок, почувствовал тепло и давление пули. В результате заполучил всего лишь адскую головную боль.
– Означает ли это, что он не в силах навредить и мисс Эмерсон?
– А черт его знает, что все это означает? – устало отмахнулся Рафферти. – Я не верю ни в судьбу, ни в провидение, ни в перерождение Драго. Мы должны выручить Хелен и остановить подонка. Возможно, его следующая мишень не будет иметь моих необыкновенных восстановительных способностей.
Печальная насмешка в голосе не могла скрыть страх.
– Как считаешь, он забрал мисс Эмерсон? Я слышал только один выстрел, так что, скорее всего, с ней пока все нормально. Если только он не использовал нож…
Билли был готов проглотить собственный язык, когда увидел выражение лица Рафферти. Моретти знал Джеймса больше половины столетия и решил, что его жуткая неподвижность никогда уже не сможет его напугать. Но ошибся.
– Она в порядке, – процедил Рафферти тихим убийственным тоном. – Напугана, может быть, ранена, но по-прежнему в полном порядке.
– Откуда ты знаешь? – восхитился Билли.
Казалось, могуществу Рафферти нет пределов.
– Ниоткуда, – разочаровав товарища, отрезал Джеймс. – Но альтернативы просто нет. Хелен в полном порядке. Должна быть.
– Как думаешь, куда он ее утащил? – не унимался Билли. – Может, сумеем его догнать?
Рафферти от бессильной ярости вдарил кулаком по стене, и Моретти впервые заметил, что приятель все еще держит пистолет.
– Какого черта я не в состоянии ясно мыслить? – вскипел Рафферти. – Вряд ли Драго вернется на Кларк-стрит, он уже пытался однажды, но все сорвалось. В любом случае, там сейчас дом престарелых и полно народа.
Сунул оружие за пояс.
– Начнем с его лежбища, а там посмотрим. Раз он забрал Хелен с собой вместо того, чтобы убить прямо здесь, значит, что-то задумал. Ты со мной?
– Разве Папа католик?
– Какое, черт возьми, отношение имеет к этому Папа? – рыкнул Рафферти и двинулся по коридору, слегка пошатываясь.
– Извини, – смущенно пробормотал Билли, плетясь за ним. – Просто выражение такое. Значит, пистолет действует?
– Не в моих руках. Я пытался выстрелить, когда Драго схватил Хелен. Даже курок не взвелся. Хочешь воспользоваться этой пушкой?
– Нет, если смогу обойтись без пальбы. В данный момент мое условно-досрочное освобождение висит на волоске, и, если меня поймают с заряженным стволом, мне светит реальный срок.
– Позволишь Хелен умереть? – застыв на месте, уставился на него Рафферти.
– Нет, но я ищу вариант, который оставит нас всех целыми и невредимыми. Включая тебя.
– Для меня слишком поздно, – мрачно и совсем невесело усмехнулся Рафферти. – Мы поняли это давным-давно. В отношении меня общие правила не действуют. Все, что мне нужно, – добраться до Драго. Если мне это удастся, то больше не позволю проклятому прошлому вертеть собой.
– Но мисс Эмерсон будет ждать тебя. Может, она и не верит…
– Не хочу, чтобы она ждала меня. Я не гожусь для нее, Билли. Хелен заслуживает достойного мужчину, а не какого-то пережитка прошлого, про которого лучше забыть с концами. Даже если бы у меня был выбор, я бы ушел от нее.
– Да ты влюблен в мисс Эмерсон, – удивленно прошептал Билли.
– Это так очевидно?
– Только для тех, кто тебя знает. Мэри намекала на это, но я решил, что она просто слегка не в себе после рождения ребенка. Ты говорил с ней?
– С кем? С мисс Эмерсон? Конечно, нет. Ей не нужны лишние проблемы. Когда я исчезну, она убедит себя в том, что все это был просто сон. По крайней мере, кое-какие невероятные моменты из совместно проведенного времени. И к следующей осени будет готова двигаться дальше.
– Для такого умника ты слишком тупишь, Рафферти.
– Я должен найти ее, Билли. Должен спасти, – отчаянно и сурово отчеканил Рафферти. – Помоги мне определиться, с чего начать.
– Даже не представляю, – покачал головой Билли. – Вы с ней настроены на одну волну. Прислушайся к своему сердцу.
– Ничего не получится.
– Не вешай мне лапшу на уши. Дай волю своему чутью, друг. Шестьдесят пять лет назад ты обладал самой мощной интуицией в Чикаго. Чокнутый Моран и пальцем не шевелил, не услышав твоего одобрения, Капоне трясся от желания переманить тебя к себе. У тебя есть талант, дар. Вот и используй его, – настаивал Билли.
Рафферти прислонился к стене грузового лифта и смежил веки.
– Никто и никогда не имел для меня такого значения, Билли, – хрипло прошептал он. – Если на этот раз я совершу ошибку, то это навсегда.
– Ты не промахнешься, Рафферти. Ты здесь, чтобы спасти ей жизнь. Ты здесь, чтобы подарить ей жизнь. А не разрушить ее.
Глаза Рафферти распахнулась, и в первый и единственный раз Билли увидел в них страх. Неуверенность, силу и любовь.
– Я знаю, куда он утащил Хелен, – встрепенулся Джеймс, мимолетный ужас во взгляде испарился.
– Так какого черта мы ждем? – воскликнул Билли. – Давай сделаем это.
– Сделаем это? – повторил Рафферти, нажимая кнопку лифта. – Что бы это значило?
Билли обнаружил, что может улыбаться. Ночь была далека от завершения, и до ее окончания может пролиться много крови и даже наступить чья-то смерть. Но они с Рафферти останутся в живых. Через слишком многое прошли, прожили слишком много жизней, чтобы позволить случиться непоправимому. Когда сумрак рассеется, Драго будет мертв, на этот раз навсегда. И если уж совсем повезет, то и Рафферти останется здесь, в этом мире.
– Потом, Рафферти, – пообещал Билли, думая обо всех «завтра». – Потом все поймешь.