Черноглазая блондинкат (ЛП)

Он легонько хлопнул меня по плечу и ушёл.
— Он такой славный, — вздохнула Мэнди. — Знаете ли, так не скажешь обо всех в этом бизнесе.
— Уверен, что так и есть, мисс Роджерс.
— Мэнди, — сказала она, покачивая головой и улыбаясь.
— Ладно — Мэнди.
На столе перед ней стояла бутылка кока-колы, из которой торчала соломинка.
— Это правда, что сказал Хэл? — спросила она. — Неужели вы так опасны?
— Не-а, — сказал я. — Я слабак, вот увидите.
— Он сказал мне, что вы частный детектив. Это должно быть что-то захватывающее.
— Настолько, что я едва могу это вынести.
Она одарила меня своей расплывчатой улыбкой, затем взяла бутылку и высосала немного кока-колы через соломинку. В этот момент она могла бы быть просто ребенком, сидящим у фонтанчика с газировкой, пьющим бутылку шипучки и мечтающим однажды стать большой звездой. Мне понравилось, как, когда она наклонялась над соломинкой и смотрела вниз, верхний ряд её ресниц почти касался мягкого изгиба щеки. Интересно, скольким мужчинам и сколько она уже задолжала в этом городе?
— Нико Питерсон был вашим агентом, — сказал я, — так?
Она поставила бутылку.
— Ну, он сам этого хотел. Он нашёл мне работу. Я снималась во «Всадниках Красной Зари» — смотрели?
— Пока нет, — ответил я.
— О, ну теперь он прошёл. Предполагалось, что в нем будет участвовать Джоэл Маккри, [52] но что-то произошло, и он не смог этого сделать. Я играла дочь фермера.
— Я поймаю его, когда он снова появится.
Она склонила голову набок и улыбнулась.
— Вы такой милый, — сказала она. — Неужели все частные детективы похожи на вас?
— Нет, не все. — Я предложил ей сигарету из своего серебряного портсигара, но она покачала головой, скромно поджав губы. Я представил её дочерью фермера, то изящной, то дерзкой, в широкой юбке и ботинках с пуговицами, с большим бантом в волосах.
— Что вы можете сказать о мистере Питерсоне? — спросил я.
— А что бы вы хотели узнать? — Она прикусила губу и встряхнула своими блестящими светлыми волосами. С тех пор как я её увидел, минут пять назад, она перепробовала с полдюжины ролей, от девочки-подростка, восторженной поклонницы Фрэнка Синатры, до большеглазой сирены. Но она всё ещё оставалась ребёнком.
— Когда вы видели его в последний раз?
Она прижала указательный палец к щеке, сделав на ней ямочку, и подняла глаза к потолку. В сценарии можно было прочесть строку: «Делает паузу, размышляя.»
— Думаю, примерно за неделю до его смерти, — сказала она. — Он работал над моим участием в новом фильме с Дорис Дэй [53] — Вы знали, что настоящая фамилия мисс Дэй — Каппельхофф? Говорят, Рок Хадсон [54] тоже будет в нём участвовать.
Ее свежее личико на мгновение омрачилось:
— Думаю, теперь я не получу эту роль. Ну и ладно.
К столу подошел молодой парень. Он был одет в короткий белый фартук и нёс поднос. Он мог быть младшим братом того, кто держал зонтик над Хэлом, когда мы под дождём выходили из автомобиля. Я мог бы поразмыслить над тем, что кино — это машина для пожирания молодых и энергичных, но вместо этого попросил чашку кофе.
— Будет сделано, сэр! — сказал молодой человек, улыбнулся Мэнди и ушёл.
— Нико был хорошим агентом? — спросил я. — Я имею в виду, добился ли он успеха?
Над этим Мэнди тоже задумалась.
— Он не был одним из крупных, — сказала она. — Он только начинал, как и я, только, конечно, был постарше. Не знаю, чем он занимался до того, как стал агентом.
— Вы появлялись с ним в обществе?
Она наморщила нос настолько, насколько вообще такое могло произойти на этом милом и ясном лице.
— Вы имеете в виду, пытался ли он… О, нет. Между нами не было таких отношений.
— Я имею в виду, водил он вас в такие места, где вы встречались с людьми?
— Каким людьми?
— Ну, продюсерами, режиссерами, руководителями студий…
— Нет, он всегда был слишком занят. Ему всегда было с кем повидаться.
 
— Да, я слышал.
— А, слышал? — Она вдруг стала резкой. — От кого?
— Ни от кого конкретно, — ответил я. — В этом городе все об этом болтают.
— И не говорите!
Она смотрела в окно, и глаза её были сужены. Я действительно не хотел узнать больше, чем уже знал о Мэнди Роджерс, о взлётах и — что более вероятно — падениях в её карьере, которые были до сих пор. И всё же я услышал свой вопрос:
— Откуда ты, Мэнди?
— Я? — Казалось, её искренне удивил этот вопрос. На мгновение она растерялась, а когда растерялась, я заметил, что она перестала играть. Внезапно она стала выглядеть робкой, неуверенной, возможно, даже немного встревоженной.
— Я родилась в Хоуп-Спрингс, штат Айова. Наверное, ты там никогда не был. На самом деле, никто там не был. Хоуп-Спрингс — это такое место, откуда люди уезжают.
Молодой официант принёс мне кофе. Он снова посмотрел на Мэнди, которая рассеянно улыбнулась ему в ответ. Она всё еще думала о Хоуп-Спрингс и обо всём, или ни о чём, что она там оставила.
— Как вы узнали о смерти Нико? — спросил я.
Она задумалась, потом покачала головой.
— Знаете, я не могу вспомнить. Разве это не странно? Должно быть, об этом говорили здесь, в студии. Кто-то, должно быть, сказал мне.
Я посмотрел в окно. Синяя птица снова взлетела на пальму. Когда она устроилась там, я уже не мог разглядеть её в тени под листьями. Вот вам счастье: сейчас вы здесь, а через минуту уже нет. По крайней мере, дождь закончился.
Мэнди сделала еще глоток колы. Бутылка, теперь почти пустая, громко булькнула, и Мэнди быстро взглянула на меня, как будто боялась, что я рассмеюсь.
— Вы когда-нибудь встречались с друзьями Нико? — спросил я. — Может, с подружкой?
Она издала легкий звенящий смешок.
— О, у него их было много.
— Вы никого из них не видели?
— Я видела его пару раз с женщиной, но не думаю, что она была его подружкой.
— Как она выглядела?
— Я не очень хорошо её разглядела. Первый раз это было на вечеринке, и он уже с ней уходил. В другой раз, я видела их в баре, но тогда уже я уходила. Высокая женщина. Тёмные волосы. Красивое лицо, слишком… большое, понимаете, такое квадратное, но милое.
— Почему вы думаете, что она не была его подружкой?
— Между ними не было чего-то такого. На самом деле она была не с ним — понимаете, что я имею в виду? Может быть, она была немного похожа на Нико… может быть, они были родственниками, я не знаю.
Она поиграла соломинкой в пустой бутылке из-под кока-колы.
— Вы работаете на одну из его подружек?
Интересно, что Хэл рассказал ей обо мне и моих поисках Нико Питерсона, живого или мёртвого? Что касается меня, то я мало что рассказал Хэлу — да и рассказывать было особо нечего, — так что я предположил, что он, должно быть, что-то придумал. Хэл такой. Несмотря на своё грубое поведение, он обладает ярким воображением и любит приукрашивать унылую старую правду. Мэнди Роджерс, вероятно, думала, что я работаю на какую-то женщину, которую Нико бросил перед смертью. А если предположить, подумал я, что так и есть?
— А каким был Нико? — спросил я.
— Каким он был? — Мэнди нахмурилась.
О Питерсоне, как я мог заметить, до сегодняшнего дня Мэнди часто не вспоминала, несмотря на то, что он заполучил для неё роль во «Всадниках Красной Зари».
— Ну и дела, не думаю, что я так уж хорошо его знала. Он был просто вечно занятым парнем. Наверное, он мне нравился — не в том смысле, конечно. Я имею в виду, что он был даже не другом, а просто деловым партнером. Однажды он попросил меня поехать с ним в Мексику, — она отвела взгляд и даже слегка покраснела.
— Неужели? — спросил я, стараясь не казаться слишком заинтересованным. — Куда в Мексику?
Она снова прикусила губу. Кого она пытается играть? Возможно, Дорис Каппельхофф в одной из ролей девушки в оленьей шкуре.