Перед одиночеством (СИ)

Маша узнала эту новость и сразу побежала в небольшое помещение, где они часто встречались для принятия решения. Там на столе она увидела маленький планшет Петра Михайловича. Она открыла его: появилось улыбающееся лицо Петра Михайловича.
— Машенька, ты, наверное, сейчас расстроена. Не расстраивайся, девочка моя! Нас уже никого в живых нет, поэтому не ищите и не растрачивайте свою жизненную энергию. Я от лица всех наших долгожителей хочу, чтобы вы знали и поняли нас. Мы очень любим жизнь и дорожим ей даже больше, чем раньше, когда мы были молоды, но мы, Машенька, любим, любим именно вас, детей своих и детей наших друзей, больше, чем дорожим своими оставшимися годами. Это решение мы приняли взвешенно. Со своим клубом старейшин, как любил нас называть Дэн, мы предполагали эту ситуацию, а вот остальные старики к нам примкнули, буквально вчера заметив наши сборы. На все наши отказы брать их с собой они пообещали разоблачить нас, не дав совершить этот поступок. Не жалейте нас и не вините, это самое правильное решение для всех.
Старик отошел в сторону и видео охватило все помещение, оно запечатлело пожилых мужчин и женщин, на их лицах была улыбка, у многих стариков на глазах были слезы. Они прощались, тихо проходя мимо камеры, которая запечатлела последние секунды их жизни. Снова подошел Петр Михайлович:
— Машенька, еще одно мое наставление: передай Дэну, что решением последнего собрания мы ставим его во главу нашего клуба, и также на внеочередном собрании мы внесли поправки в наш устав, в котором, в виде исключения, решено большинством членов совета включить в ряды клуба тебя, моя дорогая Машенька.
Маша расплакалась, прижав ладошки к глазам. Старик словно это предвидел, подождал секунд десять и продолжил:
— Сообщи Дэну, что во втором коридоре от нашей совещательной комнаты в десяти метрах от угла есть скрытый проем, который открывается от давления пальцем на плинтус в месте, где он расколот. Там вы, ребятки, встретите много интересного из наших общих человеческих дел. А вот теперь, славная моя дочка, прощай! Помните нас и по возможности любите память о нас.
Письмо закончилось и экран потух. Маша растерянно села на стул и не могла сообразить, что ей нужно делать и с чего начинать.
Всю неделю люди лунной колонии переживали поступок стариков. Все прекрасно понимали, что они совершили это только для них. Но здесь остались у многих дети этих стариков, уже взрослые люди, которым тяжело было справиться с утратой и потерей родных людей.
77
К Дэну возвращались силы и разум. Он уже не только мог узнавать, думать, но и вспомнил все, что происходило с его клоном. Каждый день он старался с большей отдачей вести физические нагрузки тела и вместо отдыха распорядился нагружать мышцы короткими электрическими разрядами малой силы.
Андрей и Слава, увидев быстрое восстановительное продвижение Дэна, потребовали с ними проводить те же процедуры. В отличии от Дэна, который к процедурам относился с безразличием, лишь наблюдая, полезны они или нет, Андрей и Слава их с трудом терпели, ожидая каждую минуту окончания этого процесса.
Дэн посмотрел послание Петра Михайловича.
— Это был достойный сын человечества. Я клянусь светлую память о нем нести до конца своей жизни.
Маша подошла и сзади обняла Дэна за плечи:
— Я тоже буду хранить о нем память.
По распоряжению Дэна готовили двоих клонов для отправки на Землю в капсуле. Капсула была грузовая, поэтому в ней необходимо было провести модернизацию, основной проблемой которой было сохранение воздуха, давления и температуры.
Использовали все, что попадало под руку: разобрали два робота, лишив их внутренней начинки, в помещении для людей частично сняли термооболочку, начиняя этим капсулу. План был рискованный, но единственный возможный. Если клоны смогут выжить и им удастся сделать сообщение, то следующим предстояло лететь Дэну, Славе и Андрею. Хоть последние двое готовы были отправиться уже с этой капсулой, Дэн настоял на невозможности этого решения. Организм человека физически мог не выдержать нагрузку.
 
Капсула была похожа на огромную сигару, в ее огромные отсеки нагружали оборудование, сырье и отправляли челноком с Земли на Луну и обратно. Все происходило автоматически: с лунной станции вылетал корабль и на грузовой станции Земли приземлялся, и так же происходило наоборот.
Для того, чтобы клоны не попали прямо в руки Председателя, Слава, имеющий самый большой опыт, рассчитал и изменил траекторию полета челнока. Один из отсеков зашили изоляцией и установили приборы, подающие смесь газов кислорода и азота. По расчетам челнок мог приземлиться на воду примерно в трёхстах километрах от города космонавтов и там бесследно затонуть, спрятав на дне свое пребывание. Для клонов не было большой проблемой выбраться из воды: самое главное — остаться не замеченными, потому что Председатель, без сомнения, принял меры, и его солдаты наблюдают за небом днем и ночью.
Закончив все приготовления, челнок был отправлен. Что доберется он до Земли, никто не сомневался. Опасностью оставалось оказаться замеченными.
Время шло, день за днем превращая в пытку. Питания оставалось максимум на одну неделю неполного дневного рациона. От разведки не было вестей. Люди, не смирившись со своей участью, с надеждой смотрели на Дэна, от чего ему приходилось вдвойне тяжелее переживать за будущее. Сон и пища давно не приносили радость, вызывая только раздражение и гнев на самого себя. Насилу под уговоры Маши проглатывал несколько граммов хлеба и запивал водой, продолжая работать над чертежами и сложными уравнениями.
Поздно вечером послышался звуковой сигнал видеофона. Люди, успевшие пообщаться с его помощью с Председателем, без особого энтузиазма отправили мальчишку за Дэном.
Дэн нажал экстренную кнопку для связи, и появившаяся голограмма предложила соединить с Землей.
Появился Председатель и, как в прошлый раз, растянул улыбку на все лицо и с издевкой в голосе начал разговор:
— А, это вы, дорогой наш профессор, здравствуйте! Как я давно хотел с вами пообщаться, поделиться о наболевшем, рассказать какие проблемы у нас произошли. Видел вашего клона, такой хулиган оказался, хотел нас, Землян, захватить. Но мы конечно ему это не позволили сделать. Вы уж, дорогой профессор, примите меры, пусть как-то ваши лунатики прекратят нас тревожить. Вот и давеча ловили двоих на озере. Думали сначала — неведомы рыбины, гонялись за ними, гонялись, а оказалось — два лунатика, да такие шустрые, что пришлось их укоротить на пол головы каждого, только после этого угомонились. Истинную правду вам говорю, профессор. Вы уж в следующий раз сообщите нам, пожалуйста, если кто незваным гостем собирается к нам.
Дэн выключил видеофон. Отчего-то на душе наступило спокойствие и уверенность. Несмотря на то, что многие слышали Председателя и понимали, что последняя надежда для них была уничтожена, они смотря на Дэна, чувствовали уверенность не только за завтрашний день, но и на все будущее.
Дэн в сопровождении ученых идя по коридору стал раздавать указания:
— Сколько человек мы можем подключить ко сну?
— Если не в режиме клонирования, то всех, кто здесь находится. Потребление энергии у них будет очень низкое, поэтому всех.
— На какое время хватит энергии?
— На год точно хватит.
— Слушайте мой приказ. Готовить всех людей к принудительному сну, за исключением группы ученых, то есть вас. Дальше приказываю в кратчайшие сроки подготовить новый челнок на Землю. Славе разработать траекторию посадки в сибирской тайге, к месту нашей прежней таежной высадки.
 
Слава отчеканил:
— Слушаюсь.
Дэн посмотрел на Андрея:
— Челнок за тобой.
— Я понял. — Отозвался Андрей. — На сколько мест готовить грузовик?
— Места должно быть три.
— Понял. — Снова сказал Андрей и быстро зашагал в сторону выхода.
Люди доверились Дэну: приходили каждый день по несколько человек в лабораторию и оставались там. Дэн продолжал работать со своими формулами и уравнениями. К нему зашел Андрей: