Перед одиночеством (СИ)

— Как это возможно?
Старик остановился и посмотрел в глаза сгорающего от любопытства Дэна.
— Попробуй, сделай два шага влево.
Дэн повернулся налево, сделал осторожно один шаг и опять почувствовал твердь.
— Так здесь нет глубины — сказав в слух, Дэн, сделал второй шаг, и сразу кувыркнулся, как падающий со стола стакан, с головой в воду. Ледяная вода заставила быстро, вскарабкаться на выступ какой-то постройки, едва закрываемой водой. Старик захохотал.
— Я же тебе сказал, здесь были разные постройки. Вот теперь мне, дальше можно не рассказывать.
Старик, довольный, пошлепал по луже дальше. Весь мокрый, обтекая и трясясь от холода, Дэн съежился и пошел следом. С другого конца озера не было видно тропы, по которой двигались путники: сплошь неухоженные насаждения. Старик остановился, Дэн, задумавшись, влетел ему в спину.
— Я же говорю, что за молодежь! Мало того, к старшим никакого уважения — еще и норовят толкнуть.
Дэн извинился и неудобно себя почувствовал: чуть старика в воду не столкнул.
Старик стоял около открытого люка. Увидеть его невозможно было ни с берега, ни сверху. Внутри люка было так же черно, как и на глубине озера. Стена, по которой сейчас шли, обросла водорослями и тоже никак не выделялась из общего пространства. Получился естественный камуфляж. Старик пробурчал:
— Смотри на голову мне не наступи, — и полез внутрь колодца.
Дэн немного подождал и отправился следом. По короткой металлической лестнице опустились на небольшую площадку, с которой в разные стороны расходились туннели.
Старик постукивая тростью по стене ожидал Дэна.
— Запомни, юноша, нам нужно следовать вот по этому коридору, те три короткие и затопленные, их лучше не вздумай проверять. Уйдешь под воду, и никто тебя никогда не увидит. Лучше послушай того, кто жизнь повидал и знает ее,
— Да, я все понял, так и поступлю, — стуча зубами от холода, процедил Дэн.
— Раньше там тоже можно было пройти, но со временем поднялись подземные реки, и все затопили. Наверное, и эту когда-нибудь затопит, — старик задумался, что-то припоминая. — Пошли дальше.
— А долго нам еще идти? Ну вот, я же говорю, не та молодежь пошла. Четыре часа моим шагом, а если твоим — то мы и к вечеру не дойдем.
Старик снова пошел вперед. В туннеле стояла густая темнота, сквозь которую фонарь прорезал силуэт быстро шагающей фигуры.
Наконец от быстрого темпа Дэн стал согреваться. Одежда на теле почти высохла, и как-то сразу стало лучше: настроение поднялось, захотелось пошутить над стариком. А он ни разу не отдохнув, не сбавляя темпа двигался вперед.
«И на самом деле хватка у этого старика… может быть раньше люди были другие: более закаленные к тяготам и невзгодам». Дэн задумался над разницей поколений и чуть опять не влетел в старика.
— Ну вот мы и пришли.
В стене виднелась металлическая дверь, в которую быстро просочился старик. Дэн последовал за ним. Ожидаемого выхода наверх не было. Шли дальше. Повстречались снова разветвления пути. Старик остановился:
— Здесь бери правее все время, иначе не выйдешь, сгинешь в этих лабиринтах.
Послышались голоса и смех, в метрах ста замаячил свет.
— Нам туда, — сказал старик.
В большом помещении, обустроенном разной рухлядью, с трудом которую можно назвать мебелью, сидели старики. Все как на подбор седовласые, с узкими профессорскими бородками, громко обсуждали житейские новости, иногда прерывая их смехом. Увидев прибывших, наперебой стали здороваться со стариком, не обращая внимание на Дэна.
— О, дорогой наш Петр Михайлович пожаловал.
— Здравствуйте, уважаемый Петр Михайлович!
— Мое почтение, Петр Михайлович.
Старик поочередно здоровался с каждым и так же любезно раскланивался, и отвешивал, не жалея любезности. Наконец, обратили внимание на Дэна.
— Этот молодой человек не похож на вашего внука, — сказал, улыбаясь, один из окруживших проводника.
— Да, дорогие друзья, вы правильно заметили, это не мой любимый внук и даже не родственник.
— Позвольте спросить, дорогой наш Петр Михайлович, для какой надобности этот молодой человек пожаловал вместе с вами?
 
— Да, друзья мои, сейчас я отвечу на этот вопрос, но сначала хочу поинтересоваться, как здоровье ваших драгоценных супруг и ваших детей.
Разговоры про семейные дела затянулись минут на сорок. Дэн присел в старое кресло, стоящее в углу, и задремал. Сквозь сон расслышал, как к нему обращаются словом «профессор». Дэн открыл глаза, его со всех сторон обступила старая гвардия. Старик-проводник задал вопрос:
— Мы хотим услышать от вас, какие последствия могут возникнуть из-за бездействия общественности в вопросах распространения клонирования человека.
Дэн от неожиданной постановки вопроса задумался.
— Может быть, мне следует рассказать все с самого начала.
— С самого начала не нужно, это займет много времени, а его у нас лишнего, как вы догадываетесь, совсем нет. Ответьте на конкретный вопрос, про остальное мы и так наслышаны.
Дэн рассказал все, что, по его мнению, было полезно о клонах.
— То есть вы создать создали, а результаты ваших экспериментов не предугадали, — прошепелявил по виду самый древний из всех старик.
Дэн согласился:
— Да, это так, я не смог предугадать дальнейшее развитие событий. Мне в голову не могло прийти, что кто-то может использовать мои научные исследования в своих корыстных целях. Я полностью признаю свою вину и не буду искать оправдание этим последствиям.
Древний старик снова зазвучал, заставив притихнуть остальных:
— Я думаю, этому человеку мы можем доверять. Он не стал прятаться за спины и достоин нашей похвалы.
Старики поочереди похлопали Дэна по плечам и спине.
— Вам нужно найти лабораторию, чтобы освободить людей? — Прозвучал тихий голос.
— Да, это самое главное, спасти невинных людей.
— Как вы предполагаете, где они могут быть?
— В здании, где раньше находилась лаборатория, их нет. Надеюсь, что мы их отыщем в стенах правительства, где они меня удерживали.
— И вы знаете, как туда попасть?
— Я думаю из вашего города можно беспрепятственно туда выехать.
Древний старик окинул взглядом свое войско. Один кивнул головой:
— Я был у дочери буквально вчера. Проезд свободный, никаких запретов не обнаружил.
— Это хорошо, — тихо сказал древний старик и продолжил шептать дальше, — нам нужно помочь молодежи найти людей. Я предлагаю сегодня всем обдумать этот вопрос, а завтра ранним утром доложить. Ответственным за гостя назначаю вас, Петр Михайлович.
— Слушаюсь, — отчеканил бодро проводник.
— Все свободны.
Древний старик немного привстал и его сразу подхватили двое помоложе, усадив в коляску. Из комнаты люди стали выходить в коридор, который вскоре раздвоился и потом еще раз раздвоился, оставив Дэна в том же составе, но уже с более радушным стариком.
— Почему вы здесь собираетесь?
— Почему?
— Я могу тебе теперь ответить. Это наш клуб, здесь мы можем собираться подальше от лишних взглядов и ушей.
— А какой смысл в этом?
— Смысл, — повторил старик, — смысл, молодой человек уже даже в том, что вы незаметно прошли из одного города в другой.
Старик рассмеялся:
— Верно же я говорю?
Дэну стало стыдно, что не подумал над своим вопросом.
Проводник, уже совсем в хорошем настроении, продолжал:
— Останешься сегодня у меня, а завтра примем решение, как тебе безопасно проникнуть в администрацию, и что мы еще для тебя можем сделать полезного.
Выйдя на свет через подвал какого-то дома Дэн, попал в настоящий рай. Тихий и спокойный город благоухал запахами многочисленных цветов. Вдоль тропы росли плодовые деревья, на них зрелые плоды сгибали тонкие ветки. Дэн посмотрел на проводника, тот понял желание и сказал:
 
— Если достанешь, то твое.
Дэн сразу ринулся покорять деревья. На одном яблоки, другом — груши, следующая — слива, рядом — ореховое дерево.