Приручить королевича (СИ)
Ювелир, худощавый мужчина с копной волос цвета воронова крыла с тонкими синими прядками вместо седины, внимательно поглядел на рассыпанные на прилавке серебряные безделушки — и вперил в посетительницу холодный взгляд. Так черные вороны, сидя на заборе, разглядывают снующих мимо прохожих.
— Сударыня, я не торгую амулетами. Тем более заряженными.
— Что? — удивилась Варя. — Что вы имеете в виду? Это просто серебро, которое…
— Это — кристаллы в серебряной оправе, заряженные вашей энергией. Даже я ощущаю мощный заряд. Барышня, посмотрите на себя в зеркало — мне ли вам объяснять элементарные вещи?
Варя поняла, что ювелир намекает на ее яркую шевелюру и на свои цветные прядки, в его случае, вероятно, означающие небольшую способность к магии.
— Простите, я еще не прошла обучение, поэтому ничего не понимаю в амулетах, — извинилась она.
— Откуда ж вы взялись, барышня, из какой глухой провинции, что не знаете даже таких простых вещей? — сухо удивился ювелир. — С Кольца свалились, что ли?
— Ну, почти что так, — не стала отпираться Варя. — Не подскажите, могу ли я их продать? И где, кому?
— Здесь, в Белозорье, публично торговать заряженными кристаллами без личного разрешения магистра Чуролюта незаконно, так что на базар это нести я вам не рекомендую. Проще всего вам их сдать — за стандартную плату — в академии Тугохвала. Благо далеко идти не нужно. — Он кивнул в сторону окна, из которого просматривался подъезд к готическому особняку напротив. — Думаю, у вас тут наберется немало, хватит на новенькую карету вместе с оравой породистых кроликов. И на домик за городом останется.
Он взял в руку цепочку с подвеской, рассмотрел внимательнее, привычным движением вставив и прижав бровью ювелирную лупу-глазок. Варя машинально подумала, что от этой привычки удерживать лупу у него и развилась способность так выразительно шевелить бровями — накачал мышцы.
— Заряд сильный и чистый. Насколько я могу судить, конечно. Кристаллы, правда, не древние. Хм, свежие, как недавно выдутое стекло. Необычная структура, оригинальная огранка…
— Это фианиты, вроде бы, — вставила Варя. — Искусственно выращенные камни. А не знаете, могу ли я как-то убрать заряд и сдать вам это всё в качестве обычных украшений?
— Зачем, сударыня? Так вы лишь обесцените ваш товар и получите сущие гроши. Правда, вот эту цепочку я бы у вас взял. Необычное плетение, я такого еще не встречал.
Варя охотно согласилась продать цепочку-веревочку отдельно от кулона, тем более цену ювелир назвал неплохую — хватит и на приглянувшуюся шкатулку, и на нож с вином. Уж очень не хотелось отправляться к Чуролюту в мрачный особняк. Вдруг впрямь чародей учиться заставит?..
Пока хозяин магазинчика отсчитал монеты, пока, пользуясь возможностью, с Вариного разрешения взялся с творческим интересом разглядывать в лупу другие украшения и что-то себе в потрепанный блокнот срисовывать, Варя присела на широкий подоконник темного дерева. Попивая предложенный ювелиром горячий напиток, напоминающий крепкое какао, да с маленьким кремовым пирожным прикуску, она задумчиво пялилась на особняк напротив. (Правда, половинку пирожного пришлось отдать на мгновение проснувшемуся песцу — и допивать какао с уже остывшими базарными пирожками).
И пока она жевала и пялилась — оказалась свидетельницей, как к серо-гранитному крыльцу сначала подъехал экипаж, откуда вышел сам главный маг королевства. И только колдун стал подниматься по ступеням, неторопливо беседуя со своим невзрачным спутником — учеником ли, подмастерьем ли — как на верхней ступеньке из ниоткуда появился еще один человек. Высокую мужскую фигуру скрывал черный плащ. Чародей ничуть не удивился пришельцу, напротив, распахнул руки, будто желая заключить в объятия, однако сдержался. Пришелец слегка поклонился в ответ на бурное приветствие. Чуролют между тем взобрался по ступеням до верха, перед ними открылись двери особняка. Перешагнув порог следом за пригласившим его магом, пришелец на ходу сбросил с головы капюшон. И Варя подпрыгнула на месте, разглядев всклокоченные волосы знакомого цвета вялой морковки. Но двери особняка сразу же закрылись, оставив ее в сомнениях, вправду ли был это принц неведомого Синегорья Зимослав Снежен — или ей причудилось? Может, она такой манией заболела — теперь везде ей будет мерещиться сиреневоволосый красавец?
— Простите, это случайно не Зимослав сейчас вошел в то здание? — окликнула она увлекшегося цепочками ювелира.
— Что? А, я не видел. Возможно. Всё-таки Тугохвал был учеником его деда, так что они хорошо знакомы.
— А я слышала, что Зимослав в ссоре с королевской семьей и редко приезжает с официальными визитами, — ввернула Варя, внутренне сгорая от любопытства.
— С официальными, — подчеркнул ювелир, торопливо заканчивая заметки. — Но Чуролют им не родственник. Пока что нет.
Поняв, что по этому вопросу она больше ни слова не дождется, Варя неловко сменила тему:
— А еще я слышала, будто на невесту Злата падет проклятие.
— Да что вы говорите! — хмыкнул ювелир. — И где вы такое услышали?
— Ну… люди сплетничали.
— Сплетни частенько врут, сударыня.
— Но ведь жалко же… невесту.
— Да, бедняжке не повезет. С женихом.
— Вы что-нибудь знаете об этом? — с надеждой спросила Варя.
— Впервые слышу, — не моргнув глазом, заявил он. Жестом предложил ей собирать разложенное на прилавке серебро. — Благодарю, знакомство с вами оказалось весьма любопытным.
— Я вот думаю, — вздохнула она, сгребая свое добро в рюкзак, — может быть, есть какой-то способ избежать этого проклятия? Существует какой-нибудь защитный амулет?
— Не исключено. Однако если и спрашивать о специальных амулетах, то точно не у меня, я всего лишь вставляю кристаллы в оправу, — пожал он плечами. — Обращайтесь к магистру и его ученикам, они-то вам дадут толковый совет. И научат.
— Да я и боюсь, что Чуролют-то научит… — еще глубже вздохнула Варя.
Попрощавшись с гостеприимным ювелиром, она вышла из магазинчика. Постояла, разглядывая особняк: прямо сейчас где-то там беседует с придворным магом принц чужого королевства. Вот только не факт, что, если она сейчас же пойдет и потребует обещанной встречи с Чуролютом, она увидит и запавшего в сердце красавчика. Да и какое ему будет дело до чужой невесты? Тем более, если он поссорился со Златом…
Вздохнув так тяжко, что разбудила Финика, Варя развернулась и пошла на базарную площадь. Пока в кармашке имеются деньги, надо купить сувениров.
____________
Следующую неделю Варя ходила в ювелирную лавку, как на работу — каждый день после полудня. Правда, пару раз случалась запертая дверь и табличка «закрыто» в окне, так что приходилось разворачиваться ни с чем и гулять по городу до заката.
К слову сказать, довольно скоро Варя выяснила, что неделей тут считается десять дней, а здешние сутки длиннее земных — пятнадцать часов до полудня и пятнадцать после, против привычных дважды по двенадцать. Поэтому-то она, просыпаясь у себя дома утром, попадала в город то в светлое время, то в темноту. Циферблаты местных хронометров, конечно, выглядели странновато на первый взгляд — как те, что красовались на башне городской ратуши, так и напольные ходики-«шкафчики» в часовых лавочках или высокохудожественные экземпляры для украшения каминных полок: сверху вместо цифры «12» стоял заковыристый значок, обозначающий цифру «15», а на 180 градусов вниз вместо шестерки получалась половина восьмого.
Ладно, хоть сам час как условный отрезок времени практически совпадал с тем, что отсчитывал Варин смартфон. К счастью, она окончательно перестала путаться в днях и ночах, когда одним скучным домашним вечерком, (закончив выкладывать в интернет на платный фото-сток фотографии с красотами средневековой архитектуры), нашла в сети программку-будильник с возможностью выставлять любую фэнтезийную или космическую систему времени. С тех пор заставка ее мобильника показывала два набора цифр.
В связи с удлиненными сутками расписание местных жителей тоже заметно отличалось. Например, в полдень многие ранние «жаворонки» законно прерывали работу или прочие занятия ради трех-четырех часов полноценного отдыха — и уходили домой подремать. Зато благодаря отраженному от Кольца солнечному свету утренние и вечерние сумерки были такими долгими и ясными (даже в облачную погоду!), что любители «сиесты», хорошенько отдохнувшие днем, могли продолжать активную деятельность допоздна. Итого полноценная ночная темнота и тишина наступала в городе только часов на шесть — когда Кольцо над горизонтом блекло, попадая в планетарную тень.