Девочка из снов (СИ)

— Тш-ш-ш… Не отвечай сейчас. Хорошо? Утро вечера мудренее.
Всхлипываю. Слизываю с губ соленые слезы. А ведь я даже не понимала, что плачу… На контрасте с этой разъедающей душу солью его поцелуй кажется еще больше сладким. Я выдыхаю, наслаждаясь его тяжестью на мне. Развожу ноги, чтобы ощущать эту тяжесть в самом правильном месте. И даже через несколько слоев одежды я чувствую, как пульсирует его плоть, как она рвется наружу. Просовываю руку между нашими телами. Сажусь, не размыкая губ. Лишь откровенней его целуя. Стаскиваю штаны, проникаю рукой под резинку белья… Сжимаю пальцы, и он рычит мне в рот что-то ужасно непристойное.
Отползаю от него на четвереньках. Чтобы взять ртом…
— Нет. Нет. Не нужно…
— Ты не хочешь?
— Не в этом дело. Просто я… Там не очень красивое зрелище.
Несколько секунд я туплю. Моя потребность осуществить задуманное настолько сильная, что я не могу понять, какого черта он не позволяет мне закончить начатое. О чем вообще толкует?
Глядя ему в глаза, медленно сбрасываю с себя его руку, которой он продолжает меня удерживать. Веду пальцами от влажной бархатистой головки по толстой вене вниз. Шрам уже почти стерся. Но я вполне могу допустить, что Иса видит это все несколько иначе. Я соскальзываю еще чуть дальше. На бороздку, ведущую к анусу. И хоть глаза Исы становятся с каждой секундой все шире, останавливать меня он не спешит. Я наклоняюсь и, взяв его в рот, надавливаю. Не обязательно проникать внутрь, чтобы усилить ощущения массажем простаты. Главное знать, куда нажать. И быть достаточно мужественным, чтобы позволить партнерше провернуть такой фокус. В мужественности Исы сомневаться не приходится. Одним слитным движением он меняет наше положение так, чтобы и мне не мешать, и самому не бездействовать. Одной рукой лаская мою грудь в вырезе халата, второй он раскрывает меня и размашисто лижет.
Я чувствую, как ко мне возвращаются силы с каждой накатывающей волной оргазма. Как ко мне возвращается желание жить… Я почти готова согласиться уехать с ним, потому как понимаю, что один черт без него не смогу. Но когда я уже готова вернуться к этому разговору, у меня в номере звонит телефон. На часах полпервого ночи. Мы с Исой переглядываемся, понимая, что ничего хорошего от таких звонков не приходится ждать…
— Возьми трубку, — командует он. Я киваю, но все равно еще несколько секунд медлю, прежде чем ответить.
— Да.
— Сана Шакаевна, здесь Азамат Тахирович на проводе. Говорит, у него что-то срочное.
«Это кто?» — читаю по губам Исы. Прикрываю трубку ладонью и тихонько шепчу:
— Мой юрист. — А потом уже в трубку командую: — Соединяйте.
— Сана?
— Да, Азамат, что случилось? — включаю телефон на громкую связь.
— Я понятия не имею, что происходит, но у нас в офисе маски-шоу, какой-то клоун машет новыми правоустанавливающими документами и утверждает, будто компания продана. Ты что-нибудь знаешь об этом?
— Нет. Глупости это все. Как такое возможно?
— Ну, судя по тому, как борзо себя ведут ребята, они уверены, что им ничего за это не будет. Не хочу тебя пугать заранее, но очень похоже, что мы имеем дело с рейдерским захватом.
— Скажи ему, чтобы ничего не предпринимали, — шепчет Иса и, тут же вскочив с кровати, хватается за свой телефон.
— Понятно, — сглатываю я. — Я сейчас буду.
— А нам что делать? Производство полностью остановлено.
Поднимаю взгляд на Ису. Я ведь правда ничего о нем, настоящем, не знаю. Может быть, он давно уже не тот мальчик, которого я однажды спасла… Может быть, то, что происходит с моим косметическим брендом — вообще его рук дело? Сколько в мире баб, поплатившихся за свою легковерность? Не поэтому ли он хотел меня отослать? В Прагу…
И почему мне кажется, что он очень хорошо понимает, какой ход приняли мои мысли? Понимает и все же молчит…
— Ничего. Ждите, — шепчу я в трубку и возвращаю ее на базу. В награду мне за доверие — его полыхнувший жадным довольством взгляд.
  
Глава 19
 
Иса
— Какого черта у вас там происходит? — рычит в трубку Первый. Что ж, рык, как ни что другое, свидетельствует, что тот еще не забыл, сколько раз я спасал его задницу в деле. На других своих подчиненных Демьян не орет. Напротив. Чем больше он недоволен, тем тише становится его голос. И это гораздо более эффективная тактика. Даже матерые спецы проникаются. Что уж говорить о новеньких?
 
— Я как раз пытаюсь понять. Но мне нужен доступ к кое-каким данным, люди и чуть больше информации.
— Всего-то?
— Я не могу разорваться! Не забывай, что у меня полным-полно работы в заповеднике, которую я должен делать, чтобы не попасть под еще большее подозрение.
В трубке повисает молчание.
— Да уж! Внимание ментов тебе теперь обеспечено.
— У них ничего на меня нет. Мужики подтвердят, что в момент выстрела я был с ними. Да и какой у меня может быть мотив?
— Ты правда хочешь, чтобы я это озвучил?
Чертыхаюсь про себя. Нет, я, конечно, даже не надеялся, что от Первого укроется мой интерес к Сане, но…
— Нет, — резко бросаю я.
— Ты уверен, что можешь и дальше участвовать в операции?
Твою мать… Это он сейчас подвергает сомнению мою беспристрастность?
— А я дал какой-то повод думать иначе? — не сумев скрыть металл в голосе, интересуюсь я.
— Просто хочу убедиться, что ты думаешь головой, а не головкой! — рявкает в ответ Демьян, а потом с шумом выдыхает и уже спокойнее замечает: — Знаешь, баба кому хочешь мозги запудрит!
— Не в этом случае.
— Ты же понимаешь, как много по ней вопросов?
Понимаю. Как понимаю и то, что информацию по Сане теперь точно найдут. Машину не остановить.
— Конечно. Но вы не там копаете.
Первый хмыкает в трубку.
— Ладно. До связи. Пошлю к тебе в помощь Шестого.
— Демьян! Погоди… По ситуации с захватом…
— А что с ней?
— Я прошу вернуть все на круги своя.
— Это компетенция не нашего ведомства.
— Расследование покушения на убийство — тоже не нашего ума дело! Но мы, тем не менее, в это влезли за каким-то чертом, — напоминаю я. Больше всего бесит, что я не могу понять истинного интереса своей конторы. Акаю принадлежит один интересный завод, работающий на подряде у Минобороны. И я уж начинаю думать, что ноги растут оттуда. Может, он подторговывает секретными разработками? Но ему-то это зачем? Денег у Темекая и так вперед на несколько жизней. А особенной любви к роскоши я за ним не замечал.
— Нам нельзя спугнуть того, кто стоит за организацией захвата. Потому как, вероятней всего, он причастен и к покушению.
— Постой-постой! Правильно ли я понимаю? Ты прямо сейчас подтвердил, что Сана вне подозрений? — невольно усмехаюсь, поймав Первого на противоречивости озвученной им информации.
— Черта с два, — ворчит тот, — считай, что у нее подписка о невыезде.
Это означает, что о Праге нам и мечтать не стоит, пока наверху не разберутся со случившимся дерьмом. Радует хотя бы то, что в ближайшее время Темекаю будет не до Саны. Вряд ли он быстро оправится после такого ранения. Мне не придется ее делить с ним. Не уверен, что теперь смог бы.
Сана… Я ведь даже не знал, что чувства могут быть такими сильными. До неё… не знал.
Я сбрасываю вызов, прячу в карман телефон и захожу в небольшое помещение магазина. Здесь тебе и аптека со скудным ассортиментом, и продуктовый. Местные частенько останавливаются за шатким столиком у окна, почесать языками. Или обсудить новости, которые идут по допотопному телевизору, подвешенному в углу.
— … перейдем к репортажу с места событий! — звучит голос диктора, на который я, впрочем, поначалу не обращаю внимания. И только когда вслед за этим я слышу голос Саны, резко вскидываю голову. Смотреть на нее — одно удовольствие. Как и слушать. Умная женщина, что с нее взять? Вон, как толково разложила все телевизионщикам. Рейдеров назвала более понятным простому народу словом «бандиты» и тем самым моментально заручилась широкой общественной поддержкой.