Повелитель теней. Том 5 (СИ)
— Мама любит свежий хлеб, — говорила девочка. — Но мы не можем его часто покупать. Хлеб — дорогой. А за ягоды и грибы нам платят мало. Зато добрая бабушка даёт мне молоко бесплатно!
Прошла ещё неделя, и я окончательно зашёл в тупик. Люди не исчезали, улик не было. Я уже не понимал, что вообще здесь делаю. Впустую трачу время? Однако перед отъездом я решил по десятому кругу снова поговорить с каждым жителем деревни. И вот тогда внезапно выяснилось, что странная семейка с опушки не показывалась очень давно. Слишком давно даже для странной семейки с опушки. Но раньше мне об этом никто не сказал, потому что — ну, чудики же, что с них взять. Да и кто за ними следит? Ну, не ходят и не ходят в деревню. Может — месяц. Может — три месяца. А может — и все пять. А ещё местные неожиданно вспомнили, что странная семейка никогда не покупала молоко.
На меня обрушилось осознание, какую оплошность я совершил. Повёлся на мнение большинства, что странную семейку не стоит трогать. С тяжёлым сердцем я направился к их дому. На подходе ко мне вернулась надежда — я почувствовал, как бьются шесть сердец. Живы-здоровы. Может, дурное предчувствие — это всего лишь мнительность? В этот раз я решил не стучать в дверь — открыл задвижку магией и, накинув на себя маскировку, пробрался внутрь. Весь дом внутри был покрыт паутиной. Словно ажурные занавеси, она свисала отовсюду. В крохотной спальне на полу лежали пять больших коконов, а рядом с ними, свернувшись клубком, спала Чёрная Вдова. Красивая бабочка на её спине сияла в темноте ярким огнём.
На кухне что-то зазвенело. Я прошёл туда и застыл — девочка, напевая весёлую песенку, варила картошку. Это отдавало какой-то фантасмагорией: её семья умирает за стенкой, а она готовит и даже не думает о том, чтобы бежать в деревню за помощью. Повесив купол тишины, я постучал по дверному косяку и негромко поздоровался:
— Привет.
— Здравствуйте, — девочка не испугалась. Оглянулась через плечо, мило улыбнулась и предложила: — Будете чаю?
— Давай, — согласился я и спросил: — А ты видела, что с твоими родителями?
— Они скоро превратятся в бабочек, — ответила девочка беззаботно. — Прям как моя подружка. Я встретила её в лесу. Она такая красивая! Я сразу с нею подружилась! И пригласила домой.
— То есть твоя подружка сделала это с твоими родителями? — зачем-то уточнил я, хотя это было и так понятно.
— Ага, — кивнула девочка. — Они ей очень понравились. Она захотела сделать их такими же красивыми, как она. Надеюсь, у мамы будут золотые крылышки. А у старшего брата — коричневые, как навоз. Он называет меня дурочкой. Я не хотела, чтобы он становился бабочкой. Но подружка уже сделала для него кокон.
Я усыпил её мягким потоком магии и вернулся в спальню, где разрубил Чёрную Вдову на мелкие кусочки. Семью девочки было уже не спасти — по факту эти люди умерли, как только попали в кокон. Чёрная Вдова вводит в своих жертв вещество, которое их одновременно и консервирует, и растворяет как желудочный сок. Растворяет медленно и мучительно, но неотвратимо. Последним разлагается сердце, которое до последнего поддерживает в жертве видимость жизни. Я прекратил мучения несчастной семьи пятью ударами меча, а потом заметил, что в углу комнаты стоит бидон с молоком. Пять месяцев девочка не только жила рядом с убийцей её родных, но и поила эту тварь молоком, которое ей давала добрая бабуля.
* * *Так что после того случая к Чёрным Вдовам у меня появилась сильная неприязнь. Поддавшись злости, я переусердствовал с силой, вложил в магический удар слишком много магии и буквально распылил паучиху. Болотник вообще не доставил проблем — беспомощно забулькал и натравил на меня Огненных Жаб. Я уничтожил их щелчком пальцев. Наверное, бой мог бы продолжаться вечно — я постоянно подпитывался кристаллами и только увеличивал свою силу. Это было настолько увлекательно, что я не отследил тот момент, когда почти вплотную приблизился к четвёртому рангу. Моё тело окатило жаркой волной, кровь прилила к лицу, и слегка скрутило суставы. Нужно открыть третью ранговую способность — я смогу подняться на ступеньку выше!
Сложно было сконцентрироваться на третьей ранговой способности, но я Теням взять основной удар на себя. Пока они сражались с монстрами, я потянулся к своему магическому ядру, к самому центру, и нащупал ускользающую призрачную нить. В последнюю секунду, когда казалось, что она исчезнет, я схватил её и с силой дёрнул. Наружу вырвался поток энергии, которые стремительно уплотнился и превратился в ранговую способность. Я ощущал монстров, которые рвались ко мне с яростным рычанием. Каждую их клеточку. Я видел новообразования и внутренние разрывы, трещины в костях и кровоизлияния. И мог направить в них магию и усугубить всё это в тысячи раз. Превратить новообразование в огромную опухоль, трещину — в открытый перелом, а разрыв — в гниющую рану.
Я ударил третьей ранговой способностью по Игольчатому Бегемоту, и у него подломились передние лапы, а вроде бы безобидное образование в его бедре выросло до размеров арбуза, отчего лопнула его кожа. Бегемот завизжал, словно раненый пёс, и рухнул на пол, забился в конвульсиях. Опухоль продолжала расти, а перелом становился всё сильнее и сильнее, пока лапы не отвалились. Быстрым ударом я убил Бегемота, передёрнув плечами. Эффективная способность и очень опасная. Однако… почему мои ранговые навыки больше подходят для пыток⁈ Нет, если бы я мечтал о карьере палача, то прыгал бы до седьмого неба от счастья. Ладно, пусть будут козырями в рукаве. Так что оставшихся монстров я прикончил обычной магией и, поглотив все кристаллы, повернулся к учёным.
— Спасибо, господин! — пролепетал один из них. Единственный, кто не рухнул в обморок и остался в сознании.
— Не за что, — я усыпил его и подтёр ему и его коллегам память. Теперь они не вспомнят, как я выгляжу и каким образом победил всех монстров. Осмотрев изрядно разрушенное бомбоубежище, я начал его обыскивать — перерыл все бумаги, но ничего путного найти не смог. Ни намёка на то, кто такая загадочная Анастасия. Хорошо. Если не получилось сыграть в сыщика, то постараюсь нащупать магический след. Маловероятно, что получится его отследить, но хоть что-то — это лучше, чем ничего. Я сосредоточился, но мой взгляд зацепился за рукав бежевого плаща, который торчал из-за шкафа. Плащ принадлежал учёному, который в панике вылетел из бомбоубежища. И его волнение явно связано с бунтом монстров. А значит, он, скорее всего, помчался на всех парах к заказчице…
Я прощупал карманы плаща и нашёл кожаный коричневый бумажник, в котором лежали маленькая семейная фотография и блокнотный лист — абсолютно чистый, разве что с разводами то ли от чая, то ли от кофе. Я просканировал его магией на невидимые чернила — пусто. Что ж, а если взглянуть на свет? Тоже ничего. Возможно, я просто так чуть ли не обнюхиваю мусор, а возможно… Я заметил на листке едва заметные борозды. Подняв карандаш с пола, я аккуратно затушевал листок, и борозды сложились в слова. «Рыболовецкая, красная крыша». Я вышел из бомбоубежища, вызвал такси и поехал на Рыболовецкую улицу. Я попросил такси медленно прокатиться по ней туда-сюда, чтобы просканировать все дома с красной крышей. Но мы не успели проехать даже ста метров, как земля задрожала, а двухэтажный особняк с красной крышей накренился и начал заваливаться набок. Дорога треснула, раздался взбешённый рёв, и наружу высунулась морда Саблезубого Крота. Монстр седьмого ранга? Едва ли я смогу его победить, слишком силён…
И только я об этом подумал, как из-под земли вырвалась здоровенная лапа и вонзила когти в хребет Кроту. Я узнал монстра по серой морщинистой коже и бородавкам, которые вспыхивали язычками пламени. Жыжник! Восьмого ранга?
Трындец.
Глава 2
Жыжник — это подземный монстр, который может управлять огненной стихией. Слаборазвитый монстр, на первом — третьем рангах, обычно промышляет поджёгом посевов и деревенских домов. А вот, когда эта тварь достигает четвёртого ранга, она начинает охотиться на людей, и её кровожадность растёт с невообразимой скоростью. Удивительно, как Жыжника восьмого ранга вообще смогли удержать в клетке. А то, что он сидел в клетке, я не сомневался — в ином случае он бы уже устроил в Москве кровавую баню. С грозным рёвом он выбирался из-под земли, мотая здоровенной треугольной башкой из стороны в сторону — вслушивался, выискивая жертву. Слух у подземных монстров зачастую очень слаб, и Жыжник не исключение. Таксист газанул, сдавая назад, и Жыжник повернулся к нам. Время на размышления закончилось! Я выпрыгнул из машины и закричал: