Абсолют. Том 5 (СИ)

Немного поболтав и слегка перекусив, мы с Кханом озвучили нашу просьбу, и хозяин квартала нам не отказал, позволяя воспользоваться большим и глубоким бассейном его клана. Сразу туда и отправились. Оставшись в одних базовых системных труханах, я погрузился в тёпленькую воду и стал ждать объяснений.
— Сейчас задержи дыхание и плыви на дно. А уже там не сдерживайся и начни свой бой с тенью. Сперва будет тяжело, но после пары десятков погружений эффект точно почувствуешь.
Я, всё ещё не понимая, зачем это всё, решил довериться Кхану и камушком пошёл на дно. Для лучшей визуализации закрыл глаза, и перед моим взором тут же появился бритвенно острый клинок, который я попытался заблокировать. Сопротивление воды не помогло, и лицо, что должно было быть рассечено лезвием, пронзила фантомная боль. Не успел скинуть наваждение, как со спины проклятый Орк зарядил своим трёхметровым молотом. Попытался увернуться и отплыть, но вода вновь не позволила убраться с линии удара, и кожу словно прожгло разрядом. Однако, влага очень быстро смывала боль. Копьё в ключицу, меч в живот, кинжал в печень, хлыстом по ноге… Демоны видений преследовали меня, а я страдал, не имея возможности уклониться от этих вездесущих убийц.
— КХЕ! — выплюнул воду и закашлялся, выныривая на поверхность.
Вообще, я мог даже не дышать, но организм был настроен резко против. Ведь это то, чему мы учились с рождения, и просто так от рефлексов не скрыться.
— Ну что, легче?
— Да чёрта с два! Ещё хуже стало!
— Тогда ещё ныряй. Ныряй и веди бой, пока не сможешь сравниться в скорости и отразить удар.
— Легко сказать! — скривился я и, набрав побольше воздуха, ушёл на дно.
Я бился и бился, получал и получал даже от воображаемого противника. Меня накрывала уже физическая дурнота, а мозг понятия не имел, как вырваться из этого замкнутого круга.
Очередной воображаемый удар огромной острейшей саблей должен был отсечь мне как минимум руку, когда мне впервые удалось отразить воображаемую атаку. Я даже боль на костяшках пальцев ощутил, отводя воображаемое лезвие в сторону — настолько велика оказалась сила самовнушения.
Миг — и меня сдувает водой в сторону от очередного выпада противника. То действовал уже не я, а вода бассейна после моего прошлого, парирующе-отводящего кулака.
Я поддался этому чувству и не сопротивлялся воде, помогая себе и используя её, чтобы сбивать воображаемые атаки и грациозно блокировать их.
Хм… Вот ведь… Кажется, я что-то нащупал.
— У-у-у-уф, — я жадно глотнул воздуха и заметил большой палец Кхана, ободрительно задранный вверх. Мой жест скопировал.
А ещё наблюдающие за моей тренировкой Умбровцы стояли все в воде. Видать, я разогнал течение так, что и им досталось. Хм, а ведь благодаря сознанию ни разу башкой в стену бассейна не врезался. Даже не помню, когда начал эту технику применять. Уже на автопилоте действую.
Пока голову не покинуло озарение, я срочно погрузился под воду и продолжил невидимый бой с тенью. И с каждым погружением уходить от атак и блокировать их получалось всё лучше и лучше. Я даже нарастил клинки и принялся сражаться с их помощью, вертясь на дне бассейна волчком.
И когда воды из-за моих кульбитов стало слишком мало, я наконец закончил. И, к моему удивлению, больше никакие призраки и впрямь меня не преследовали. Только безумный голод накрыл меня, как и предсказывал Кхан. Но за последнюю сотню атак ни разу меня не достали воображаемые клинки здоровяка клыкастого. Больше того, теперь во мне крепла уверенность, что появись они здесь, в воздухе, где я намного быстрее, подавить их смогу и подавно.
— Ну что, вернул уверенность в себе? — усмехнулся Кхан, выходя из-за угла, где прятался от тысячи брызг. — Бассейн ты, конечно, не пощадил… Даже плитка местами откололась.
— Тц… Неудобно вышло. Мистикс! Я отремонтирую! И воду верну. Пришлю Анну, она талантливая водница, — тут же подошёл я к главе клана, что стоял под зонтом и в защитном костюме, оберегающем от брызг.
— Не надо. Это было крайне интересное зрелище. Да и бойцам моим посмотреть на такое полезно.
 
— Да? — удивился я. — Чем?
— Много ли ты знаешь богов, что ударом ладони способны создать трёхметровую волну, окатившую половину двора? А твои движения? Ты словно сам стал частью водного потока… — вовсю нахваливал меня Мистикс Гойль, пока его не перебил мой заурчавший живот. — Ха-ха-ха… Прав был мудрый мистер Кхан. Перекусить после тренировки — святое. Прошу к столу. Всё уже готово.
Мой разум наконец-то успокоился, и я в каком-то ошеломлении сидел, с одной стороны участвуя в беседе и поглощая шедевры местного повара, а с другой — закрепляя в своей голове истину и понимание того, что битва и сражение — это движение. Даже когда мы просто стоим на месте — это своего рода движение. Сейчас мы здесь, а через мгновение мы можем оказаться в сотне и тысяче других мест, поз и боевых стоек. Битва идёт каждое мгновение, каждый вдох, и тот, кто задаёт темп и ритм, тот, кто своими движениями отсекает неудобные для себя варианты и добавляет опасные для врага — тот и доминирует.
Меня щемили опытом. Меня давили мастерством. Куда бы я ни повернулся — там меня ждала атака врага. Да, наш раунд редко длился больше десяти вдохов. Редко когда я выдерживал больше десяти шагов, потому что с каждым движением и каждым шагом старый Клык загонял меня в угол, пока не оказывался в доминирующей позиции.
Это тяжело объяснить. Но пространство во время боя, оружие, тело и рефлексы… Всё это является нотами одной композиции. Выбрось хоть что-то — и битва зазвучит не столь чудесно. Я плохо использовал всё это вместе. Если говорить совсем уж простым языком — при равных показателях силы, ловкости и скорости я использовал в лучшем случае двадцать процентов своего потенциала и мастерства. А Старый Клык… Он, даже поддаваясь мне, не опускался ниже пятидесяти процентов.
Разумеется, все эти цифры надуманы мной, но я чувствую, что не далёк от истины. И если мне хочется сразиться с ним по-настоящему, мне нужно достичь баланса и без ограничений на автопилоте использовать всё, что у меня есть, поддерживая при этом гармонию. Шаг за шагом, даже проигрывая, я должен повышать мастерство комбинирования своих сил, своего сознания, своих навыков и окружающего пространства. Без этого я обречён на провал. Как и во множестве спаррингов до этого.
— Лид, так что насчёт моего предложения?
— А? Прости, слегка задумался… Очень уж уха хороша, — не соврал я, ведь уха и впрямь была великолепной. Даже напомнила далёкое детство и поездки с отцом на рыбалку…
Помню, как голодным готов был съесть рыбу чуть ли не сырой. То был вкуснейший ужин для шестилетнего меня.
А? Что? ОТЕЦ⁈ Я только что ясно вспомнил и увидел его лицо, а затем накрыла боль, агонизирующая и нарастающая. Я сжал зубы и переждал вмешательство Системы, а это было именно оно, но не подал виду. Она стёрла внезапно пробившиеся через завесу воспоминания.
— Так что там за предложение? — посмотрел я на замершего Мистикса. Да и все остальные как-то замерли.
— Кровь из-под носа вытри… — протянул салфетку Кхан.
И после его слов запестрели сообщения о полученном уроне и травме, предложив исцелиться за пару единиц божественности. И я согласился, удивляясь происходящему. Это вообще как так-то?
— Я семью на мгновение вспомнил. И потом забыл. У вас такое бывало?
От моего откровения все ошалело раскрыли рты, а Кхан нахмурился.
— Слышал… о подобном. Ничем хорошим для того, кто сумел обойти ограничения Системы, это не закончилось. Поговори потом сам знаешь с кем. И постарайся не влезать в эти дебри, — искренне посоветовал мне мой друг и наставник.
— Удивительно… Удивительный ты человек, Лид. Так что, будем альянс создавать?
— А? Альянс? Какой альянс? — я мотнул головой и виновато попросил снова рассказать мне всё с самого начала и максимально подробно.
— Хе-хе… Я уже десять минут о нём говорю. Ты вообще меня не слушал, да? — рассмеялся глава «Умбры» и вновь вернулся к своему предложению, озвучивая его с самого начала.