Риск (ЛП)

От безопасницы послышался пронзительный звук, и автоматический голос проговорил:
— Опасное нарушение периметра. Тропа 4. Раштон 2527-0355-317.
Безопасница вскочила на ноги и поспешила наперерез маленькому мальчику, который, игнорируя красное свечение браслета на правом запястье, направлялся к озеру. Я рассмеялась, увидев, как она покачала головой и сурово указала дорогу обратно на разрешенную, безопасную для детей область парка. Сейчас женщина вела себя в точности, как безопасники на двадцать седьмом уровне.
Моя головная боль все усиливалась, и я решила принять одну из полученных таблеток. Для этого мне определенно требовалось питье, поэтому я двинулась к киоску.
За стойкой находился пожилой мужчина. Он уставился на следы крови на моей тунике и задал тот же вопрос, что и безопасница:
— Тебе нужна медицинская помощь?
— Спасибо, я уже получила лечение. И просто хочу купить воды.
Мужчина кивнул.
— Если ты еще и голодна, то у нас есть обед по лучшей цене. Он включает бесплатную бутылку воды и хрустящий кекс.
Я изучила плакат с ценником киоска и с облегчением увидела, что товары едва ли дороже, чем на подростковом уровне. Я решила, что сейчас хочу не только пить, но и есть, и мужчина прав, говоря, мол, обед — это лучшее предложение.
— Я возьму сырный обед с шоколадным хрустящим кексом. У вас есть напиток со вкусом дыни?
Он рассмеялся и указал на мою тунику.
— Ты далека не только от родной зоны, но и от родного уровня.
Я в замешательстве взглянула на него.
— Если бы ты пришла на девяносто третий уровень к родителям, то знала бы, что у нас есть только основные напитки: яблочный, апельсиновый и лимонный, — мягко объяснил он. — Вопрос о дынном напитке показывает, что ты жила гораздо выше в улье.
Я не знала, как ответить на слова об уровнях, поэтому решила придерживаться темы напитков:
— В таком случае я возьму яблочный.
Минутой позже я держала под правой подмышкой большую бутылку, в правой руке — большой ломоть хлеба с сыром и салатной смесью, а в левой — хрустящий кекс. Стайка озерных уток с оптимизмом приближалась ко мне, поэтому я нашла спокойное место возле ручья, где за мной с надеждой наблюдал лишь один кролик.
Я взяла одну из своих таблеток, запила яблочным соком и начала есть. И успела проглотить уже половину обеда, когда вспомнила слова Шанны о близости девяносто третьего уровня к системам переработки мусора на сотом.
Поколебавшись секунду, я сказала себе, что замечание подруги нелепо. Наш город-улей располагается под землей, и вся его вода и воздух восстановлены, но переработанная вода и затхлый воздух проходят полную очистку на сотом уровне, прежде чем возвращаются в системы подачи. Вода здесь, на девяносто третьем, не должна отличаться от той, что поступает в верхнюю часть улья.
Я вновь принялась за еду. Хлеб был свежим, сыр отличался сильным, но приятным вкусом, а к напитку и кексу и придраться невозможно. Листья салата оказались слишком грубыми и горькими на мой вкус, поэтому я поделилась ими с кроликом, а затем с довольным вздохом растянулась на траве.
Таблетка, очевидно, действовала, поскольку боль в моей голове ослабла. Я лежала в благословенном безделье, любуясь фиолетовыми цветами на ближайших кустах и слушая птичье пение, доносившееся с деревьев. Со временем надо мной закружилась маленькая птичка; она направлялась к гнезду, приделанному к вершине стоящей неподалеку поддерживающей колонны.
Я не знала, подействовали на меня таблетки или большая порция еды, но обнаружила, что от души зеваю. Я закрыла глаза, намереваясь немного подремать, прежде чем возвращаться на подростковый уровень, но проснувшись, обнаружила, что лампы с солнечным эффектом на потолке умерили яркость до лунной и появились маленькие огоньки звезд.
Если парковое освещение переключилось на ночное, то сейчас уже за десять вечера. Я проспала больше шести часов!
Я в тревоге села, огляделась и увидела, что прежде гостеприимный парк превратился в место зловещих темных теней.
Глава 5
 
Раньше девяносто третий уровень казался ободряюще похожим на подростковый, но сейчас я осознала, что нахожусь более чем в сорока уровнях от зоны домашнего коридора. Я с трудом поднялась на ноги, обошла темную массу кустов и направилась туда, где свет лун отражался в ровных водах озера. У меня никогда не возникало проблем с ориентированием ночью в парке подросткового уровня, но здешних троп я не знала и понятия не имела, где выходы.
Я решила, что лучше всего снова найти киоск с едой. К ночи он закроется, но все равно поможет выбраться к выходу, поскольку парковый киоск всегда стоит на главной тропе.
Найти киоск оказалось сложнее, чем я ожидала. Его красные и белые полосы мгновенно бросались в глаза при свете дня, но сейчас он превратился в просто еще одну затененную фигуру среди деревьев и поддерживающих колонн. Возле киоска мне пришлось выбирать, идти по тропе направо или налево. Оба направления должны были вести наружу. Я повернула налево и вскоре дошла до двойных дверей с горящим зеленью указателем выхода.
Я поспешила миновать двери, ощутив от облегчения прилив бодрости, и увидела, что нахожусь на границе ярко освещенного торгового района. Несмотря на поздний час, между магазинами сновало неожиданно большое количество людей. Я предположила, что посменные работники живут здесь же, на девяносто третьем уровне.
Я направилась к ряду лифтов, вызвала один, и когда двери открылись, увидела в кабине мужчину и женщину в одинаковых белых комбинезонах. Я взглянула на номер уровня назначения, увидела, что они поднимаются на один из пятидесяти промышленных на вершине улья, и нажала кнопку пятидесятого подросткового. Похоже, так поздно вечером между уровнями путешествовало не слишком много народа, и лифт взмыл вверх, больше не останавливаясь.
Когда двери открылись на подростковом уровне, я увидела, что нахожусь в другом торговом районе. У подростков мало причин заниматься покупками поздно вечером, поэтому лампы были потушены, и виднелось лишь несколько неясных фигур. Я все еще шла с неправильной стороны Бирюзовой зоны, но сейчас, прибыв на домашний уровень, чувствовала себя гораздо спокойнее.
Я двинулась в сторону более ярких ламп и обнаружила крупную развязку лент. Проверила знаки. Я в районе 505/5010 в Бирюзовой зоне и должна добраться домой в квартал 510/6120 в Синей. Я встала на медленную ленту в южном направлении, дала себе секунду приспособиться к ее скорости, затем перешла на среднюю и экспресс-ленту.
Она повезла меня по очень широкому коридору с яркими огнями над головой. Впереди стояла большая группа болтающих подростков, за моей спиной — мальчик и девочка. Группа впереди, должно быть, собиралась на позднюю вечеринку на пляже подросткового уровня, поскольку все они несли пляжные сумки и полотенца. Я поняла, что оставила свою пляжную сумку и полотенце, когда меня увезли на каталке. Оставалось надеяться, что кому-нибудь из друзей хватит ума забрать мои вещи.
Знаки на стене показывали, что мы приближаемся к перемычке между Бирюзовой и Синей зонами. Я как раз прикидывала, сколько минут мне потребуется, чтобы добраться отсюда до комнаты, когда гладкое движение ленты подо мной, похоже, на мгновение прервалось, а затем возобновилось, но как-то неспешнее. Я в замешательстве огляделась и заметила, что средняя лента тоже движется медленнее.
Уже встревоженная, я повернулась к мальчику и девочке позади.
 
— Что происходит? Система лент ломается?
Девочка скривилась, сочувствуя моей глупости.
— В полночь начинается тестовое закрытие межзональных дверей, происходящее раз в три месяца. Ты правда думала, что при этом экспресс-ленты продолжат двигаться на высокой скорости и выбрасывать людей у закрытых дверей?
— А, точно. Сегодня столько всего произошло, что я совершенно забыла о закрытии перемычек. Как глупо с моей стороны. — Я поспешно повернулась лицом по ходу движения.