Риск (ЛП)

Никогда не забуду того момента, когда я вышла за дверь, и ко мне повернулась угрожающая толпа тринадцатилетних незнакомцев. Я уже собиралась попятиться и сбежать, когда Шанна выступила вперед, засияла улыбкой, излучавшей самоуверенность, и вовлекла меня в разговор, который вела с другой девочкой.
Я до сих пор не понимала, что заставило Шанну в тот день выбрать лучшей подругой меня, а не Марго, Линнет, Прейю или одну из полудюжины других девочек в нашем коридоре. С самого начала было очевидно, что красавица Шанна и атлетичный Форж станут парой и вместе возглавят нашу группу. Сама по себе я бы застенчиво маячила на задворках, а вот будучи лучшей подругой Шанны, оказалась в центре всех мероприятий и вечеринок.
Я была глубоко благодарна за это и ценила все хорошие качества Шанны, но не закрывала глаза на ее недостатки. Шанна могла проявить великодушие и поддержку, но стремилась все время находиться в центре внимания и иногда, не думая, говорила обидные вещи. Этот звонок был типичен для нее: она ужасалась еде и воде на девяносто третьем уровне, не задумываясь, как ее слова на меня повлияют.
Я вновь постучала по инфовизору, чтобы проверить сообщения. Прочитала дюжину добрых пожеланий от друзей, включая Аттикуса и Линнет, напоминание общественной службы о тестовом закрытии межзональных перемычек раз в три месяца и ежедневный отчет о спортивных результатах Синей зоны.
Открылась дверь. Я ожидала, что за мной зайдет человек в медицинской форме, но появилась девушка в дешевом красном топе и юбке. Ее волосы представляли собой массу черных густых кудряшек, плотно окружавших темное лицо, а сама она выглядела лет на семнадцать, прямо как я. Но, вероятно, ее внешность была обманчива. Если девушка работала здесь, то уже должна была пройти лотерею, а значит ей, по крайней мере, девятнадцать лет.
— Привет, Эмбер. — Она заразительно улыбнулась мне. — Я Симона, но все зовут меня Базз.
Я не могла сдержать ответную улыбку.
— Почему Базз?
— Родители утверждают, что малышкой я все время болтала, а если не знала правильного названия того, о чем хотела сказать, то издавала высокий жужжащий звук. Я до сих пор тараторю без умолку.
Она помолчала, изучая меня.
— Я должна отвести тебя в другую комнату. Ты сможешь пройти один-два коридора, или мне привезти кресло?
Я постучала по инфовизору, сворачивая его, убрала в карман и встала.
— Я могу идти.
— Уверена, что тебе не станет плохо и не стошнит? — Базз наморщила нос и вздрогнула. — У меня сегодня уже был пациент с рвотой, и больше не хочется.
— Не думаю, что у меня возникнет слабость или тошнота.
Она кивнула.
— Тогда можешь идти, но предупреди меня, если начнется головокружение.
Я вышла вслед за Базз из комнаты, и мы двинулись дальше по коридору. Дойдя до питьевого аппарата, она махнула рукой.
— Хочешь что-нибудь попить, Эмбер?
Я чувствовала жажду, но не могла выкинуть из головы слова Шанны о системе переработки мусора.
— Нет, спасибо.
Базз повернула в другой коридор, открыла дверь с табличкой «терапия 6» и провела меня в комнату с такими же потертыми белыми стенами, как в процедурной, но с настоящим спальным полем вместо кровати и мягким креслом. Указала на поле:
— Ложись, а я посижу здесь и присмотрю за тобой. Скажи мне, если почувствуешь дурноту или головокружение, и я позову доктора, чтобы тебя проверили.
Я активировала спальное поле, легла на подушку из теплого воздуха и с облегчением вздохнула.
Базз села в кресло.
— Ты, очевидно, с подросткового уровня, — оживленно сказала она. — Ты одна из восемнадцатилеток, которым предстоит вступить в лотерею?
— Нет, мне всего семнадцать, так что мне до лотереи еще год.
— Я прошла ее в прошлом году. Думала, меня определят в учителя, как моих родителей, но в итоге оказалась на этой работе. — Она пожала плечами. — Это лишь доказывает, как сложно предсказать результат лотереи.
Все учителя принадлежали, минимум, к сороковому уровню. Мне заинтересовало, что думали родители Базз о дочери, направленной в глубины улья бегать с поручениями.
 
— Ты разочарована?
— Нет, для меня так гораздо лучше. Я сказала тебе, что все время болтаю — должно быть, ты и сама заметила, — и люблю встречаться с новыми людьми. Теперь я получила работу, где могу разговаривать со множеством разных людей. — Базз перевела дух. — Что ты сделала со своей головой?
— Ударилась ей об одну из звезд на потолке пляжа подросткового уровня.
Базз расхохоталась.
— Ты не выглядишь такой высокой.
Я застонала.
— Чувствую, я неделями буду выслушивать подобные шутки. На самом деле я поднималась на утес класса «С» с закрытыми глазами, пропустила край склона и стукнулась головой о потолок.
Она вытаращилась на меня:
— Ты обычно лазаешь по скалам с закрытыми глазами?
— Обычно я вообще не лазаю по скалам. Я боюсь высоты. Форж предположил, что подъем поможет мне справиться с страхом и… Ладно, я знала, что это плохая идея, но все равно согласилась попробовать. Мне сложно ему отказать.
— Форж — задира?
— О нет, — поспешно ответила я.
— Значит, Форж — красавчик. Ты в него втрескалась?
— Мне сложно отказать Форжу, но уверена, дело не в том, что я в него втрескалась. По крайней мере, почти уверена.
Я поколебалась. Прежде я ни с кем это не обсуждала. Конечно, я не могла говорить об этом с Шанной, ведь она — подруга Форжа, а откровенность с кем-то другим в нашем коридоре тоже могла привести к проблемам. Думала попытаться объяснить все маме во время одного из еженедельных визитов домой, но решила, что она или не поймет, или встревожится. Гораздо легче было выложить все незнакомцу, особенно такому дружелюбному и разговорчивому, как Базз.
— Если бы я втрескалась в Форжа, — продолжала я, — то наверняка захотела бы, чтобы он стал моим парнем, но это не так. Форж в отношениях с моей лучшей подругой, и я счастлива за них обоих.
Базз поджала губы.
— Если это влюбленность, то необычная. На подростковом уровне я помешалась на поразительно красивом парне и так отчаянно хотела, чтобы он меня поцеловал, что намеренно понажимала кнопки в лифте, и мы застряли там наедине.
Я хихикнула.
— Сработало?
— О, да. Просто великолепно сработало. Мы провели незабываемые пятнадцать минут, пока нас не спасли аварийные службы. — Она шаловливо улыбнулась. — Ты бы не хотела поймать Форжа в ловушку в лифте?
Я покачала головой.
— Форж — харизматичный лидер?
— Определенно.
— Тогда, возможно, в этом и кроется причина. Парень от природы убедителен.
— Полагаю, такое может быть, — с сомнением ответила я.
— Эта ситуация долго длится?
Я слишком стеснялась признать, что она продолжается с первого дня моего переезда на подростковый уровень.
— Достаточно.
— Она уже причиняла тебе проблемы?
— На самом деле, нет. Форж проводит много времени за плаванием и серфингом, поэтому я втянулась и в то, и в другое. От серфинга после болезненного падения отказалась, а вот плаванием наслаждаюсь по сей день.
— Форж не пытался давить, чтобы ты продолжала заниматься серфингом? — спросила Базз.
— Нет. Я уверена, что он не станет давить на меня и по поводу скалолазания. — Я пожалела, что взялась объяснять ситуацию с Форжем, и попыталась закончить разговор. — Это никогда не выглядело серьезной проблемой. Я просто чувствовала, что реагирую на Форжа немного странно.
— Ты пыталась встречаться с другими мальчиками на подростковом уровне?
Я поразилась вопросу.
— Пока нет. Думаешь, свидания с кем-то другим прервут мои странные реакции на Форжа?
— Возможно. Даже если нет, надеюсь, что несколько свиданий пойдут на пользу и тебе, и парню. — Базз задумчиво взглянула на меня. — Ты все еще не испытываешь тошноты или головокружения?
 
— Я себя превосходно чувствую.
— Я не вижу никаких сигналов потери памяти или замешательства. — Базз откинулась в кресле, недолго посмотрела на потолок, а затем решительно кивнула. — Нет никакой необходимости оставлять тебя здесь на ночь, Эмбер. Я отведу тебя обратно в приемный покой и утвержу твою выписку.