Риск (ЛП)

Я сказала себе, что не могу влипнуть в неприятности, отправившись на другой уровень для лечения головы, но лучше себя не почувствовала. Я испытывала ощущение уязвимости и хотела остаться на знакомой территории.
— Тебя будут лечить в медицинском отделении девяносто третьего уровня, — продолжил Барнард.
— Девяносто третьего? — тревожно повторила я. — Это же почти на дне улья!
— Не беспокойся об этом. Ты все равно получишь медицинский уход высокого класса.
Двери одного из лифтов открылись, и Барнард ввез мою тележку внутрь. Мгновением позже я уже наблюдала за быстрой сменой чисел на указателе этажей. Лиф остановился на шестьдесят третьем, двери открылись, за ними показалась группа мужчин в форме технических служб. Они лишь взглянули на меня — на носилках, с залитым кровью лицом, — и отступили.
— Продолжайте путь, — сказал один из них.
Двери вновь закрылись, лифт двинулся вниз и остановился на шестьдесят девятом уровне. На этот раз за открывшимися дверьми появилась группа из четырех мужчин и женщин в синей форме здоровья и безопасности и женская фигура в сером со странной формы маской, закрывавшей всю ее голову.
Я потрясенно задохнулась. Взвод телепата! Ехал ли он из-за доклада инструктора по альпинизму о Рисе в силы здоровья и безопасности, или наша встреча случайна? Патрули телепатов бродили в улье повсюду, читая разумы на предмет появления преступных мыслей, так что один из них мог остановить наш лифт по чистой случайности.
Я напряженно ждала, надеясь, что взвод телепата сделает то же, что и технические рабочие, и отступит, позволив лифту продолжать спуск, но безопасники вошли внутрь. Двери кабины закрылись, телепат подошел к моей каталке и взглянул на меня сверху вниз. Я видела пурпурный блеск нечеловеческих глаз, изучавших меня из-под объемной серой маски.
Телепат заговорил странным дрожащим голосом:
— Не надо бояться, Эмбер.
Глава 3
Телепат знала мое имя и видела мой страх! Ну конечно, телепат должен знать такие вещи. Их прозвали носачами за то, что они суют нос в ваши мысли и выведывают все ваши секреты, а эта носач читала мой разум прямо сейчас.
— Ты ранена, Эмбер, но очень скоро получишь лечение, — продолжала носач. — Ты нервничаешь из-за моего присутствия, но я здесь, чтобы защитить тебя и всех лояльных членов улья.
Я ничего не сказала. Просто не могла говорить. Даже дышать не могла. Путешествуя прежде по улью, я сотни раз видела патрули носачей. И при любой возможности меняла путь, чтобы их избежать. Иногда мне особенно не везло, и системы лент и эскалаторы подвозили меня близко к ним. Несколько раз, когда я ждала лифт, двери открывались, я видела внутри взвод телепата и в ужасе сбегала.
Лишь один раз я ехала в лифте, и туда вошел патруль носача. Я думала, что пережила исключительный ужас, когда пришлось протиснуться вплотную к телепату, чтобы выскочить в открытые двери лифта, но на этот раз все оказалось гораздо хуже. Я была привязана к каталке и лишена возможности сбежать, а носач смотрела на меня сверху вниз и изучала мои мысли.
Я испытала глубокое облегчение, когда носач отвернулась от меня и взглянула на Барнарда.
— Лишь у преступников и тех, кто планирует причинить другим вред, есть причины бояться телепатов, — сказала она.
Барнард мгновенно отступил на два шага и вжался в стену лифта. Я подумала, он просто страдает от того же страха перед носачами, что и я, но затем санитар забормотал:
— Признаю, я зол из-за того, что меня оставила девушка, но это естественно при таких обстоятельствах. Возможно, я дошел до того, что вообразил несколько вещей, которые сделаю с ней и ее новым парнем, но это лишь фантазии.
Носач мгновение изучала Барнарда, затем проговорила:
— Дело уже зашло гораздо дальше фантазий.
— Я звонил ей пару раз, — ответил Барнард. — Подсунул под дверь записку или две. Но я бы не причинил вреда им обоим. И не причиню.
— Ты действительно не навредишь им, — согласилась носач. — Сейчас, когда я увидела образы в твоей голове, тебе не позволят никого обидеть. Я знаю, что ты уже сделал и что планировал на будущее. Ты арестован за намерение причинить вред другим.
 
— Вам не нужно меня арестовывать, — возразил Барнард. — Я больше к ним не подойду. Никогда. Обещаю.
— Мы проводим тебя, пока ты доставляешь Эмбер на лечение в медицинский отдел, — сказала носач. — А затем отведем в отделение здоровья и безопасности для полной оценки и решения о подходящем исправительном наказании.
Мертвая тишина простояла вплоть до того момента, когда двери вновь открылись на девяносто третьем уровне и мы выдвинулись в коридор. Я держалась за боковины своих носилок побелевшими от напряжения пальцами. Сколько нам добираться до медицинского отделения? Сколько мне придется выносить соседство шныряющего в моих мыслях носача в сером?
Я напомнила себе, что носач мной не интересуется. Она, очевидно, поймала Барнарда на мыслях о причинении вреда его бывшей подруге и привела в лифт свой взвод, чтобы пересечься с санитаром. Внимание носача наверняка сосредоточено на разуме Барнарда, но я все равно старалась думать, как положено.
«Хорошо, что телепаты патрулируют наш улей, не позволяя людям, вроде Барнарда, никому навредить. Хорошо, что они предотвращают кражи собственности и угрозы улью. Хорошо, что я могу пойти куда пожелаю в полной безопасности. Естественно, телепатам приходится читать разумы невиновных людей, например, мой в процессе задержания преступников. Это неприятно, но я уверена, они сводят подобные вторжения к абсолютному минимуму».
Я не убедила себя и сомневалась, что убедила носача, но та не сказала ни слова, пока мы шли по коридору с дверьми апартаментов. Я заметила, что расстояние между этими дверьми было меньше, чем на двадцать седьмом уровне, где жили мои родители. Но в их коридоре располагались квартиры для семей, а эти могли предназначаться для одиночек.
Дверь перед нами открылась, из них вышел смеющийся мужчина, носач остановилась и в молчании взглянула на него. Смех мужчины оборвался, на его лице появилась тревога, и он поспешил обратно в квартиру. Носач вновь двинулась в путь, и мы дошли открытой площадки, завершавшей коридор. Здесь виднелись входы в два других коридора, росписи на стенах показывали сценки в парке, а двойные двери с красным крестом вели в медицинское отделение.
Мы прошли через эти двери в приемный покой. Медицинский персонал в форме и ожидающие люди, — должно быть, другие пациенты, — повернулись и в ужасе посмотрели на взвод телепата. Носач ничего не сказала, просто развернулась и вышла за дверь, а следом — безопасники и Барнард.
Ко мне поспешила встречающая медсестра.
— Зачем сюда приходил взвод телепата?
— Они пришли арестовать санитара, поскольку он планировал кому-то навредить. Они позволили ему привезти меня сюда, а затем забрали для коррекционного лечения.
— О. — Медсестра взглянула на двойные двери. — Интересно, я должна кому-то сказать об аресте санитара, или это сделает взвод телепата?
— Не знаю, и меня это не волнует. — В присутствии телепата я заставляла себя неподвижно лежать на носилках, но сейчас вышла из себя. И, пытаясь освободиться, начала тянуть за ленту, пересекавшую мою грудь.
— Пожалуйста, не делай этого, — сказала сестра. — Я понимаю, тебе пришлось нелегко, и обещаю, через мгновение мы снимем тебя с носилок.
Она вгляделась на браслет на моем запястье.
— Эмбер 2415-0172-912. Да, мы ожидали твоего прибытия.
 
Она махнула рукой, и женщина в белом комбинезоне покатила мои носилки по коридору в маленькую комнату с табличкой «Процедурная 4». Поставив каталку вплотную к единственной заправленной белым кровати, женщина расстегнула удерживавшие меня ремни, и каталка переместила меня на кровать.
— Доктор скоро к тебе подойдет. — Женщина вышла за дверь, забрав с собой каталку.