Я слышу плач за горизонтом (СИ)

— С юной леди! Проходите скорее внутрь. И ты, сынок, проходи! Я вижу, твоя рана загноилась, чего ж ты раньше не приехал, — по-стариковски запричитал док, отступая на шаг назад и обращаясь сначала к нам, а затем к одному из пиратов позади.
Пройдя в гостинную, я уселась на зеленый диван, осматривая беглым взором знакомый дом и делая вид, что нахожусь здесь впервые. Эрнхардт же быстрым шагом успел оббежать все комнаты на первом этаже, пока пираты располагались на кухне. Один из них уселся на стол, пока второй внаглую стырил яблоко из холодильника и принялся хрустеть им на весь дом. Я бросила опасливый взгляд на Вааса, пока тот не видел: сегодня он выглядел сонным и таким же взвинченным, как вчера ночью. Мужчина молча оглядел пристальным взглядом гостиную, словно искал глазами что-то очень важное, перевел их на лестницу, ведущую на второй этаж, а затем, поджав губы и недовольно вздохнув, подошел к капающемуся в аптечке Доктору Э, который обрабатывал раны на оголившем свой торс пирате.
— Извините, а… — скромно обратилась я к доктору.
Все четверо мужчин тут же обернулись ко мне, о чего я невольно вздрогнула — док посмотрел на меня со всей готовностью оказать помощь, пираты — просто как на источник шума, а Ваас — все с той же непонятной мне подозрительностью. Такое внимание заставило меня выпасть в осадок.
— А… Можно пожалуйста воды?
— Разумеется, миледи. Сынок, чего стоишь, принеси девушке воды! — обратился он к пирату, грызущему спелое яблоко. — Я почти закончил с Дэвидом, сейчас возьмусь за тебя.
Пират бросил на меня недовольный взгляд, но послушно поплелся в сторону полки со стаканами.
— О, только не перепутай с белым бутыльком! — бросил ему вдогону док, хрипло посмеиваясь. — Иначе нашу девочку накроет, как птицу над горящей плантацией, хгы…
— Док? — перебил его Ваас, нервно проводящий пальцами по густой эспаньолке. — Где та новая дурь, о которой ты говорил?
— Посмотри в Green House, должно быть на столе. Но ты рано приехал, сынок — предупреждаю, смесь не совсем проработана и…
— Похуй, — буркнул главарь и вышел на задний двор, громко хлопнув дверью со стеклянными винтажными вставками.
Уход главаря пиратов позволил мне на время вздохнуть в облегчением…
Закончив со своей работой, док отпустил пиратов Вааса, и те отправились вслед за их боссом. Видимо, не хотели упустить шанс опробовать какой-то новый наркотик…
— Бедная девочка, — угрюмо прошептал доктор Э, усаживаясь на спинку дивана и кидая на меня сверху обеспокоенный взгляд. — Мы места себе не находили, ты так резко пропала… Ох, твои раны, совсем забыл! — спохватился Эрнхардт, бросаясь на кухню за аптечкой и быстрым шагом возвращаясь на место.
Пока он занимался ссадинами и царапинами, я вкраце рассказала ему, как меня поймали. Рассказала о девочках, которых встретила в лагере Вааса, и его планах на мое ближайшее незавидное будущее — док отстраненно кивал и неодобрительно цокал.
— Док, а Деннис уже знает, что я в плену? Он ведь поможет мне? Прошу, скажите мне правду! Мне очень страшно! Как представлю, что меня ждет, если я не выберусь… — с надеждой в голосе спросила я, сдавленно зашипев, когда что-то, жутко воняющее спиртом, коснулось незажившей царапины.
Доктор лишь тяжело вздохнул.
— Не знаю, девочка. Не знаю… Я и о Деннисе Роджерсе не так много слышал. Говорят, человек сильной воли, лидер повстанцев… Видишь ли, я не имею дела с ракъят: я не трогаю их — они не трогают меня. Вот и вся наша жизнь. Извини, мне неизвестно ничего о Деннисе Роджерсе… — заплетающимся голосом кое-как объяснил Эрнхардт, вставая с дивана.
Он медленно и неулюже направился к столу, уставленному высокими стопками пожелтевших книг и тетрадей, надел очки и принялся заниматься своим делом, в ожидании пиратов — я же тяжело вздохнула, неудовлетворенная таким ответом, но молча смирилась с ним…
Вааса и его пиратов не было уже минут двадцать, чем они там занимались, я понятия не имела, да и не особо хотела знать — посто улеглась на диван, уместив голову на подлокотнике, а ладони сложив на животе. Не хватало только вложить мне в руки две гвоздички, и хоть сейчас вызывайте сюда похоронный марш…
 
— Док? — негромко позвала я, пялясь в потрескавшийся потолок.
Не получив ответной реакции, присела, выглядывая из-за спинки дивана — мужчина сидел за тем же столом, только теперь уже скрючился и отстраненно пялил в одну точку. Наверное, даже не моргая…
«Может, словил чего? Ну и жуть…» — подумала я и опасливо позвала мужчину чуть громче.
— Док!
Эрнхард вздрогнул, как ошпаренный, и обернулся, роняя очки. Слава богу, не на пол, а на коленки. Это выглядело так комично, что я не сдержала лезущий вверх уголок губ и прикрыла его рукой, отвернувшись.
— Ох, Мэри! Сначала стопка книг, потом тарелки! Если так и дальше продолжится, то у меня не останется даже очков!
— Прости, док… — тихо засмеялась я. — Обещаю, когда вернусь домой, буду присылать тебе новые очки каждый месяц.
Алек покачал головой, криво улыбнувшись…
Спустя несколько считанных секунд дверь с заднего двора с грохотом отворилась, заставив меня подскочить — в гостинную ворвался, нет, буквально влетел главарь пиратов, от чего-то еще более раздраженный и дерганный. От моей легкой улыбки не осталось и следа…
— Ты закончил? — спросил обозленный пират и, получив кивок со стороны Эрнхардта, обратился ко мне. — Тогда… ЭЙ! На меня смотри блять — умничка. Мы уходим. А теперь встала и пиздуй за мной.
Ваас направился к выходу из особняка. Я напряглась, но, решив не все же спешно последовала за ним, на пороге кидая последний тоскующий взгляд на дока. Сердце билось не на шутку…
Эрнхардт с волнением посмотрел нам вслед, когда мы садились в тачку. И, стоило зашуметь мотору, он неуверенно прикрыл за собой дверь.
***
Двух пиратов мы высадили на одном из ближайших аванпостов, а потому остаток пути до лагеря мне предстояло провести вместе со взвинченным до чертиков в глазах Монтенегро. Мужчина все еще выглядел раздраженным, одной рукой сжимая руль, а на другую опираясь головой о подлокотник. Очевидно, его больную голову мучали какие-то сомнения и догадки, но о том, что так взволновало его, я могла только гадать… Впрочем, долго ответа ждать не пришлось.
Ваас резко свернул на какую-то возвышенность и проехал недалеко по тропинке — это место сразу показалось мне знакомым, пока я не сморгнула, ошарашенно забегав глазами.
«Это же тот самый обрыв из моего сна… Из моего гребаного кошмара! Это он! Он! Те же горы вдалеке, те же реки, те же джунгли, раскинувшиеся чуть ли не до самого горизонта… Зачем он привез меня сюда?»
Пират резко заглушил машину и вышел из тачки, громко хлопнув дверью — в два шага обойдя ее, он грубо вытащил меня с переднего сидения, не дав даже опомниться и что-то сказать. Я запаниковала. Мы одни, в каком-то глухом лесу, на крутом, мать его, обрыве, Ваас взбешенный, как буйвол, и я не знаю даже причины такой злобы в его глазах. Понятия не имею, чего ожидать от этого психа. И к тому же, насколько я поняла, он уже успел опробовать новую дурь в доме Эрнхардта…
Ваас отпустил мою руку, поставив меня перед собой, и уселся на капот машины — он достал из кармана зажигалку с пачкой сигарет и быстро закурил. Вполе возможно, чтобы немного успокоиться и не наломать дров. Он смерил меня пристальным, хищным взглядом.
— Сейчас я задам тебе вопрос, amiga. И если, сука, ты мне соврешь, я скину тебя нахуй с этого обрыва. Уяснила? — обманчиво спокойно спрашивает пират.
— Д-да…
— Ты и этот торчок уже были знакомы? — спросил он, медленно затягиваясь. — Неужели Алек скрыл от меня мой товар? Мм?
Я впала в ступор.
«Так вот, о чем он думал. Он обо всем догадался… Блять ну вот как я могла так накосячить?! Теперь выпутывайся из этого дерьма, идиотка! И что ты можешь сказать?! Если ответишь, что нет, то красиво полетишь бошкой вниз с этого холма. А если же да, то Ваас воспримет Эрнхардта, как предателя, и… Страшно представить, что тогда сделает с ним…»