Я больше тебе не верю (СИ)

— Мы переспали, когда ты ещё фактически была замужем.
— Так это ты меня принудил.
— Ох, Алиса. Что за скверный у тебя характер?
— Какой есть.
— Ты хочешь правды, хочешь, чтобы тебя никто не обманывал. А ты готова принять эту правду? Если бы ты сама не хотела в тот вечер, ничего бы не произошло. И я тебя ни в чём не обвиняю. Просто хотел показать, что можно придраться к любому поступку или действию, обозвать человека изменщиком или идиотом, сбежать на край света, но если ты не научишься принимать правду, то…
Саша замолчал.
— Что?
— То так и будешь вечно бегать от себя самой. Ты ведь не от меня сбежала, а от себя. Ты даже не дала мне шанса всё объяснить.
Я прищурила глаза, чтобы не выдать удивления, кажется, Саша читал меня как открытую книгу.
— Хм. Ну так объясняй. Я вся во внимании.
У Саши заходили желваки.
— Хорошо. Давай попробую, — он откинулся на спинку стула. — Я не хочу жениться на Свете. Не хочу возвращаться в Краснодар. Я хочу остаться рядом с тобой. С тобой Алиса. И за то время, что мы вместе, я не изменил тебе, только скрыл правду про Свету.
Я молчала, пыталась успокоить разбушевавшееся сердце. Мне казалось, оно слишком громко стучало и его было слышно во всей комнате.
— Я мог бы не разыскивать и не догонять тебя, если бы мне было всё равно, но я здесь.
— Ты ни разу не позвонил и не написал, — пробормотала я еле слышно.
— А ты бы читала?
— Сначала нет. Потом бы всё равно прочитала.
— Алиса.
— Что?
Саша поднялся со своего места, подошёл ко мне, встал на колени и взял за руки.
— Алиса, мне не нужна никакая Света или Маша или какая-то другая женщина. Мне нужна ты.
— Что ты делаешь Саша? Встань с колен, — слёзы подступили к глазам.
— Что делаю? Да вот пытаюсь вести себя, как джентльмен, а не как дикарь. Или тебе больше нравится, когда тебя силком в кровать тащат?
В его красивых глазах снова загорелись лукавые искорки.
Я скользнула со стула и встала перед ним на колени, чтобы не смотреть на него сверху вниз и не чувствовать себя неловко. Такой сильный, независимый мужчина и у моих ног.
— Мне…
Саша прижал указательный палец к моим губам.
— Прежде чем ты сейчас что-то скажешь — подумай. У нас есть время побыть здесь наедине. Весь дом в твоём распоряжении. Яхта, бассейн, весь берег. Мы можем представить себе, что познакомились здесь и начать с чистого листа. Я готов ждать, когда ты привыкнешь и начнёшь доверять мне. Но если ты опять меня прогонишь или скажешь, что не хочешь быть вместе — я уйду. Решай.
— Саша. Саш. Подожди, — голова кружилась от волнения. — Мне кажется, ты слишком торопишься.
— Ты останешься со мной?
— Сейчас?
— Да.
— Хорошо. Давай попробуем.
Его пальцы слегка дрогнули, сжали мои чуть сильнее, а на лице не шевельнулся ни один мускул. Он смотрел с нежностью. Взгляд скользнул на мои губы. Саша наклонился и прикоснулся ним губами. Завёл мои руки за спину, заставляя меня отклониться назад, впиваясь в мой рот всё глубже. К губам присоединился язык, от его прикосновений, казалось, будто ток растекался по нервным окончаниям, приподнимая волоски на теле. От губ он скользнул к шее, оставляя влажную дорожку на коже. Я высвободила руки и упёрлась ладонями ему в грудь.
— Что ты делаешь? — шепнула я.
Но Саша молча встал, не сводя с меня своих посветлевших глаз, потянул за собой, и когда я встала, подхватил на руки и поднялся на второй этаж.
Здесь было несколько дверей, Саша толкнул ногой крайнюю слева и внёс меня в просторную спальню. В комнате было темно, лунный свет заливал постель. Саша опустил меня на ноги, продолжая прижимать к себе. Сквозь ткань платья я чувствовала, как его пальцы дрожат, словно он волновался. Я никогда не думала, что он вообще может быть в чём-то не уверен.
— Саша, зачем я тебе…Зачем? Я же ненормальная и истеричка.
Он улыбнулся.
— Это твоя защита, когда ты боишься. Так устроен наш мозг. Кто-то впадает в ступор, кто-то прячется, а ты истеришь и сбегаешь. Я думаю, если ты будешь чувствовать себя в безопасности, то истерики прекратятся.
 
— Интересная версия.
— Вот как раз и проверим.
Саша снял бретельки с плеч, и платье с лёгким шелестом упало к моим ногам, оставляя меня обнажённой.
— Находиться с тобой в одной комнате, понимая, что ты без трусиков, было очень сложно, — хмыкнул он и его рука опустилась вниз к сведённым ногам. Пальцы прикоснулись к чувствительной плоти, вызывая во мне желание.
— Мне кажется, ты помешан на сексе, — пробормотала я, не давая растекаться мозгам.
— А ты хочешь сказать нет?
Его пальцы надавили на чувствительную точку, подтверждая его слова, я выгнулась ему навстречу.
— Посмотри какая ты страстная, как отзывается твоё тело.
Пальцем другой руки он обвёл альвеолу, обхватил грудь ладонью и сжал её.
— Скучала по мне? — хриплые нотки в его голосе царапнули нервы.
Я молчала не в силах ответить, а его руки продолжали ласкать моё тело.
— Ну же, Алиса. Скучала?
— Д-да, — выдохнула я и открыла глаза.
— Ты ещё одет… нечестно.
— Так раздень.
Руки налились тяжестью, я подняла их, чтобы расстегнуть пуговицы на его рубашке, но пальцы не слушались. Внизу живота пульсировало и тянуло.
— Грёбаные пуговицы, — ругнулась я, вызвав улыбку на его губах.
— Нетерпеливая ты моя.
Саша ловко подцепил пуговицу и расстегнул их одну за другой. Не теряя времени я расстегнула ремень и молнию, поглаживая твёрдый бугор под тканью. Теперь пришла очередь Саши дрожать. Брюки упали на пол. Саша остался стоять в боксерах, которые спереди сильно оттопыривались. Я ласкала его так же, как он меня до этого. Стянула последнюю одежду с него и принялась нежно водить по коже вверх, вниз. Обхватила его напряжённую подрагивающую плоть, вызывая резкий вздох.
И тут же оказалась распластанной на постели под ним. Коленом он раздвинул ноги и скользнул в меня, заполняя до упора. Саша двигался медленно, заставляя меня извиваться от мучительно-сладких ласк.
— Саша-а, — захныкала я.
— Что?
— Быстрее…
— Что быстрее?
Вот гад.
— Ты издеваешься надо мной? — голос срывался как у обезумевшей.
— Просто попроси.
Он поцеловал меня и снова вышел. Я обхватила его талию ногами и с силой сжала, чтобы он вернулся на место.
— Двигайся… быстрее.
Он резко вошёл, впечатывая меня в матрас.
— Да. Ещё.
ДВижения стали резче, быстрее. Я полностью отдалась чувствам, течению, которое тащило меня за собой, как горный поток.
Ещё несколько толчков и я почувствовала, как волна удовольствия накрыла меня и прокатилась по ногам крупной дрожью.
Саша замер на секунду, застонал и уткнулся лбом в кровать. Придавив меня собой. Хотел отстраниться и перевернуться на спину, но я всё также обвивала его талию ногами и не выпускала.
— Отпусти, — Саша приподнялся на локтях, чтобы не давить на меня.
— Нет.
— Сумасшедшая.
— Кто бы говорил.
  
Глава 47
 
Лазурная вода с тихим шелестом плескалась о борт яхты. Я наслаждался тишиной, отсутствием людей и удивительным спокойствием, которое уже несколько дней не покидало меня. Солнце ещё не успело подняться, лениво расправляя свои лучи. Мы с Алисой уже второй день жили на яхте. Дни, полные разговоров и споров, ночи, наполненные любовью и страстью. С ней всегда было интересно. Её живой пытливый ум, не давал нам скучать. Сейчас она сидела на носу яхты, подставляя ветру лицо, а он в отместку подхватывал её длинные рыжие волосы и закидывал их за спину.
Помню в детстве, когда мне было лет десять, я наткнулся на книгу " Пеппи длинный чулок». Эта девочка тогда запала мне в душу. Когда в семье тебя со всех сторон ограничивают запретами и каждые пять минут поправляют как надо себя вести, детская душа ищет героя, который будет противостоять обыденности и правилам. Я был единственным сыном в семье, поэтому на меня были возложены большие надежды, отец и мать, воспитывали меня в строгости и всегда ограничивали рамками приличия. Мне нельзя было играть с дворовыми мальчишками, лазить по деревьям, получать двойки и, вообще, хоть как-то их расстраивать. Пеппи стала для меня символом бунтарства и свободы. Правда, со временем всё забылось. А может, не забылось, а стало просто неосознанным влечением. Ведь стоило мне увидеть впервые Алису, как я сразу влюбился. В её вздёрнутый веснушчатый носик. Две косички. И широкую улыбку, которая, казалось, излучала. Алиса пробудила во мне забытую страсть. Меня восхищала её прямолинейность, умение отстаивать своё мнение, она никогда, ни под кого не прогибалась. А когда на моё предложение встречаться она ответила смущённым «Да» я был счастлив. Вот только тогда я был глупым мальчишкой. Не видел, сколько страха стоит за её иногда безбашенными поступками. Она бросалась туда, где было страшно. Всегда. Словно каждый раз бросала себе вызов «А мне слабо?»