Я больше тебе не верю (СИ)

В глубине зала на маленькой сцене играли музыканты. В перерыве между композициями я услышала знакомый смех, который доносился из второго зала. Я прошла туда. За длинным столом сидела большая компания. Мужчины и девушки в офисных костюмах, правда, сейчас они уже все были немного помятые, видимо, праздновали давно. Во главе стола сидел Скиф, без пиджака, с расстёгнутым воротником рубашки, оголяя его красивую мужскую шею. Белокурая красавица сидела рядом с ним почти вплотную и без стеснения прикасалась к нему. Вот её пальчики пробежали по его кисти, вот она убрала с его плеча соринку. Первый порыв был сбежать, но во мне кипела злость и отчаяние. Наверно, так себя и чувствует человек, которому больше нечего терять. А ещё где-то в груди кольнула шепотка ревности, хотя мозгом я понимала, что не имею права его ревновать, но вот это женское чувство собственничества рвалось наружу. Хотелось вцепиться в белокурые волосы этой курицы и ощипать её.
Я глубоко вздохнула, поправила волосы, одёрнула юбку, благо я сегодня выглядела женственно и обольстительно, как сказала Ира. И продефилировала своей самой развязной походкой до Скифа. Положила руку ему на плечо, скользнула пальцами в расстёгнутый воротник и наклонилась к нему так близко, чтобы мои губы коснулись его мочки уха.
— Ну вот я и приехала, малыш, как ты просил, — промурлыкала я так, чтобы это услышала блондинка.
  
Глава 20
 
Саша замер. Я почувствовала под своей ладонью мощные удары его сердца. Это было так приятно, горячая кожа обжигала руку. Он развернулся и по-свойски положил ладони на мои бёдра, так что я оказалась зажата между его ног.
— Я заинтригован. Неужели такой важный разговор, раз ты приехала, — он посмотрел на часы, — через двадцать минут после разговора.
Его руки спустились ниже, и я с трудом удержалась, чтобы не шлёпнуть его. Но игра должна продолжаться, тем более возмущённый взгляд блондинки меня очень порадовал. Я запустила пальцы в его волосы, как раньше, когда мы были вместе, и взъерошила их.
— Ну если хочешь узнать, тебе придётся со мной поговорить. А это значит, надо отойти в тихое местечко.
Лицо Скифа осталось невозмутимым, но я заметила, как зашевелились его желваки. Наши взгляды встретились, а в груди поднялся настоящий ураган. Сердце колотилось, как бешеное. Почему он просто смотрит на меня? Молчит и смотрит, будто разгадал мою игру и пытается прочитать мысли.
— Хорошо. Пошли, — ответил он коротко и встал. Теперь не я возвышалась над ним, а он надо мной, напомнив о своём высоком росте и статусе. Всё так же придерживая меня за талию, подтолкнул к выходу. Неприятное чувство шевельнулось внутри — то ли страх, то ли сожаление от своего поведения. Нет, нельзя об этом думать, иначе растеряю всю свою храбрость.
Мы вышли на улицу. Прохлада вечера освежила мои разгорячённые щёки. Я глубоко вздохнула, пытаясь унять нервную дрожь.
— Я слушаю тебя, — Саша остановился около своей машины, сложив руки на груди.
Плохой знак. Закрылся от меня, значит, действительно догадался, что играю. Я подошла ближе, стараясь держаться максимально расслабленно, но меня внутри всё дрожало от напряжения. Впервые я хотела обратиться за помощью к мужчине, и не просто к мужчине, а к Скифу.
— У Иры сгорел дом.
— И?
«Блин, я всё испортила, надо было начать с другого,»— в панике пронеслись мысли.
— И…просто я…Мы с Ирой думаем, что это дело рук Славы.
— И? — Саша поднял бровь, — меня это как касается? Номер адвоката я дал.
— Да. Но он за свои услуги просит много…сказал, что развод будет сложным, через суд. Как сказал Сергей Сергеевич, это будет стоить не меньше двухсот тысяч плюс госпошлина. У меня сейчас нет таких денег. У Иры тоже всё сгорело. Ты можешь помочь мне?
Всё веселье выветрилось с лица Саши. Сейчас передо мной стоял тот самый жёсткий, расчётливый владелец банка, который давал интервью.
— Что ты можешь предложить взамен?
— Могу написать расписку, и как только наберу нужную сумму или продам квартиру, отдам.
 
— Неинтересно.
Отказа я совсем не ожидала. Что для него эти двести или триста тысяч, ничтожная сумма. Или он просто из вредности не хочет мне их дать?
— Могу оставить паспорт под залог. У меня правда ничего больше нет.
— Может проще пойти в банк и оформить кредит? — снисходительно предложил Саша.
— Там платить надо каждый месяц, а у меня нет фиксированного заработка. В один месяц я могу получить хорошо, в другом месяце хуже.
— Тогда мне тем более неинтересно давать тебе деньги.
Его толстокожесть меня взбесила. Ну можно же отнестись по-человечески.
— Я смотрю тебе нравится, когда перед тобой унижаются?
— Нет. Просто люблю вкладываться в интересные дела. Заинтересуй меня, чтобы мне захотелось расстаться с деньгами.
— Хорошо. Что тогда тебе надо? Выставь свои условия.
Я тоже скрестила руки на груди. Сейчас мы были похожи на двух баранов, упрямых и не желающих уступить один другому.
— Нет. Это слишком просто. Мне интересно, насколько ты креативна.
Мне хотелось бросить всё, развернуться и уйти. Это я ещё должна ему что-то доказывать? Нет, это он должен мне за потраченные нервы, за предательство и измену. Но пульсирующая под коркой мысль о том, что просить больше некого, не давала уйти. Я вздохнула, сжала виски, пытаясь успокоиться. Что ещё можно ему предложить?
— Ну…я могу прибираться в твоей квартире полгода.
— Уже лучше, но у меня есть домработница.
— Хочешь, чтобы я стала твоей домработницей? — удивилась я.
— Нет. Зачем? Я вообще не хочу, чтобы ты прибиралась у меня.
— Что тогда? — я пожала плечами. — Могу мыть твою машину. Приносить пончики и кофе каждое утро. Притворяться твоей женой, когда любовницы атакуют.
После каждого предложения Саша качал головой.
— Давай я немного подскажу тебе, пока ты не предложила ещё и бывших отстреливать.
Я упёрла руки в бока.
— Мне понравилось какой ты была ласковой в ресторане. И мне захотелось продолжения.
  
Глава 21
 
— Массаж, что ли, сделать?
Я сделала удивлённое лицо, притворяясь, что не понимаю. Саша хищно улыбнулся.
— Мелко берёшь. Ни один массаж не стоит двухсот тысяч рублей.
— А что тогда?
Саша шагнул мне навстречу и притянул за талию к себе. Навис надо мной так, что мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его глаза. Его взгляд скользнул по моим губам, снова вернулся к глазам.
— Я хочу твоё тело в пользование на месяц.
От его слов и низкого голоса с хрипотцой, который вибрацией пробежал по позвоночнику, в груди предательски затрепетало. Он прижал меня ещё сильнее, но я упёрлась ладонями ему в грудь.
— Моё тело на месяц? А не слишком ли многого ты просишь?
— Я не прошу. Это условие.
Он наклонился ко мне, его губы были так близко, я чувствовала его дыхание, немного алкоголя, который пробивался сквозь тонкий аромат бергамота и что-то терпкое. Я облизала пересохшие губы, но Саша держал лицо на расстоянии нескольких сантиметров от моих, заставляя меня ждать, когда он, наконец, прикоснётся к ним.
— Слишком дёшево, — прошептала я наконец.
— То есть фактически ты уже согласна, осталось выяснить цену.
— Нет, я не согласна.
— Тогда оттолкни и уйди.
Я смотрела ему в глаза, перевела взгляд на хорошо очерченные полные губы, снова посмотрела в глаза.
Да чёрт возьми, я хотела согласиться. Это был мой незакрытый Гештальт, узнать какой он любовник. Мне хотелось ощутить на себе его губы и руки. Но я самой себе-то с трудом призналась в этом, ему не признаюсь никогда.
— Ты же знаешь, мне некого больше просить.
— Значит, соглашайся на моё предложение. Я обещаю, это останется только между нами. А ты получишь удовольствие.
— Нет.
— Я могу дать время подумать.
— Нет. Это не приемлемо.
Я отвернулась, отталкивая его.