Греховные уроки

— Нет, - отвечаю я резче, чем намеревался.
 Я не думаю о своей семье, оставшейся в России. На самом деле, большая часть моего детства в лучшем случае туманна, и я не возвращался туда с тех пор, как сбежал в Торонто, когда мне было четырнадцать лет. Двадцать лет назад, если быть точным.
 Она выпрямляется, чтобы заглянуть мне в глаза.
— О, прости. Что с ними случилось?
 Я сжимаю челюсть.
— Я не говорю о своем прошлом. Это еще одно основное правило.
 Она прикусывает нижнюю губу, вытирая слезы.
— Хорошо.
 Я нежно целую ее, наслаждаясь ощущением ее пухлых губ на своих.
— Итак, какие еще у нас есть правила?
 Она вздрагивает, когда я целую ее в шею.
— Я не знаю, сэр.
— Нам нужно быть более осторожными теперь, когда здесь твой брат, который, кстати, тот еще мудак.
 Она напрягается в моих объятиях.
— Что не так с Лукой?
— Он сел на мое место в учительской, а потом повел себя как придурок после того, как я сказал ему подвинуться.
 Ее милый смех звонко разносится по комнате.
— Похоже на Луку. Он нормальный, когда узнаешь его получше.
 Я вдыхаю ее сладкий аромат, наслаждаясь этим странно спокойным моментом с ней. До сих пор каждую секунду, проведенную вместе, нами двигало желание, но прямо сейчас мы спокойны и нам комфортно в присутствии друг друга.
 Это ощущение я не привык испытывать ни с кем, даже с двумя самыми близкими друзьями, Оаком и Арчем.
— Ты забываешь, что я хорошо его знаю. Он учился в этой школе так же, как и ты.
 Она кивает.
— Да, но это было как студент и профессор.
 Я выгибаю бровь.
— Немного похоже на нас.
— Мне кажется, мы вышли за рамки обычных отношений между студентом и профессором, сэр.
 Я крепче сжимаю ее в объятиях.
— Правда?
— Разве что ты часто трахаешься со своими студентками, а я не знаю об этом?
 Я снова нежно целую ее. Это мягко и полная противоположность тому, к чему я привык.
— Нет, ты первая.
 И последняя, хочу сказать я, но это кажется слишком окончательным. Такие слова ты говоришь человеку, с кем хочешь остаться на долгий срок, а для нас это невозможно.
 Камилла закончит школу и на этом все закончится.
 Я монстр. У меня нет сердца. А это значит, что я ничего не могу дать Камилле.
 Она найдет себе мужчину, который будет хорошо к ней относиться и любить ее.
 Тогда почему мысль о том, что она когда-нибудь найдет другого мужчину, вызывает во мне приступ собственнической ярости?
 
 
Глава 29
 
 
Гаврил
 
 
 
 Проходят недели, и я чувствую, как внутри у меня что-то сжимается, предупреждая о том, что Камилла скоро закончит школу.
 Меня сводит с ума тот факт, что меня это вообще волнует. Пять недель до окончания школы, и я больше никогда ее не увижу.
 Я провожу рукой по волосам, зная, что это к лучшему.
 Она стала более замкнутой с тех пор, как вернулась со второй свадьбы своей сестры.
 За две недели до этого она отправилась на свадьбу Мии по договоренности, но за полчаса до торжества Мию похитил Киллиан Каллахан, мужчина, которого она действительно любит.
 Каким-то образом семья Морроне и семья Каллахан пришли к соглашению о том, что Миа выйдет замуж за Киллиана. Честно говоря, я был шокирован, поскольку они воевали много лет. Этот союз должен принести городу некоторую стабильность, по крайней мере, все на это надеются.
 Желание проводить с Камиллой все возможное время заставляет меня чувствовать себя немного сумасшедшим. В конце концов, я никогда не жаждал общества человека так, как жажду её компании.
 После разговора в моем кабинете, когда я утешал ее из-за болезни отца, мы проводили время вместе, не занимаясь сексом. Совершенно незнакомый и в то же время странно приятный опыт.
 На самом деле, через двадцать минут она придет на ужин.
 В моем маленьком доме в лесу на территории академии уютно, и Камилле, похоже, нравится сюда приходить.
 С тех пор, как я впервые пригласил ее, она всегда стремится сбежать сюда.
 Думаю, так безопаснее, - меньше шансов быть пойманными.
 После приезда брата, она стала более нервной, так как если он нас застукает, это наверняка приведет к насилию.
 
 Я проверяю духовку, чтобы убедиться, что моя лазанья не подгорела.
 Приготовление пищи всегда было успокаивающим занятием, которое мне нравилось делать для себя, но мне никогда не приходилось готовить для кого-то другого.
 До сих пор я заказывал для нас еду на вынос всякий раз, когда она приходила вечером, но сегодня решил приготовить ей ужин.
 Раздается настойчивый стук в мою дверь, и я хмурю брови, – она пришла слишком рано.
 Я подхожу к двери, открываю её, и обнаруживаю Арча, который стоит там, слегка покачиваясь.
— Что ты здесь делаешь?
 Он пьяно улыбается.
— Мне нужен был друг, которому можно довериться.
 Я сжимаю челюсть.
— Сейчас неподходящее время.
 Его брови сходятся вместе, когда он смотрит мне за спину и замечает стол с зажженными свечами, накрытый на двоих.
— Не может быть, - говорит он, качнувшись в сторону. — Только не говори мне, что у тебя свидание.
 Я складываю руки на груди.
— Неужели в это так трудно поверить?
— И кто же, позволь спросить, эта счастливица?
— Ты ее не знаешь, - вру я.
 Арч пытается зайти внутрь, но я преграждаю ему путь.
— Куда, по-твоему, ты собрался?
— Я должен познакомиться с женщиной, которая заставила Гаврила Ниткина готовить для нее.
— Нет, - говорю я, с силой хватаю его за руку и пытаюсь вытолкнуть обратно за дверь. Но он сильный. Возможно, даже сильнее меня.
— Эй, в чем проблема?
— Проблема в том, что ты настолько пьян, что от тебя несёт, как от гребаного бара. - Я с большей силой пихаю его обратно за порог. — А теперь уходи, пока я не сделал что-то такое, о чем потом пожалею.
— Иногда ты можешь быть настоящим хреном, знаешь?
 Я пожимаю плечами.
— Я не представлю свою пару другу, когда он настолько пьян, что едва может стоять прямо. В чем твоя проблема, Арч?
 Его челюсть сжимается.
— Проблема в Адрианне Васкез.
 Я тяжело вздыхаю.
— До конца учебного года осталось пять недель. Когда ты оставишь попытки затащить ее в свою постель?
 Он усмехается.
— Она была в моей постели много раз.
 Для меня это новость.
— Была?
— Да, но она совершенно отстраненная, как будто наше время, проведенное вместе, ничего не значит.
— Хочешь сказать, что для тебя это что-то значит? - Спрашиваю я, бросая взгляд на часы, потому что сейчас действительно не время для этого разговора.
 Он кивает.
— Думаю, я люблю ее.
— Вот этих слов я точно никогда не ожидал услышать от тебя.
 Он падает вперед на меня, и мне приходится поддерживать его.
— Тебе нужно взять себя в руки, Арч. Я никогда не видел тебя таким пьяным.
 За его спиной появляется Камилла, и я качаю головой. К сожалению, Арч замечает это, даже в своем пьяном состоянии, и оборачивается.
 Когда он видит Камиллу, стоящую там в платье в цветок с волосами, уложенными волнами, он вытаращивает на меня глаза.
— Ни хрена себе.
— Арч, не…
— Ты трахаешь студентку? - спрашивает он, широко раскрыв глаза. — После всего того дерьма, что ты мне устроил по этому поводу.
— Разница в том, что я не трахаю по паре студенток каждый год.
 Камилла ярко краснеет при упоминании о том, что я ее трахаю.
— Я лучше пойду...
— Нет, Арч как раз уходил.
 Арчер бросает на меня раздраженный взгляд.
— Уверен, у тебя хватит еды для нас троих. Думаю, нам стоит немного поболтать. - Он немного протрезвел. — Если только ты не хочешь, чтобы я рассказал Оаку.
— Не будь придурком.
— Слушай, Гэв, я не останусь надолго, но я умираю с голоду, и что бы ты там, черт возьми, ни готовил, пахнет очень вкусно. - Он улыбается Камилле, которая, кажется, готова броситься в противоположном направлении. — Конечно, ты можешь выделить немного для своего самого близкого друга.