Греховные уроки

 Ярость лишь подпитывает тьму. Тьму, у которой есть собственный разум. С того рокового дня в стрип-клубе я не чувствовал её так близко к поверхности, требуя вырваться на свободу, как сейчас, и это достаточное доказательство того, что Камилла представляет опасность, и мне следовало держаться подальше.
 Я наблюдаю, как она наклоняется к Риццо.
— Я схожу в уборную. Принести еще выпить, пока я встала?
 Он поворачивает к ней голову впервые с тех пор, как я сел.
— Конечно, звучит заманчиво.
 А затем он снова обращает свое внимание на игру, хотя сначала украдкой бросает быстрый взгляд на Розу, которая, кажется, делает всё возможное, чтобы не смотреть в его сторону.
 Камилла встает и, покачиваясь, уходит по проходу, а внутри меня поднимается темнота. Беги, malishka, потому что я собираюсь выследить тебя и найти.
 Ее вторая самая большая ошибка за день - покинуть свое место, потому что ничто не помешает мне проследить за ней и наказать ее прямо здесь и сейчас. Она не поймет, что с ней случилось, к тому времени, когда я закончу с ней.
 
Глава 21
 
 
Камилла
 
 
 
 Моё сердце бешено колотится, когда я забегаю в женский туалет, врываюсь в первую попавшуюся кабинку, захлопываю за собой дверь и прислоняюсь к ней спиной.
 Каковы шансы?
 Я согласилась прийти на игру с Риццо, потому что он друг Элиаса, и я не хочу, чтобы у моих друзей возникли подозрения по поводу того, почему я отказала одному из самых горячих парней в школе.
 И теперь профессор, с которым я сплю, сидит прямо за нами, метая кинжалы мне в затылок. Дверь в туалет распахивается, и я замираю, прислушиваясь. Не знаю, почему подозреваю, что он последует за мной, но я просто чувствую это. Он настолько сумасшедший.
 Как только слышу щелчок замка с обратной стороны двери, я понимаю, что это он.
— Думаю, тебя нужно наказать, мисс Морроне. - В его голосе слышатся убийственные нотки, от которых по моей обнаженной плоти пробегает дрожь страха. — Мне казалось, я ясно дал понять, что ты принадлежишь мне.
 Я облизываю пересохшие губы, прежде чем заговорить.
— Ты недвусмысленно заявил, что секс для тебя - всего лишь сделка.
— Это так, но пока я сплю с сабой, я ожидаю, что она будет верна мне и только мне.
 Я смеюсь.
— Я просто на хоккейном матче. Я же не сосу Риццо член.
 Он рычит и с силой ударяет рукой по двери кабинки, заставляя ее содрогнуться на петлях.
— Выходи сейчас же.
 От мысли встретиться с ним лицом к лицу, когда он в таком состоянии, мне становится дурно, особенно здесь, когда мои друзья там в толпе и ждут моего возвращения.
— Боюсь, я еще не закончила.
— Не заставляй меня выламывать эту чертову дверь, Камилла. - Он снова дергает ее с такой силой, что я слышу, как скрипят петли. — Ничто не может удержать меня от тебя. Ты понимаешь?
 Проглатывая страх, подступающий к горлу, я дотягиваюсь до замка и тяну его на себя, намереваясь открыть дверь, но Гаврил не дает мне шанса.
 Он рывком открывает ее, а затем делает шаг ко мне, его пальцы обхватывают мое горло так быстро, что я едва успеваю заметить его движение.
— В какую игру ты играешь?
 Я открываю рот, чтобы ответить, но ничего не выходит, так как он душит меня слишком сильно. Паника поднимается внутри меня, как приливная волна, готовая разбиться о берег и оставить за собой разрушения.
 У меня кружится голова, когда он медленно лишает меня кислорода, глядя на меня с такой неконтролируемой яростью, что я задаюсь вопросом, действительно ли он зайдёт слишком далеко и лишит меня жизни. В тот момент, когда эта мысль приходит мне в голову, он слегка ослабляет хватку, давая мне возможность вдохнуть кислород.
 Я смотрю на него с неверием.
— Ты пытаешься убить меня?
 Он наклоняет голову.
— Нет, но тебе нужно усвоить урок.
 Я чувствую облегчение, когда его пальцы покидают мою кожу, но по выражению его глаз понимаю, что это далеко не конец. Бросив взгляд на часы, я говорю:
— Мне нужно вернуться или...
 Он хлопает ладонью по дверному проему, преграждая мне выход.
 
— Ты никуда не пойдешь, пока я не скажу.
— Кто-нибудь придет искать меня, если я задержусь.
 Он скалит зубы, как разъяренный волк.
— Пусть ищут. Мне плевать.
 Прежде чем я успеваю осознать, что он делает, его губы прижимаются к моим в гневном и страстном поцелуе, от которого у меня перехватывает дыхание.
— Ты принадлежишь мне, что означает никаких свиданий с другими мужчинами. Ты поняла?
 Мой желудок трепещет, словно миллион порхающих бабочек от того, как по-собственнически он ведет себя. Это безумие, ведь хотя он с самого начала ясно дал понять, что это не более, чем секс, какая-то часть меня надеется, что это может стать чем-то большим.
 И то, как он сейчас себя ведет, только подпитывает эту фантазию.
 Кончики его пальцев сильнее впиваются в мои бедра.
— Скажи мне, что ты поняла, - требует он.
— Я поняла, - вру я, хотя во всем этом нет никакого смысла.
 Секс для него - просто сделка, так почему так важно, с кем я встречаюсь?
 Не то чтобы я интересовалась Риццо, и у меня также нет ощущения, что он заинтересован во мне. В конце концов, наши семьи - враги. Я согласилась на это, потому что Нат умоляла меня пойти с ними и составить пару Бьянки.
— Хорошо. - Он вытаскивает меня из кабинки и наклоняет над раковиной. — Пришло время наказать тебя.
 Он задирает мою юбку, а затем срывает трусики с ног.
 Я тяжело сглатываю, жалея, что надела юбку, которая облегчает ему доступ. Его рука яростно опускается на мою левую ягодицу, заставляя меня подпрыгнуть.
 Я вскрикиваю от боли, когда он переходит к моей правой ягодице и делает то же самое. Твердая поверхность раковины впивается в мои бедра, пока он продолжает давить на меня своим весом. Это оставит синяки, но я чувствую, что таково его намерение. Причинить как можно больше физической боли, даже если у него здесь нет никаких орудий.
— Не делай вид, что тебе это не нравится, Морроне.
 Я стискиваю зубы.
— Мне не нравится, что ты ведешь себя совершенно неразумно.
 Он рычит, его вес давит на меня сильнее.
— Как бы тебе понравилось, если бы я был здесь с другой женщиной и демонстрировал ее?
 Когда он так говорит, я прихожу в ярость. От мысли увидеть его с любой другой женщиной у меня сводит живот.
— Я бы возненавидела это.
— Именно. - Он шлепает меня снова, еще сильнее, чем раньше. — Вот почему тебя нужно наказать за то, что ты так чертовски разозлила меня.
 Я слышу гнев в его голосе, и он вселяет в меня ужас.
 Очевидно, что когда я преследовала этого мужчину, желая, чтобы он обратил на меня внимание так, как я всегда обращала внимание на него, я никогда не задумывалась о том, насколько он безумен.
 Не зря он главный каратель в Академии Синдиката. Он любит причинять боль, а я открыла книгу, чтобы заглянуть внутрь и погрузиться в безумие, которое кроется внутри него.
 Однако теперь я не могу выбраться, или, по крайней мере, он мне этого не позволяет.
 Я тяжело сглатываю, когда за спиной раздается его неровное дыхание, и смотрю в зеркало, встречаясь с ним взглядом.
 Сейчас он выглядит на грани безумия, с широко раскрытыми карими глазами и растрепанными волосами.
— Я трахну тебя прямо здесь и наполню своей спермой, потом ты вернешься и сядешь рядом с этим мальчишкой, а моя сперма будет капать тебе в трусики.
 Я с трудом сглатываю при этой мысли, но мои бедра сжимаются.
— Да, сэр.
 Звук расстегиваемой молнии ускоряет мое сердцебиение, когда он высвобождает свой член и просовывает головку ко входу в мою насквозь мокрую киску. Не успеваю я перевести дыхание, как он оказывается внутри меня.
 Он глубоко вбивает в меня каждый дюйм, когда двигает бедрами внутрь и наружу грубыми, порочными движениями, словно пытаясь перестроить мои внутренности. Я смотрю на него в зеркало, и он смотрит на меня в ответ с таким неприкрытым желанием, что я забываю о безумии того, что мы делаем. И невозможно не стонать, когда он заставляет меня чувствовать себя неосязаемой, как будто я больше не в своем собственном теле.