Мы связаны с тобой (СИ)

— Ну что, друг. Будем с тобой вдвоем Новый год встречать?
Пушистое создание не удостоило Сашу ответом, принявшись поглощать поданные лакомства. Беркутов хохотнул и даже почесал кота за ушком. От того, что все-таки сегодня он был не один, ему стало чуть легче.
А за окнами взмывали ввысь салюты, слышались звуки петард и хлопушек. Народ вовсю праздновал наступление Нового года.
  
Глава 22
 
Небольшие каникулы у команды пролетели незаметно. Отдохнувшие, полные сил и желания побеждать соперников, ребята вернулись из отпусков, немедленно приступая к усиленным тренировкам. Конечно, общее расслабление все еще присутствовало, но тренерский состав не давал никому спуску, увеличивал нагрузки, аргументируя это тем, что для попадания в плей-офф им необходимо забрать максимум очков, в особенности на выездных матчах.
Основные упражнения подходили к завершению и главный тренер, оставив «у руля» Беркутова, по срочной просьбе руководства отправился в дирекцию, для решения каких-то вопросов, требующих немедленного рассмотрения.
— Макар, пасуй, когда я открываюсь, ты же видишь! — прикрикнул Градов на партнера по команде, когда тот в очередной раз самостоятельно совершил бросок.
— Рус, да там Лапин перехватывал! — спортсмен вновь завладел шайбой, направляясь к воротам.
— А сейчас?!
— Ну че ты орешь, я уже дважды забросил.
— Так, что за разговоры! — вмешался Беркутов. — Руслан, в чем дело?
— У нас тут единоличники в команде, — Градов подкатился к борту, и остановился, опираясь на него боком. — В одиночку решили все сделать.
— Так потому что ты нихрена не делаешь. Тебе отдают пас, а ты мимо ворот лупишь.
— Вообще-то, я один из самых результативных игроков лиги, — Руслан нагловато ухмыльнулся, понимая, что снова мечтает утереть нос второму тренеру, превознося себя.
— Да не смеши меня, тебе еще учиться и учиться.
— Еще скажите, что мне у вас надо учиться, — Градов надел шлем, собираясь продолжать тренировку, и перед тем, как отъехать от борта, добавил так, чтобы не слышали остальные игроки: — Учитель хренов, лучше бы за телкой своей следил. В Питере я ее поимел, а тут она еще с половиной клуба перетрахается.
— Что ты сказал??? — прошипел Саша, чувствуя, как внутри все начинает закипать.
— Что слышал. Шлюха она везде шлюхой останется, под любого ляжет.
Градов успел сделать несколько скольжений, как тут же на него обрушился мощный удар, но поскольку он был в шлеме, то устоял на ногах и развернулся.
— Ах ты мразь, — Саша был в гневе.
Он еще никогда и ни к кому не испытывал столько ненависти, еще ни один подонок не вызывал в нем желания, не останавливаясь, бить кулаками и всем, чем придется наглую, самодовольную рожу. Завязалась самая настоящая потасовка.
Остальные ребята из команды сразу же, побросав клюшки, снимая шлемы, бросились разнимать тренера и игрока, но они сцепились так, что любые попытки вмешаться были чреваты травмами, к тому же, на льду оставалось лишь несколько человек — остальные уже ушли в раздевалку.
Саша не видел ничего вокруг себя, глаза застилала пелена ярости и отвращения. Кулаком он попал Руслану в переносицу, на несколько секунд его дезориентировав, а самому ему вроде удавалось уворачиваться от ударов.
Но в тот момент, когда Саша хотел в очередной раз атаковать, Градов не удержался, поскользнулся, а тренера в этот момент пытались оттащить в сторону, но видимо не рассчитали сил и Саша всей своей массой грузно упал на лед вместе с Градовым.
В первые минуты никто толком и не понял, что произошло. Руслан принялся подниматься, ухватившись за руку партнера по команде, и тут послышался ор.
— Блять придурок, ты что наделал?! Охуеть…
Парни расступились и увидели, как по льду растекается лужа насыщенно-вишневого цвета. Беркутов бездвижно лежал на площадке, и на его шее зияла рана, из которой лилась кровь. Градов с ужасом посмотрел на свою ногу, обнаружив на лезвии конька темные разводы, понял, что при падении полоснул им по открытой части тела Беркутова.
 
— Блять, бля-я-ять, — матерились игроки, от шока плохо соображая, что делать в такой ситуации.
Один из парней сориентировался быстрее всех. Он, ни секунды не медля, бросился в медпункт, схватив перед этим со скамьи запасных мобильный телефон Беркутова, и сразу же набрал номер скорой. Несмотря на панику, и колотящееся с немыслимой силой сердце, игрок старался мыслить здраво и максимально четко изложил оператору, что произошло на тренировке.
Дальше события развивались стремительно. На ледовую арену прибежал главный тренер, спортивный директор и врач спорткомплекса, со всем необходимым для первой помощи. Остановить кровотечение никак не удавалось, бинты и марлевые повязки промокали насквозь. Все суетились, кому-то звонили, приходили одни люди, другие; парни, ставшие невольным свидетелями случившегося, никуда не расходились, но по бледным лицам было ясно: несмотря на то, что они являлись представителями сильного пола, увиденное их шокировало.
Градов сидел на льду, спиной прислонившись к борту, сильно сжимая губы так, что они даже побелели. Он невидящим взором смотрел на эту лужу крови и понимал, что его начинает трясти.
«Я. Убил. Человека.» — звенели в его голове одни и те же слова, начинало казаться, что он сходит с ума.
Как только приехала скорая, и Сашу увезли с площадки, к Градову подошел спортивный врач и внимательно посмотрел на его лицо:
— Руслан, ты в порядке?
Градов ничего не ответил, он продолжал сидеть на одно месте, все еще видя перед своими глазами огромное красное пятно.
— Градов, соберись. В хоккее всякое бывает, слышишь? — потормошил его мужчина, но никакой реакции не последовало. Через несколько минут, когда все более-менее успокоились, парни помогли Руслану встать и добраться до медпункта, где ему сделали укол и оставили на некоторое время, чтобы он пришел в себя.
Потом начались выяснения, свидетелей несчастного случая вызвал к себе директор, на разборе присутствовал и главный тренер, который почему-то винил себя в произошедшем, объясняя это тем, что Градов с Беркутовым давно цепляли друг друга, было несколько эпизодов, но он фактически снял с себя ответственность, позволив им самим разобраться между собой. В итоге было решено разобраться со всем чуть позже, когда придет в себя Градов и когда будет ясно, что же там с Беркутовым.
Когда Лена прибежала в редакцию, то очень удивилась, почему никто не обсуждает сенсационную статью уфимской журналистки о скандалах, связанных с хищением средств в нескольких клубах. Сотрудники хаотично перемещались по офису, постоянно трезвонили телефоны, Ольга на рабочем месте и вовсе отсутствовала, хотя через час должно было состояться собрание для обсуждения важных вопросов.
— Марин, — Вольская поймала за руку свою коллегу, и, нахмурившись, поинтересовалась. — А что происходит, почему такой аврал?
— Ой, Лен, у нас тут такое произошло, капец, все гудят… Извини, мне некогда, — Марина, услышав трель мобильного, разулыбалась и, приняв вызов, пропела: — Да, бегу, срочная публикация, звоните верстальщикам.
Начальница Лены появилась в редакции, запыхавшаяся, с немного растрепанной укладкой, и сразу же потащила Вольскую в свой кабинет, ухватив ее за локоть.
— Ленка, я вообще в шоке, столько событий. Тебе срочно надо ехать в спорткомплекс к «Ястребам».
— Зачем? Ты же знаешь, что я…
— Знаю, знаю, но Аня не может, она не в состоянии. Придется тебе. Там тренеру коньком перерезали горло. Кровью всю площадку залили, конечно, там все убрали, но в любом случае надо сделать снимки, побеседовать с руководством.
Оля, быстро печатая на клавиатуре, решая другие рабочие дела, даже не заметила, что Лена, покачнувшись, прислонилась к стене.
— К-какого т-тренера? — дрожащим голосом переспросила Вольская, понимая, что сейчас упадет от сильнейшего головокружения и нехватки воздуха. Ладони вмиг похолодели, а щеки начали пылать.