Конкуренты (ЛП)
Уэстон сделал больше, чем просто устроил проход в клуб без очереди. Наверху нас уже ждал огражденный лентой столик в VIP-зоне и бутылка охлажденного шампанского. Официантка сказала, что будет нашим личным помощником в течение вечера и передала ключи от отдельной дамской комнаты.
Мы со Скарлетт в полной мере воспользовались всеми этими преимуществами. Мы потягивали шампанское, наблюдая за танцующими, и напитывались атмосферой, а затем сами спустились на танцпол.
Одна песня сменялась другой. Мое сердце, казалось, билось в унисон с басами. Всю ночь разные мужчины пытались танцевать с нами, но нам со Скарлетт было хорошо и вдвоем. Большинство поняли намек. Хотя в какой-то момент очень красивый парень подошел к Скарлетт во время смены песни и что-то сказал. Она рассмеялась, и он начал танцевать с нами. В отличие от некоторых мужчин, которые думают, что улыбка женщины на танцполе означает, что у них есть лицензия ее полапать, он держался на джентльменской дистанции. Мы втроем образовали небольшой кружок, хотя парень смотрел только на Скарлетт.
Через несколько минут к нам присоединился его друг, и мы разбились на пары. Этот тоже не распускал руки, поэтому я продолжала танцевать.
Я закрыла глаза и качалась под музыку, но рука, обвившая меня сзади за талию, испортила момент. Я предположила, что парень, с которым я танцевала, стал слишком дружелюбным, но открыв глаза, поняла, что он все еще танцует передо мной.
Я обернулась, готовясь сказать какому-то засранцу, чтобы убрал руки, но осеклась на полуслове.
Это был не какой-то засранец. Это был мой засранец.
Уэстон прижал меня к себе покрепче и наклонился к моему партнеру по танцу:
— Она со мной.
Он метил свою территорию, как какой-то альфа-самец, но при этом почему-то не выглядел глупо и претенциозно.
Парень, с которым я танцевала, вопросительно посмотрел на меня. Я вздохнула и кивнула, после чего он молча растворился в толпе.
Я обернулась к Уэстону.
— Что ты здесь делаешь?
— Танцую. А на что еще это похоже?
— Тебе просто взбрело в голову потанцевать здесь сегодня?
— Нет. Меня пригласила Скарлетт. — Он ухмыльнулся.
Я поискала в толпе свою подругу и впилась в нее взглядом. Она усмехнулась и махнула рукой.
«Мило. Очень мило».
Уэстон снова обнял меня за талию, прижался грудью к спине, наклонился к уху и прошептал:
— Расслабься и танцуй со мной. Ты уже знаешь, что мы можем поймать ритм.
У меня не было возможности сказать да или нет. Уэстон просто начал вести нас, беря все под контроль, как делал во время секса, что мне очень нравилось. Мы действительно хорошо двигались вместе, так что на этот раз я не стала бороться, а просто закрыла глаза. Уэстон собственнически скользнул рукой по моему боку и начал ласкать верхнюю часть бедра. Я откинулась назад и обняла его за шею.
Мы протанцевали так несколько песен подряд. Я чувствовала, как возбужден Уэстон и сама завелась.
«Интересно звукоизолирована ли туалетная комната в VIP-зале?»
— Хочешь сделать перерыв и выпить чего-нибудь? — спросил Уэстон, наклоняясь ближе.
Громкая музыка делала практически невозможным общение, если не кричать в ухо.
Я кивнула, и мы вернулись к нашему столику, где могли нормально поговорить.
Когда мы сели, подошла официантка и подала каждому охлажденную салфетку для лица. Я вытерла шею сзади, а Уэстон охладил лицо.
— Что я могу предложить вам выпить? Хотите еще шампанского? — предложила официантка.
— С удовольствием. Спасибо. — Я улыбнулась.
— Мне просто воды, спасибо.
«Ой».
— Мне жаль. Я забыла.
Уэстон покачал головой.
— Не беспокойся. Главное, чтобы я помнил.
— Тебе не сложно находиться здесь?
— Первые шесть месяцев я избегал клубов и баров, но теперь все нормально. По крайней мере, если не засиживаюсь допоздна. Когда я пил, то мое любимое время в клубах было после трех ночи. Тогда начиналось самое интересное. Для меня это был колдовской час. Иногда я специально приезжал в клуб к только после полуночи. Забавно, что когда я впервые оказался трезвым в баре в это время, то понял: люди, которых считал такими веселыми, на самом деле были просто кучкой отвратительных придурков. — Он покачал головой.
— Ты видел все сквозь пивную дымку.
— Скорее через ромовую, но да.
Мне было так жарко. Я собрала волосы в хвост и обмахивалась рукой, чтобы хоть немного остыть.
— Еще жарко?
— Очень. — Я посмотрела на время в телефоне. — Мы со Скарлетт протанцевали около двух часов.
— Верно. — Уэстон кивнул.
Я нахмурилась.
— Откуда ты знаешь?
— Я наблюдал за тобой отсюда как минимум час. У тебя в сумочке есть резинки для волос?
Я покачала головой.
Официантка вернулась с шампанским для меня и водой для Уэстона.
— Могу я предложить вам что-нибудь еще?
— Не могли бы вы найти резинку для волос? — спросил Уэстон.
— Конечно. Без проблем. — Она улыбнулась
— И еще охлажденное полотенце, пожалуйста?
— Сейчас принесу.
После того, как она ушла, Уэстон небрежно положил руку на спинку диван позади меня.
— Спасибо. Я бы и не подумала просить у нее.
— Я здесь, чтобы вам служить. — Он подмигнул. — Есть ли другие потребности, которые я могу удовлетворить?
— В данный момент нет, но я дам вам знать. — Я засмеялась.
Официантка вернулась с нашим необычным заказом, и Уэстон попросил для меня стакан воды. Мы сидели и смотрели на танцпол, но мои мысли были далеко от танцующей внизу толпы. Я думала о том, что Скарлетт сказала об Уэстоне прошлой ночью. Она отметила, что он, в отличии от Лиама, ставит меня на первое место. Этим вечером Уэстон организовал нам поход в клуб, позаботился о VIP-обслуживании и сделал все, чтобы мне было комфортно. Он наблюдал за нами и вмешался, когда посчитал, что парни стали слишком дружелюбными. Уэстон вел себя как защитник по натуре. Отчасти его забота была продиктована инстинктом собственника, однако это не отталкивало, а казалось сексуальным.
Уэстон наклонился ко мне.
— Ты остыла?
— Когда собрала волосы в хвост, стало гораздо лучше.
Он медленно придвинулся ко мне, и обнял за плечи, потом мягко подтолкнул, чтобы я прислонилась к нему. Мы несколько раз занимались сексом, но это простое объятие было более интимным, чем что-то другое. Уэстон провел пальцами по моему голому плечу, и я расслабилась от его прикосновения. Это было хорошо, действительно хорошо. Я откинулась назад и прислониться к его груди.
Я рассеянно смотрела на танцпол и вдруг увидела, как Скарлетт протянула руку парню, с которым танцевала. Он взял ее, наклонился и что-то сказал. Спустя несколько секунд его улыбка увяла, и он ушел, опустив плечи. Скарлетт закрыла глаза и вернулась к танцу, теперь в одиночестве.
— Ты это заметила? — спросил Уэстон.
— Да. Похоже, она его отшила, — рассмеялась я.
— Мне нравится твоя подруга. Она говорит, что думает.
— Такова уж Скарлетт. Люди либо любят ее за это, либо нет.
— Предположу, что она не сильно расстраивается, когда происходит второе.
— Точно нет. Она шутит, что устроила прослушивание на должность лучшей подруги, после того как я уехала, и люди выстраивались в очередь. Однако она далеко не всех пускает в свой круг.
— Кажется, у вас двоих много общего.
Я кивнула.
— Я думала, что буду скучать по Лондону, но по-настоящему скучаю только по Скарлетт.
— Не по Лиаму?
— Кто такой Лиам?
Уэстон улыбнулся, и на мгновение его взгляд упал на мои губы. Вокруг нас гремела музыка, и в клубе должно было быть несколько сотен человек, но мы словно остались только вдвоем. Уэстон без слов мог заставить меня чувствовать себя особенной и желанной. Я тоже посмотрела на его губы и в этот раз, для разнообразия, не стала слишком задумываться над своими действиями. Наклонившись, я прижалась к его губам. Уэстон обнял меня за шею и поцеловал в ответ, не пылко, без напора. Это был очень нежный первый поцелуй.