Оборотень в погонах, или вашу Машу! (СИ)

– Доброго утречка! – облокотившись пятой точкой о моё рабочее место, ехидно ухмылялся Герман. В его рту торчала щётка, а на щеках красовалась пена для бритья. И ничего что мы в отделении? В майке и треньках разгуливать здесь в порядке вещей?
– И вам доброго! – неловко села на неприметном диванчике, смущённо поправляя плед. Герман меня им укутал? Во сколько же они вернулись? – Я уснула?
– Ты вчера явно переусердствовала с работой, – он красноречиво скосил взгляд на почти пустую столешницу.
– Я хочу участвовать в делах, а не перебирать пыльные бумажки по папкам не знаю какого мохнатого года, – сил сдерживаться больше не было. Ещё и эта шея не добавляла хорошего настроения…
– Неженское это дело, по канализациям ползать вещдоки собирать! – и не дожидаясь моего очередного ответа, пошёл в сторону стенки. Там была неприметная дверь. Он нажал на ручку, отодвигая её в сторону. Явно скрытый санузел. Неплохо он здесь устроился. Всё под рукой…
– А что женское? – зло рыкнула в ответ. – Борщи варить пробовала, мне не очень понравилось!
– Не тому мужику, значит, варила! – пробасил из–за закрытой двери он. Легко говорить не тому, а где его взять таинственного «того»?
– Теперь вам варить буду, чтобы вы меня с собой брали на дела! – в сердцах крикнула в ответ, чем заработала заразительный хохот.
– А пожить пустишь? – голова мужчины высунулась в кабинет чуть–чуть, но этого хватило, чтобы увидеть, что он без майки. Щёки опалило краской стыда и за предложение, и за то, что всего лишь через стенку от меня стоит полуголый мужчина. Довольно привлекательной наружности.
– Не думаю, – быстро отвернула лицо в сторону окна и стала с интересом разглядывать мимо пролетающие облака.
– Что же ты так, ветреная женщина?! – в притворном возмущении воскликнул Герман, а я недоумённо выгнула в удивлении бровь.
– Объясни! – что это ещё за заявления такие? Мы когда пили на брудершафт и стали на шаг ближе к друг другу?
– Мы спали на одном диване! И заметь, твоя честь при этом не пострадала! – снова заразительный хохот и он скрылся за дверью. И судя по тому, что щёлкнул замок, кто–то ради своей безопасности закрылся изнутри.
– Что значит вместе спали? – подскочив с насиженного места, хотела кинуться в сторону уборной, но вовремя зацепилась взглядом за других сотрудников, которые только что вошли в кабинет и смотрели в немом изумлении на меня через окно. – Жалюзи закрыть, что ли сложно было…
Натянув милую улыбочку, помахала коллегам ручку в знак приветствия. Приплыли… Что они обо мне теперь подумают? Внешне получалось сохранять спокойствие, но внутри бесновалась буря. Сейчас Герман Натанович находится в зоне риска…
– Ребята уже пришли? – он бесшумно появился рядом со мной в одной майке и так же, как и я приветливо махал рукой коллегам.
– Убью! – не своим голосом взревела в ответ и развернулась с чётким намереньем воплотить свою мечту в реальность.
– Мы в отделении полиции, тебя ничего не смущает? – напускная серьёзность мужчины сработала как тумблер. Взяла себя в руки! Герман откровенно провоцирует.
– Пойду, – одёрнув помятую кофту, пошла на выход из кабинета. Нужно срочно в уборную. Привести себя в чувство. Но только сделав шаг за дверь, наткнулась на целую кучу любопытных взглядов.
– Вы давно друг друга знаете? – самый любопытный из мужчин не постеснялся задать вопрос напрямую.
– У нас свадьба через месяц, – обворожительно улыбнулась в ответ и со счастливой улыбкой на губах поспешила на выход в коридор. Дежурного снова не было на месте. Какая удача! Не хватало только ещё перед ним краснеть за свой заспанный вид.
Зайдя в маленькую кабинку, встала напротив зеркала. Глаза опухшие, на щеке явный след от руки. Видимо, спалось рядом с Германом мне очень даже сладко. От мысли о совместной ночи по моему телу пробежали мурашки. Этот мужчина совершенно точно решил свести меня с ума!
Холодная вода из крана приятно холодила палящую кожу и придавала бодрости. Второстепенные мысли о мужчине ушли на задний план, а вот главный вопрос дня встал остро. Насколько же тонко он смог увести тему в сторону. Не хочет брать с собой на дела? И обучать отказывается? Тогда надо написать заявление на смену куратора! Решительно шагая по коридору, всё сильнее прокручивала мысль в голове. Ладно! Ещё день–два посмотрю, а там надо что–то делать…
 
– О! Моя жена пришла, – Герман до этого сидевший на стуле, поднялся и решительно двинулся в мою сторону. – Любимая, не против, если мы пригласим наших коллег на свадьбу? Они как раз обсуждали, что нам подарить.
– На какую свадьбу? – недоумённо хлопая глазами, посмотрела на стоящих кружком вокруг босса мужчин.
– Которая через месяц, – охотно пояснил в ответ. И тут только до меня дошло, что конкретно я брякнула перед выходом из кабинета.
– Мы же хотели тихо, – сделала страшные глаза в его сторону и показала взглядом на кабинет. Надо с ним расставить все точки и над всеми буквами.
– Я думал, ты решила придать огласке наши отношения, раз решила объявить о свадьбе, – то ли он не понимал моих намёков, то ли просто продолжал валять дурака.
– Герман Натанович, можно ли вас на секундочку в кабинет для приватного разговора, – еле сдерживая эмоции, зло выговаривала каждое слово сквозь зубы. Ну что за клоун?!
– Просил же тебя, давай не так официально при коллегах. Тем более что теперь они всё про нас знают, – хоть он продолжил паясничать, но со своего места поднялся.
– Хорошо, – согласно кивнула и устремилась в кабинет. Герман чуть задерживался. Но это даже и к лучшему! Надо просто выдохнуть и подумать, с чего бы начать конструктивный диалог…
– О чём хотела поговорить? – до противности бодрый мужчина, прошёл в кабинет и сел за свой стол, прямо напротив моего. Встретив его прямой взгляд, я немного стушевалась.
– Герман Натанович, я хочу участвовать в делах! – на выдохе произнесла, стараясь не отводить своего взгляда.
– Мы уже это обсуждали, – он устало потёр переносицу, теряя всю весёлость враз. – Посвящать тебя в суть дела — готов, брать на выезды – нет! Однозначно!
– Почему? – дискриминация какая–то. Неужели произвожу впечатление мягкотелой?
– Это не обсуждается, – категорично помотал головой и снова нацепил очки. Конструктивного разговора не вышло…
Остаток дня прошёл более–менее спокойно. Хоть и остался неприятный осадок. Герман со мной больше не заводил, только иногда искоса косился. Внимание на это не обращала, занятая мыслями о том, стоит ли искать себе нового куратора. От этой практики зависит слишком многое, чтобы я просто спускала всё на тормозах!
Решение не посещало мою светлую голову, даже когда таскала тяжёлые коробки в архив. Он был не очень далеко, но руки оттягивало знатно. Герман с ребятами в этот момент как раз куда–то вышли. За переживаниями не заметила, как коробки закончились, а в руках и нога образовалась усталость.
– Ты унесла коробки? – кажется, босс выглядит слегка раздражённым. Интересно, с чего бы?
– Да, – коротко произнесла в ответ, усаживаясь на своё место.
– У тебя куча коллег–мужиков, сложно было попросить? – не глядя в мою сторону, мужчина произнёс как бы, между прочим. От такого разговора немного покоробило.
– Никого не было, – стараясь держать эмоции глубоко внутри, отвечала спокойно. Это, кажется, стало его раздражать ещё сильнее.
– А подождать? – ехидные интонации стали проскальзывать слишком явственно. Интересно, кто ему мог на хвост наступить так капитально?
– Не привыкла сидеть без дела. Не тяжело было, – осмотрев пустой стол, пришла в уныние. Наверное, настолько девственно–чистым он не был никогда. Даже пыль успела протереть.
– Держи копию, – передо мной упал конверт для бумаги, где явственно виделись отксерокопированные документы.
– Что это? – вопросительно выгнула бровь и перевела с папки взгляд на мужчину. Может он удосужится сам объяснить?!
– Вчерашнее дело. Возьми на дом и изучи досконально, – ушам своим не верю. Правда? Меня допустили к делу? С ума сойти! Пожалуй, стоит повременить со сменой руководителя.