В плену у повелителя. Путь ангела (СИ)

После внезапной близости с Владыкой у меня почти не осталось сил, и я уснула крепким сном. А вот проснулась от того, что меня кто-то легонько коснулся. Открыла засыпанные глаза, фокусируясь на Гезе.
— Привет, — улыбнулась она. — Я тебе новую одежду принесла.
Она показала на белое платье с вырезом и длинной юбкой, лежащее на покрывале. Ну хоть не полупрозрачное.
— Мне нравиться шить для девочек, — сказала она, пока я осматривала красоту. Прям почти похожее, как мы носим на Небесах. Только тут декольте огромное.
— Ты как вообще? — спросила у нее.
— Та все в порядке. Правда есть хочется постоянно, — она погладила живот.
— А Аббадон не обижает тебя?
— Нет, — Геза вмиг погрустнела. — Я просто очень боялась, что он откажется от нас. А я чувствую, что ребенок его. Не Владыки.
И мне хотелось бы так думать и даже лучше бы знать это точно. А то все-таки обидно, что он с другими был. Никак не могу вытеснить это чувство, гложущее изнутри.
— Я просто боюсь, что Аббадону надоест играть в доблестного рыцаря. Я же некрасивая, — Геза вновь скрыла лицо волосами.
Да, нам ангелам надо сразу и до конца жизни — такие вот мы: если влюбляемся, то навсегда.
— Не думай так, — я коснулась ее руки. — Ты красивая. Не думаю, что мужчина бы бросил тебя, только из-за того, что ты поменялась. Раз он рядом, значит, что-то вас соединило. Не думаю, если ты будешь постоянно прятать свое лицо, то это будет ему нравиться.
— Да мы и так в темноте уединяемся. Но демоны любят красоту. Им не нужны уродины, — ангел смахнула слезы. — Давай лучше примерим твое платье, а то я сейчас разревусь.
— Ладно.
Ткань приятно облегала тело. Геза поправила его и направила меня к огромному зеркалу. Мое лицо приобрело какой-то то ли румянец, то ли блеск, но сейчас я видела себя как-то по-другому. Взрослее, что ли. И счастливей. Как ни странно, но жизнь на Небесах казалась какой-то безмятежной и однообразной, а здесь она кипит. Я такого спектра чувств и ощущений не испытывала никогда, и все же я скучала по голубому небу над головой, по облакам и зеленой траве.
А рядом стояла ангел с черными венами, но она хоть была одета в темно-синее платье, которое скрывало их. Я взяла ее за руку и поставила рядом с собой.
— Смотри. Мы обе — ангелы. И чтобы в наших жизнях не случалось, мы все вынесем. Ведь свет, что горит в наших сердцах, помогает идти вперед.
Белоснежные крылья с серебряным свечением распахнулись позади Гезы.
— Владыка не разрешает их выпускать, — прошептала она.
— Но его здесь нет, — я лукаво улыбнулась, хотя чувствовала, что он недалеко — голову едва покалывает.
И сама выпустила свои рыжие с золотым свечением.
— У тебя такие красивые. Никогда не видела крылья сердца города, — она провела рукой по моим перышкам. — Точнее, я вообще таких, как ты, не видела. Нам только рассказывали.
— А ты ангел-хранитель? — спросила у нее.
— Да.
По крыльям ангелов много что можно понять, даже родство можно установить —форма крыльев и оперение выдают близких родственников.
Дверь отворилась и в комнату вошли Владыка и четверо демонов. Мы даже крылья не успели втянуть. Точнее Геза успела, а мои втягивались с трудом из-за того, что плохо срослись.
У Владыки тут же глаза вспыхнули красным свечением, и мне стало не по себе.
- А она похожа на невесту, - ляпнул один из демонов.
Этот демон был огромным и пухлым. У него виднелись огромные складки жира, вылезавшие из доспехов. Второй в красных доспехах, с горящими глазами, в которых будто велась постоянная борьба, а ярость и злость никогда не покидала их. Третий же — высокий и бледный, больше на мертвеца смахивал. И Аббадона я уже знала.
— Геза, иди ко мне, — он вышел вперед других и протянул руку.
Ангел, как всегда, прикрыла волосами лицо, склонила голову и отправилась к нему, как на закланье.
— Это моя женщина, — сказал Аббадон, притянув ее к себе и положив руку на ее живот, будто защищая и ее малыша.
А Геза выглядела такой потерянной, будто хотела исчезнуть. Трое демонов глянули на нее, осмотрели с ног до головы и ухмыльнулись. Владыка смотрел только на меня, не отводя взгляд. 
 
— Мы принимаем твой выбор и твое решение, — ответил демон в красных доспехах.
— Это что значит? — прижалась еще сильней Геза к Аббадону.
— Демонский аналог свадьбы, — громко ответил тот. — Никто в аду тебя не больше тронет. Сама понимаешь, демоны не могут вступать в браки в общем понимании, ибо те благословляются на Небесах, но у нас есть союзы.
— Это все не по-настоящему? — спросила она, стараясь говорить тихо, но все всё слышали.
— Для меня по-настоящему, — ответил Аббадон и поцеловал ее.
— Голубки могут уединиться, — сказал демон в красных доспехах, — а у нас есть дело.
— Это касается всех нас, — ответил Аббадон. — Геза, иди к нам в комнату.
Геза глянула на меня счастливым взглядом, который тут же сменился тревогой. Я кивнула ей. Что бы сейчас ни произошло, все будет хорошо, ведь Владыка защитит меня. Ведь так?
Я перевела взгляд на него, но теперь он избегал меня. А вот мне совсем не понравилось, как эти четверо посмотрели на меня.
— Асмодей, — сказал тип в красных доспехах.
— Молох, — сделал шаг пухлый.
— Везельвул, — ступил третий.
— Аббадон, — сказал четвертый.
Она встали в ряд — будто воины перед главнокомандующим. Только их главный позади. В один момент мне причудилось, что позади каждого из них виднеются ангельские крылья, будто дымка, возникшая в воздухе. Я моргнула, отгоняя наваждение. Куда там — это же князья ада, о которых мне говорил Владыка.
Асмодей коснулся бедра и достал небольшой кинжал с закругленным лезвием. Его ручка была самая обычная, перетянутая серой тканью. А вот лезвие сияло и искрило светом, будто в него заключили ангельскую благодать. Он протянул его мне.
— Возьми.
Я нервно сглотнула. Владыку за демонами не видно. И что мне делать? А демоны терпеливо ожидали, и ни один мускул на их лицах не дрогнул. Я почти соприкоснулась с рукояткой, ощутив мощную ангельскую силу, но как настолько сильную вещь может держать демон? Взяла в руку кинжал и тут же почувствовала, как грудь сдавило, будто тисками, перед глазами появились вновь образы. Ангелы, стоящие на коленях, с раскинутыми в стороны руками, а рядом стоят другие — держат его. Выходит вперед боевой ангел, а в его руках кинжал превращается в длинное копье. Он вбивает его прямо в сердце ангела. Их много — женщины, мужчины — и каждому в сердца вбивалось копье. Ангелы сердца города и то, как они становились защитой города — вот что я видела. Во мне отзывалась их боль, когда копье входило в их тела, а крылья всадившего покрывались багряной кровью. Я кричала от боли вместе с каждым, глядя как их тела опадают на землю, а души освобождаются, чтобы развеяться на земле, защищая ее.
«Мне страшно», — услышала чей-то голос. Или это мой?
«Я не хочу умирать», — вновь шепот. Он звучал рядом со мной, окружал и давил.
«Я не хочу убивать, но такова воля Всевышнего».
«Он несет свет».
«Я не хочу умирать».
Голоса сплетались, а мне с каждым ударом, с каждой смертью становилось все страшней.
«Сердца города ничего не чувствуют. У них нет эмоций. Они живые статуи, которые должны служить людям».
Но мне больно. Нам больно. Боль — единственное ощущение, что мы испытываем за всю жизнь. Одна вспышка — и нас нет. Мы растворяемся в безмятежности и безвременье. Нас больше нет, и мы есть. Мы мертвы, но нас слышат и разговаривают с нами. Мы сплелись с природой и больше ни от чего не зависим. И падет тьма, и воцарится свет. Но нас больше нет. Мы мертвы. Но мы для этого жили. Так было неизменно, но когда-нибудь и этому придет конец. И один восстанет против.
 
Меня трясло так сильно, что я еле выпустила копье. Точнее, мои пальцы разжали мужские. Я уткнулась в мужскую грудь, всхлипывая и подрагивая от нахлынувшей боли. Мне было больно за всех умерших ангелов, я будто услышала их последнюю исповедь. Это все казалось чем-то нереальным, несуществующим. Как можно жить без чувств и эмоций? Как можно знать, что единственное, что ты испытаешь в жизни — боль?