Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)
В этот миг дверь аудитории шарахнулась о стену, наставница по-змеиному метнулась в коридор, и я замерла за поворотом, укрывшись отводом глаз, которому научилась у Алвиса, и моля Предков, чтобы мой расчет оправдается, и заклинание, пусть и простое, но выполненное с моей мощью, выдержит.
Выдержало: Маргрит замерла, видимо, сканируя коридор, а затем ее каблуки зацокали в сторону предполагаемой угрозы. Надеюсь, “угроза” не дура и успела удрать, потому что в ментальном поле драконица теперь ощущалась не как раздраженная наставница, которой помешали, а как клинок — холодная, острая, сосредоточенная, и от мощи, развернувшейся сейчас вокруг нее, сводило зубы.
Целительница, ё-моё!
Эти мысли метнулись со скоростью стрижей, пока я юркнула в оставшуюся без присмотра аудиторию.
Прижалась к стене, крадясь к заветной двери… Впрочем, могла бы и не прижиматься, а маршировать прямиком по центру аудитории: будущим целителям сейчас все равно было не до меня, они судорожно обменивались мнениями, советовались, кто-то перебежал со своего места, чтобы сверить результат с соседом. Адепты пользовались выпавшим шансом на всю, но я все равно попросила оставшуюся гончую пошуметь в противоположном конце лаборатории, прежде, чем дернуть заветную дверь в склад при лаборатории.
Не заперто!
Не заперто, Свет и все предки, мне повезло второй раз!
Даже третий: стоило мне закрыть двери за спиной, как в аудиторию вернулась наставница.
Выдохнув, я рванула к шкафам с лекарствами и ингредиентами.
Я подготовилась, я всё выяснила — в разгар промежуточных экзаменов магические стимуляторы были популярной и совершенно не подозрительной темой для разговоров между адептами, и адептки со старших витков охотно делились подробностями с нами, мне даже не приходилось особо напрягаться, направляя разговоры в нужное русло!
Так… противовоспалительные, успокоительные, кроветворные… где же они?
Вот! Стимуляторы!
С облегчением выдохнув при виде нужной таблички, я принялась торопливо перебирать пузырьки, вглядываясь в надписи, накорябаные на этикетках (Свет, ну и почерк, наставнице хорошо бы уделить внимания каллиграфии, а то приличному вору названий не разобрать!).
Не то, не то, не то… не паникуем, было бы странно, дожидайся меня искомое в центре ряда на самом видном месте!
Опять не то — не паникуем, я сказала, потом будем паниковать!
Не… то! Вот оно! Это про них алхимики с седьмого витка говорили, мол, усиливают действие любого стимулятора!
Я сжала в кулаке пузырек с зеленоватыми пилюлями, и облегченно выдохнула.
Девочки, правда, говорили и про побочные эффекты, но… мне ли бояться побочных эффектов?
“Давай!” — скомандовала я.
— Вуф! — злорадно отозвалась где-то в коридоре темная гончая. И добавила с ментальным ехидством, — У-у-а-а-а-а!
Теперь — к себе, и читать! Наверстывать то, что я сегодня пропустила. А вечером… вечером устрою себе праздник!
-
Пустой коридор. Ни души, ни звука.
Радость и предвкушение смешались со стимулятором в бешеный коктейль, и я знала, что потом за это состояние наступит расплата, но мне было плевать. Я соскучилась. Я хочу его увидеть.
Я проскользнула в нужную дверь без стука, пьянея от того, что имею на это право.
Алвис вскинул голову на щелчок, отрываясь от бумаг, которыми был просто завален обычно такой аккуратный стол.
Радость, тепло и нежность обволокли меня, кружа голову.
И я стремительно пересекла комнату, почти запрыгнув к дракону на колени, и прижалась губами к губам, как хотелось, как мечталось, как снилось.
Он отозвался, легко и страстно, и в груди заворочалось жаркое, жадное, собственническое.
Мой дракон. Пусть ненадолго — но только мой, потому что это жаркое, жадное, собственническое эхом сквозило мне в ответ, когда его язык переплетался с моим, когда руки стискивали бедра, вдавливая меня в него…
Дыхания стало не хватать, и я запрокинула голову, предлагая Алу прочие части тела, пока я отдышусь, но он, вместо этого замер, обхватив ладонями мое лицо. Я недоуменно хлопнула ресницами, глядя в черную бездну драконьих глаз.
— Милдрит, — хрипло произнес он, и я сильнее сдавила коленями мужские бедра от того, как эти звуки отдались внутри, — скажи-ка мне, радость моя, ты вообще спишь?
-
Вопрос был настолько неожиданным, что я на мгновение застыла, пытаясь сообразить, к чему он относится. А потом смущение пополам с возмущением накрыли меня волной.
Это он… это он что, говорит, что я плохо выгляжу?!
Я гордо выдернула подбородок. Ну да, чуть-чуть бледная и чуть-чуть с синяками, но синяки я запудрила и вообще он меня утром не видел, в сравнении я прямо-таки дышу здоровьем!
— Нормально я сплю! — нашла я наконец слова.
— Давай мы сейчас с тобой проясним, что для адептки первого витка в промежуточные означает “нормально”?
Не выдержав, я стукнула его по плечу — еще и издевается?
— Точно не спишь, — вздохнул Ал. — Вон какая агрессивная.
— Вот и ублажал бы меня лучше, чтобы агрессию не проявляла, а не задавал дурацкие вопросы!
— Ты говоришь, как настоящая драконица, — хохотнул мой мужчина, крепче меня обнимая. — Но я серьезно. Милдрит, ты выглядишь очень уставшей. Я понимаю, что экзамены вместе с пунктами, это очень важно, но нельзя забывать про здоровье…
Нет, Алвис, ты не прав. Больше всего на свете я бы хотела сейчас забыть про свое здоровье.
Но вместо того, чтобы рухнуть в эту яму саможаления, я ухмыльнулась.
— А-а-а-ал, — протянула я, как будто невзначай погладив ряд пуговиц на рубашке. — Скажи-ка мне, а ты сам давно был адептом?
В глазах дракона сначала мелькнуло непонимание, а потом отсвечивающие зеленым зрачки расширились.
— Это ты сейчас намекаешь на то, что я старый?!
— И занудный, — подтвердила я, покивав, и слегка, самую малость, подковырнула верхнюю пуговку, а что она выскользнула из петли и ворот рубашки чуть разошелся — это вообще не моя вина!
— Это я-то занудный?! — Возмутился Алвис. — Да я! Да я знаешь, какой…
— Нудный? — “заботливо” подсказала я, а пуговички из петель меж тем выскальзывали, выскальзывали… сами собой буквально! И, случайно, закончились.
Белая рубашка на смуглом торсе — это очень красиво, вот что я скажу.
И смуглый торс без рубашки — красиво, просто очень!
Рубашка улетела прочь, куда-то в сторону непроверенных работ, а я осталась сидеть на коленях, с видом невинным и победительным.
— Милдрит, — показательно высокомерно заявил дракон. — У тебя чрезвычайно острый язык. Но ты совершенно неверно им пользуешься!
Я замерла столбиком, совершенно забыв о том, что я — победительница и соблазнительница. Зато вспомнив, как именно можно использовать язык. И как использовал его Алвис.
— Будут какие-то предложения? — неподдельно заинтересовалась я.
— Будут! — ухмыльнулся дракон.
И стиснул мои бедра, словно колеблясь: продолжить тему или перевести всё в шутку…
Вот еще! Некогда мне тут сомневаться! Легко улизнув из его ладоней, я скользнула на пол.
От дракона полыхнуло таким жгучим желанием в ответ на это мое движение, на мой взгляд снизу-вверх, что удержаться от внутреннего самодовольства было просто невозможно.
На самом деле, мне было очень приятно, что он обо мне заботится и волнуется. Просто я не за беспокойством пришла, а за вот этим — за страстью, за нежностью, за ощущением того, что я желанна…
Он сам сказал — мы еще столько всего не попробовали!
Алвис сам расстегнул ремень и приспустил брюки, выпуская на свободу уже налившийся, твердый член.
Он был сейчас перед моими глазами, так близко. Я сглотнула и облизнула пересохшие губы. Сейчас, когда я знала, сколько удовольствия мне может принести эта часть тела, он казался красивым.
Я втянула ноздрями едва ощутимый запах — запах мужской плоти и желания, снова нервно сглотнула, и желая попробовать, и не решаясь…
— Милдрит, — вмешался сверху Алвис, — если ты не хочешь, ты не обязана…