На войне как на войне (СИ)

— Пытаюсь сразу две или три гранаты в руку взять, нажимая на кнопки.
— Ты знаешь, что бывает с ребенком, который играется с настоящими гранатами? — спросил дед.
— Спасибо, Горыныч, что хоть с обезьяной не сравнил! — сосредоточенно пробормотал себе под нос Роман.
— Ты даже не представляешь, как сильно хотелось!!
— В общем, две гранаты одновременно я могу бросить, но вот быстро в руку их напихать у меня не получится и есть ненулевая вероятность выронить хотя бы одну из них. Ну разве что кто-то помогать мне будет. Надо будет с Леной потренироваться.
— Блин, я еще такая молодая, а ты уже смерти моей хочешь, — прозвучал в шлеме тихий голос девушки.
—Лена, что там у нас на берегу?
— Наши притаились за холмиками и не высовываются. А эти козлы в лодках хитрые, они все больше расходятся в стороны. Возможно высаживаться будут широким фронтом — между крайними лодками получится метров 150. Ага, ребята меня услышали и начали расползаться в стороны.
— Да мы и сами это увидели, но ты все равно молодец, — сказала Настя.
— Интересно, а те, кто в лодке, меня видят? — озаботилась Лена.
— Видят, но думают, что это Вини-пух за медом залез, — хихикнула Юля.
— Эх, сейчас бы медку…, — мечтательно протянула Лена.
— Ага, причем, хряпнуть хлебальником бегемота! — поддержала разговор Настя.
— Не, от такого количества меда у меня…, — начала Лена.
— Лена, только без физиологических подробностей! Не порть вкусный образ, — заржал Сослан.
— Ну все, первая граната пошла! — сообщил Артур. — Точно в лодку!! А вы знаете, подтверждаю — это действительно весело. Две гранаты и двух лодок как не бывало! Мне аж даже обидно — придется добивать плавающих в воде. А Карим побежал на помощь девчонкам, так что щас и им кайф сломает.
— Карим, не надо! Дай нам самим их шлепнуть!! Ну пожалуйста!!! — раздались девичьи мольбы. — Беги дальше, там Сашка один. Он уже сегодня навоевался. И даже лягушек в болоте трупаком попугал.
— Дети, сущие дети, — вздохнул Горыныч.
— Не сущие, а писающие. И какающие, — поправила Лена голосом заслуженного педагога.
— В том-то и дело, что уже и не писающие, и не какающие, а так иногда хочется полистать журнальчик… ну вы сами знаете, где всегда тянет на чтение, — продолжала развивать тему Настя, в то время как Юля, высунув язык, шмаляла из карабина по доблестным морским котикам. И щеночкам.
— Ну что там у вас? Закончили? — спросил Горыныч.
— Да вроде, сейчас лодку спустим за трофеями, — сказал Артур.
— Что у вас с Александром?
— А что у … О-ба-на! А что, Саня, преставился? — удивился Артур.
— А что Саня — Саня лежит на бережку, отдыхает, — спокойно сказал Карим. — А вообще у нас был критический момент — если бы я не прибежал на помощь Сане, одна лодка успела бы высадиться. Когда я подбегал, он уже отдыхал, а лодка была совсем рядом.
— Артур, ты в следующий раз поаккуратнее со словами: «преставиться» подразумевает окончательную смерть, — просветил парня Горыныч. — А Саня всего лишь прилег отдохнуть!
— Ой, ляпнул, не подумав, прошу прощения, — смущенно пробормотал Артур.
— А теперь вопрос — у вас в группе что, не подключена опция автоматического долечивания?
— Не-е-ет, а что, надо? — неуверенно протянул Артур.
— В нашей группе это обязательно, так же как и ношение щитов, — жестко сказал Горыныч. — в этом плане я вам не командир, но указываю на ваши слабые места. Не думаю, что Сане прилетело в голову — скорее всего он набрал несколько ранений и не успел вручную отлечиться. А были бы щиты и автоматическое долечивание, сейчас был бы живчиком.
— А как же Галина говорила, что …, — недоуменно протянул Артур, но был прерван:
— Юноша, ты что, юмора не понимаешь?! — воскликнула Галя.
— Да я вобчем-то …
— Бывает у него иногда, не обижайтесь на него, — вздохнула Юля.
— Спасибо, защитница моя, — обиженно сказал Артур.
— Кушай на здоровье, только не обляпайся, — съехидничала девушка.
— Слушайте, а у нас тут один пустой на трофеи, — сказал Сослан. — Я думал он жив еще и ударил его ножом, но нет, жмурик, а трофеев не дает.
 
— У него опция защиты имущества в случае смерти, как и у всех нас, — объяснил Горыныч. — Раз так, то он, возродившись, будет при оружии, чем очень опасен, поэтому тебе, Сослан, придется отбуксировать его подальше от нашего берега. И, если получится, сними или срежь с него жилет, чтобы у него было меньше шансов добраться до нас вплавь.
— Система не даст, — сказал Сослан. — Все, что есть на трупе, для всех неприкасаемо. Даже если погибший перед смертью уронил на землю свое оружие, никто не сможет его ни поднять, ни повредить.
— Ну тогда притащите вторую лодку и отбуксируйте этот труп подальше от нашего берега, — велел дед.
— А зачем вторая лодка? Я и сам справлюсь, — удивился Сослан.
— Алан, ты что тупой?! А если тебя самого или твою лодку продырявят с того берега?! — крикнула Юля. — Один нужен для подстраховки.
— Юля, не хами — ну не догнал парень, со всеми бывает, — успокоил Артур девушку.
— Сорян, меня из-за смерти Сашки всю колбасит, — извинилась девушка.
— Ладно, замяли, — примирительно буркнул Сослан. — Я действительно что-то ступил.
— Горыныч, тут после десантников одна отличная лодка на плаву осталась, — сказал Артур. — Если ее подлечить, то неплохой трофей будет.
— А как же принцип Системы о неприкосновенности имущества трупов? — удивился командир.
— Бывает, что хозяин имущества не участвует в атаке, — пояснил Карим. — Хозяин остался на берегу жив и здоров, а его имущество уплыло в туман войны.
— Ладно, заканчивайте там быстрее, — велел Горыныч. — А кто не занят, пусть возвращается в окопы — как-то неуютно нам тут втроем. Да и окопы дополнительные будем копать, потому как завтра нам не хватит десяти точек. Не стоит надеяться на то, что у бармалеев тупые командиры, не способные проводить работу над ошибками. Эх, нам бы еще стрелков 10 приличных!..
— Лёх, мне тут Виктор послание прислал где-то с полчаса назад, — отреагировал Карим. — Он пишет, что через пару часиков может подскочить группа в семь человек, а к утру ожидается еще пять человек. Первая группа — это Сумра и при нем шестерка молодняка.
— Сумра? Он здесь?
— Представь себе! Я сам удивился — что он здесь потерял?!
— Хм, надеюсь, на этот раз обойдется без его фирменных закидонов и приколов, — хмыкнул Горыныч.
— Главный прикол уже при нем — он вдруг решил с молодняком связаться!
— Это да, я даже подумал, а не другой ли это перец, — согласился Егорыч. — Ладно, через пару часов посмотрим на то, что увидим.
— О двух часах речь шла полчаса назад.
— Понял. Слушай, передай Виктору, чтобы все, кто к нам идет, обязательно брали с собой строительный инструмент: ломы, кувалды, штыковые лопаты, кирки, топоры, пилы, носилки или тележки.
— Ого, отель будем строить? — спросила Юля.
— Типа того. Да, и обязательно веревочную лестницу пусть пришлет. Длиной не меньше 20 метров.
— Народ, проясните мне один момент, может я пропустила что-то, когда с Правилами знакомилась, но я не совсем понимаю — что за трофеи мы снимаем с трупов, если их имущество трогать нельзя? — спросила Лена.
— Система очень не любит некоторые аспекты реальной войны, которые, скажем так, сильно портят картинку для обывателя, — начал пояснять Артур. — Например, расчлененка, гниющие труппы, кровища, грязь, жестокости по отношению к врагу, в том числе мертвому, неуважительное обращение с женщинами и так далее. Одной из таких несмотрибельных сторон войны является обыскивание трупов, их раздевание. Если, к примеру, мужик убил девушку с хорошей фигурой, а на ней очень крутой и дорогой костюм с офигенными параметрами защиты — он же ее обязательно разденет! И как это показывать Зрителям? А если еще мужик начнет глумиться над трупом девушки?
Чтобы этого избежать, Система сделала так — если ты убиваешь врага, то она дает тебе в качестве трофеев 80% от реальной стоимости всего имущества, которое есть на трупе. Для этого тебе достаточно прикоснуться к трупу, но не дай бог тебе прикоснуться как-нибудь не так! Если мужик потрогает труп девушки, к примеру, не за плечо, а за грудь или задницу, то может нарваться на серьезный штраф. На этой войне для Зрителей все должно выглядеть красиво и прилично — это один из главных принципов Системы. Вообще, вся эта война — это прежде всего шоу для Зрителей, а мы в нем лишь актеры, клоуны, циркачи. Теперь ясно?