Три эпохи завоеваний (СИ)
Три эпохи завоеваний
Пролог
Дисклеймер
Данная история носит развлекательный характер. Все персонажи и события в ней вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми или событиями — случайны. Книга не имеет цели кого-либо оскорбить и не ведет никакой агитации. Она ни к чему не призывает и ничего не утверждает. К ней стоит относиться как к художественной литературе.
Пролог
— Прошу вас, всего лишь до завтра!
— Алик, стой! Не надо! Дай взрослым самим разобраться со своими проблемами.
— Нина Витальевна, вы должны были понимать, каковы будут последствия третьей просрочки. Как кредитор, наша организация больше не может давать вам поблажек.
— Я все понимаю, но сейчас у нас просто нечем закрыть даже проценты по кредиту.
— Тогда, согласно договору, с молотка пойдет ваш дом. И наша организация сможет забрать причитающееся ей после его продажи. Пожалуйста, подпишите эти бумаги и передайте нам ключи. Иначе, мы будем вынуждены применить силу.
— Но… но я не могу подписывать такое без согласия своего мужа. Если бы вы подождали до вечера, тогда уверена, все вместе мы смогли бы найти какое-то решение.
— Хватит! Сивый, давай уже заканчивать с ней. У меня свиданка срывается. Бронь в рестике на три часа дня!
— Увы, Нина Витальевна, но мы не можем ждать до вечера. Видите, работники в нашей организации — люди занятые.
Со стороны такой разговор покажется весьма знакомым большей части населения нашей страны. Если не сами вы, то уж ваши соседи, либо знакомые знакомых, хоть раз да брали деньги в так называемых микрокредитных организациях.
В текущей ситуации они были нужны, чтобы оплатить год обучения Даньки в элитном лицее. Ибо даже школьное образование в нашей благословенной богом стране сейчас стало полностью платным. Наследие «проклятых большевиков» окончательно ушло в анналы истории.
Первая реплика, произнесенная полным унижения, писклявым голосом, принадлежала мне, старшему сыну нашей семьи Алексею. Несмотря на то, что сейчас было два часа дня, в доме оставались только я, безработный неудачник, едва закончивший 11 классов. И моя мать, днем выполняющая работу домохозяйки, а вечером подрабатывающая уборщицей в лицее Даньки.
Отец трудится на заводе днем, а ночью, после того как мать вымоет все коридоры в здании школы, заступал там же на смену сторожем. В его коморке есть раскладушка, на которой он и спит три-четыре ночи в неделю.
Вот такая вот у нас небогатая семья. И все что мы имеем за душой — старый дом, перешедший по наследству матери, от ее уже почивших родителей.
Заявившиеся к нам во двор бандиты, или как сейчас их модно называть — работники государственного коллекторского агентства, пришли взыскать долг. Процент по нему, естественно, вышел адским. Мы не хотели так долго оттягивать с выплатой, но в сентябре месяце, возвращаясь с линейки Даньки, на переходе мать сбила машина. Отделалась тогда она небольшим сотрясением мозга и двумя сломанными ребрами. А водитель, как это полагается, скрылся с места ДТП.
Доблестная полиция делает вид, что его ищет. И будет искать до Второго пришествия. Ведь стоимость иномарки, сбившей мать, в несколько раз превышала стоимость нашего дома.
Естественно, вся зарплата отца и кое-какие накопления с подработок мамы, пошли не на оплату долга, а на ее лечение. Так мы и попали в эту кабалу. Проценты копились, долг рос и вот к концу ноября мы уже были должны кредитору весьма круглую сумму, в два раза превышающую ту, которую брали в июле.
Медицина сейчас у нас в стране тоже платная, здесь проклятое наследие победили еще раньше, чем в сфере образования. Мать, конечно, вылечили. Но она только-только встала на ноги и ничем с выплатой долга помочь не могла. А денег отца едва хватало, чтобы закрывать медицинские счета и покупать хоть какой-то минимальный продуктовый набор в семью.
Во всей этой истории особняком стоит моя личность. Безработный неудачник девятнадцати лет отроду, без образования, и какого-либо стимула к жизни. Я на улицу-то последний раз выходил в сентябре, чего уж думать о разговорах с посторонними людьми. И вот сейчас я пересилил свою убогую натуру и встал на защиту матери. В данный момент как раз лежу в ногах у этого бандита, умоляя его не забирать наш дом.
Жалкая сцена, не так ли?
Но чего мне в жизни терять? Ничтожество, со сломанной психикой, которое унижали всю его сознательную жизнь. Я ведь и так на самом дне…
— Слышь, пацан?! Считаю до трех, и если не уберешь от меня свои грабли, я тебя вырублю! — пробасил бандит-коллектор.
— Хорошо, вы только послушайте меня сначала, а потом уже бейте! — промямлил я. — Прошу вас, дайте мне ровно сутки и я выплачу вам весь долг!
— Ты? Да что ты можешь-то? Сивый, согласно нарытой инфе, он же задрот, да?
— Ага, точно задрот. Вообще из дома не выходит.
— Ну что вам терять? Если у меня не получится, то я пойду с вами на любых условиях. Хоть там почку вырезайте, или еще, какой орган. Добровольно подпишу любую бумагу.
— Хм, а че, дрыщ дело говорит. И почки у него должны быть в поряде. Слышь, мелкий, ты же не пьешь, не куришь там, все дела?
— Да-да, вообще ни капли за последние девятнадцать лет жизни!
— Алик, не надо, ты чего удумал?! — бросилась ко мне мать.
— А ну отодвинься, женщина! Не видишь, твой пацан решил хоть раз в жизни мужика включить. Не мешай ты ему, а?!
— Не волнуйся мам, со мной все будет хорошо. Я знаю что делаю!
— Алик…
На глаза матери стали наворачиваться слезы. Я же отвернулся от нее, сделав вид, что не заметил их и продолжил:
— Ребят, ну так что? Ровно сутки и я все верну! Куда мне бежать-то, я на улицу выхожу три раза за год.
— Смотри дрыщ, за язык тебя никто не тянул. Да, ребзи?
— Ага! Если что я на телефон снял его обещалово.
— Во! Это дело. Видео — уже документ. Хе-хе-хе…
— Кабан, ты на всякий случай покарауль их тут сегодня, если вдруг решат встать на лыжи. Тебе же бабу вечером не клеить?
— Не Сивый, прослежу, конечно. Не парься. Можете ехать развлекаться.
— Вот и славно! Тогда Нина Витальевна, до завтра!
Договорив, бандиты-коллекторы удалились, оставив меня и плачущую мать в одиночестве.
— Что ты наделал Алик? Зачем?!
— Все будет в порядке мам, ты главное не переживай. У меня ведь есть игра.
Глава 1. Прощай Топ, здравствуй Нуб
Вернувшись в свою комнату, я быстро переоделся в специальный облегающий костюм из наноматериалов и лег на кровать. Моему взору предстал облупившийся посеревший от времени потолок. Видавшая виды люстра пятидесятилетней давности слегка раскачивалась из стороны в сторону. Когда в спешке натягивал на себя комбинезон, наверно зацепил ее рукавом.
Все три патрона, предназначенные для лампочек — сейчас пустовали. Так что биться там все равно было нечему. А потому я особо и не переживал за свою неуклюжесть. В моей комнате практически отсутствовала мебель. За нее тут можно было принять деревянный стул с ободранной обивкой, покосившийся журнальный столик и несколько забитых прямо в стену гвоздей, которые заменяли мне вешалку для верхней одежды.
Прогнувшись под весом моего тела, кровать слабо скрипнула, напомнив о том, как тяжело ей выполнять свой долг в последнее время. Этим протяжным стоном она словно просила отправить ее наконец-то на вечный покой. В утиль!
Вообще вся моя комната больше походила на музей антиквариата. Возможно, какой-нибудь любитель винтажа даже мог бы что-то из этого прикупить для своей коллекции. Почему-то ранее я об этом не задумывался. Видимо не было такой нужды в деньгах.
Питался я раз в день, и только ночью, когда половина нашей семьи спала, а вторая тянула лямку на подработке. И только самым минимумом, который находил в холодильнике. Брать что-то большее у меня просто не хватало совести. Ведь я ничего не мог с собой поделать.