Заучка для Бунтаря (СИ)

— Моя девочка проголодалась, — счастливо улыбается мама. — Не хочешь посмотреть фильм со мной?
— Кончено, — активно киваю я.
Я поднимаюсь, мою за собой посуду. Поворачиваюсь к маме, которая застыла и в каком-то оцепенении смотрит на цветы. Водит пальцами по губам и хмурится.
Что-то во мне нашёптывает, что мужчина, который подарил маме цветы, безумно её волнует. Я была бы до безумия счастлива, если бы моя мама стала с кем-то встречаться. Если бы она вышла замуж. Я не могу вспомнить, чтобы моя родительница состояла в отношениях. Мой папа ушёл, когда мне было четыре. Я не помню его. Только смутный образ. Мы жили с дедушкой. Он умер три года назад от инсульта. И тогда у меня начались переедания. На нервной почве я набрала больше тридцати килограмм.
Мама никого не приводила знакомиться. Я даже не уверена, что кроме папы она с кем-то встречалась. И если этот загадочный мужчина сможет завоевать её сердце, я буду безумно счастлива.
Оставив вымытую посуду на полотенце, выскользнула в коридор. Телефон в рюкзаке вновь известил о входящем сообщении.
Беру смартфон в руки, и тут же по коже идут мурашки. Против воли заливаюсь краской смущения, стоит мне вспомнить, как сильные руки сжимали меня, пока я кружила с Артуром в танце. Я будто Золушкой была, нежданно попавшей на бал. Не в той одежде, к которой привыкла. Понимающая, что всё неправда. Ложь. Что руки меня сжимают, присваивая не как волшебную принцессу. А как глупую и невесть что надумавшую себе игрушку.
«Завтра чёрное платье и туфли, Заучка», — гласит сообщение.
«Какого чёрта молчишь, чёртова Заучка? Решила, что можешь от меня сбежать?».
Я вспыхиваю, кусаю нижнюю губу и отвечаю:
«Хорошо. Завтра всё надену. Я ужинала».
Проходит всего полминуты, как парень отвечает. Будто он сидел и ждал моего ответа:
«Блевать больше не бегала?».
До слёз становится обидно из-за его грубости. Блокирую экран телефона, откладываю на комод. Нет сил отвечать. Но экран загорается, извещает о новом входящем сообщении.
«Мне лично проверить, Заучка?».
А потом телефон начинает звонить. На экране всё тот же номер, с которого приходили сообщения.
— Алло, — отвечаю тихо, оглядываясь на дверь кухни и не желая, чтобы мама услышала разговор.
— Я задал вопрос, Заучка. Не беси меня, — голос Артура хриплый, будто он простыл.
— Нет, — тру бровь и устало выдыхаю.
— Лжёшь мне, Заучка зазнавшаяся? — рычит. Что-то трещит в трубке.
— Нет. Не лгу. Алло? — говорю в тишину трубки.
Убираю телефон от уха и смотрю на экран. Оказывается, Артур сбросил вызов. Расстроенно прикусываю нижнюю губу, обхватываю себя руками за плечи. Почему мне так сильно хотелось ещё слышать голос? Почему то, что я не слышу больше хриплых ноток, такой болью отзывается в груди?
— Ульяша, ты с кем говорила? — за своими мыслями не заметила, как мама вышла с кухни.
Вздрагиваю и оборачиваюсь к мамуле. Она что-то видит на моём лице, читает по глазам, поэтому просто протягивает руку, привлекает к себе, целует в лоб и говорит тихо:
— Пойдём фильм смотреть, девочка моя.
Я киваю и следую за ней в ей комнату, чтобы расположиться на кровати и уставиться в экран ноутбука.
  
Глава 12
 
Ульяна
На следующее утро я просыпаюсь до звонка будильника. Сползаю с кровати, надеваю спортивный костюм и выхожу на пробежку. На улице сегодня резко похолодало. Порывистый ветер заставляет втягивать голову в плечи. Хоть и хочется скорее вернуться домой и спрятаться под одеялом, но я напоминаю самой себе, сколько работы было проделано за последние четыре месяца. Сколько усилий было приложено, чтобы сбросить вес. И сейчас, если я начну регулярно пропускать утренние пробежки, то совсем скоро я их заброшу. Поэтому через силу разминаюсь. И только через пять минут бега, когда мышцы становятся эластичными, начинаю получать удовольствие.
В этот раз я бегу по парку, настороженно вглядываясь в лица людей. К счастью больше никого не встречаю. И давлю в себе неуместный укол сожаления. Необъяснимое желание вновь увидеть огромную фигуру в спортивных шортах и футболке.
 
Когда возвращаюсь домой, мама уже готовит завтрак. Я чувствую, как урчит живот. Понимаю, что мой организм требует пищи, после длительного голодания. Поэтому приняв душ и вымыв голову, иду завтракать.
— Доброе утро, доченька, — мама целует меня в щёку. — Ты вчера рано уснула.
— Репетиция в школе вчера вымотала.
— Яичницу с помидорами и авокадо будешь? — спрашивает мама.
— Буду, — я с готовностью киваю. — А ты что ела?
— То же самое.
— А ты же терпеть не можешь авокадо, — я озадачено хмурюсь.
— Ничего. Будем вместе придерживаться правильного питания, — мама мне подмигивает.
А у меня в горле ком слёз встаёт. Я подхожу к маме со спины и крепко её обнимаю. Утыкаюсь носом в плечо и так замираю.
— Спасибо, мамуль. Я так сильно тебя люблю.
Мама шмыгает носом. Накрывает обе мои ладошки на своём животе руками. Немного сжимает.
— Давай завтракать, дочь. Ещё собираться нужно, чтобы не опоздать.
Я согласно киваю, накладываю себе одно яичницу из одного яйца, нарезанный помидор и авокадо. И чуть подумав, отрезаю кусочек адыгейского сыра.
После завтрака высушиваю волосы и собираю у лица пряди в хвостики, на которые цепляю банты. Из шкафа с особой осторожностью и трепетностью достаю новое нижнее бельё. Замираю, пальчиками водя по ткани и вспоминая тот странный момент в примерочной. Как руки парня скользили по спинке. Его взгляд. Его жадность. И его хриплый голос.
Медленно надеваю бельё, после чего достаю невероятно красивое чёрное платье с белым воротничком. Надеваю его. Просто невероятно красивое. И только сейчас замечаю в пакете, в котором было сложено платье, белый фартук, который идеально сочетается с белой тканью воротника и рукавов. Надеваю его, завязываю на пояснице бант. Ноги всовываю в аккуратные туфли. И только после этого бросаю на себя взгляд в зеркало. Боже. Даже не верится, что это я. что я могу быть такой!
— Моя ты красавица, — мама заходит в комнату после краткого стука. — Глаз не отвести. Подожди, а вещи… Где ты их взяла? Всё тот же мальчик? — я смущённо киваю. — Как его зовут?
— Артур, — я прикусываю нижнюю губу и чувствую, что щёки вновь начинают пылать.
— Ульяша, мне не нравится, что он столько всего покупает. Это слишком дорогие вещи. Слишком.
— Я знаю, — киваю, нервно теребя подол платья. — Мамуль, я честно пыталась отказаться от всего, но… Но Артур был настойчив.
Мама некоторое время вглядывается в мои глаза, после чего вздыхает, подходит ко мне и пальцами проводит по щеке.
— Ты слишком добрая у меня. Поехали в школу, пока не опоздали. Такси уже ждёт.
— Я думала, что мы на автобусе, — я хмурюсь в недоумении.
— Сегодня можно и на такси, — мама улыбается. — Тебе на каблуке будет неудобно. Я возьму тебе сменную обувь.
— Хорошо. Спасибо.
*****
Уже на походе к школе слышно громкую музыку. Я прощаюсь с мамой и иду в класс, чтобы оставить вещи и получить ленту с колокольчиком. Когда вхожу в помещение, ко мне тут же поворачивают головы. Чуть не запинаюсь, непривыкшая к такому вниманию. Поднимаю взгляд на Машу, лицо, которое снова исказилось от ярости и чёрной ненависти. Он приоткрывает рот, намереваясь что-то сказать. Но кинув быстрый взгляд себе за спину, осекается и выдыхает. А потом будто по щелчку пальцев меняется. Хватает со стола ленту и бантик с колокольчиком и моей фамилией. Цокая высокими каблуками, направляется в мою сторону. А я с восхищением смотрю на её длинные, невероятно красивые ноги. На гладкие волосы и в красивое лицо, идеальные черты которого подчёркнуты макияжем.
— Привет, Ульяна, — Маша улыбается. — Хорошо выглядишь. Где платье взяла?
— Привет, — лепечу. — П-п-подарили.
— М-м-м… Ясно. И кто? Кто даритель? Не Бунтарь, случайно? — Маша шипит, потеряв всякое дружелюбие.