Последняя из рода Дариан. Наказание (СИ)

— Как они это сделали? Как такое возможно?
— О чем ты? — не разделял моего оживления жандарм. — Слушай, давай поторопимся. Замер займет от силы пару минут. Мы туда и обратно.
Я сдержала порыв пересечь холл, чтобы выйти и войти заново, прочувствовать. Потухшее искажение, почти стертая грань, мастерски проделанная работа по укрощению, считай, самого опасного зверя человечества, имя которому миар.
Мне резко захотелось здесь учиться. В пальцах закололо от желания найти создателя или хотя бы книги о нем и узнать подробности основания академии. Это открытие настолько шокировало меня, что я не сразу заметила странность.
Сила прибывала быстрее. Обычно грань отсекала ее ток, отрезала от природного источника. Здесь же, наоборот, тики начали заполняться с впечатляющей скоростью. Наверное, будь у меня десятка верхней границей, то я вряд ли почувствовала бы разницу.
— Пришли, — оторвал меня от внезапных наблюдений Эдар и постучал в дверь с табличкой «Надзиратель. Оронтон Шаблаи», под которой висела небрежно приклеенная и уже оторванная бумажка.
— Что надо? — появилось в открывшейся щелке заспанное лицо. Хмурый взгляд остановился на мне, перепрыгнул на Эдара и сразу прояснился. — О, вы так скоро!
Перед нами показался сухонький мужчина в годах с длинными крючковатыми пальцами и острым носом. Он напомнил мне падальщика, такой же агрессивно-настроенный и чуточку мерзкий. И еще улыбка на бесцветных губах пренеприятная.
— Не думал, что ректор пошлет за вами. Эти дети невыносимы, — забренчал ключами Оронтон, закрывая за собой дверь.
— Нам бы замеритель…
— Да-да, — закивал он и куда-то бодро пошел, периодически проверяя, следуем ли мы за ним. — Идемте же, жандарм! Я сейчас вам покажу, что они учинили. Мелкие хулиганы.
— Уважаемый, мы пришли из-за… — предпринял новую попытку Эдар.
— Идем, идем, — поманил он нас тощей рукой.
Мы с жандармом переглянулись. Не отыскав поблизости никого более адекватного, кому не спится в такую рань, последовали за надзирателем.
— Шастают туда-сюда, приносят всякую дрянь. Но ничего, во время учебы главные двери закроются, и никто уже не сбежит. Я научу их дисциплине!
Светлый холл остался позади. Мы вышли из здания через внутренний вход, миновали вереницу высоких колонн со статуями важных мужчин и одной женщины, каждый из которых держал в руке, скорее всего, олицетворение своего колдовства. Круговорот стихий, пламя на ладони, черно-белый шар и парящий над кончиком указательного пальца колючий пульсар голубого цвета. Во мне зародилось предвкушение. Я смотрела на этих каменных людей и с опаской думала, что могу стать частью этого величия. Нужно лишь придумать, где найти человека, с которым мы не встретились вчера.
— Вот! — вырвал меня из размышлений Оронтон. — Вы только посмотрите!
Прямо посреди коротко подстриженного газона стояло раскидистое дерево. Высокое, толстое. Древнее! Земля вокруг него бугрилась от корней, темная кора напоминала непробиваемую броню, с током времени становившуюся лишь прочнее.
Я смотрела на крону и с трудом держалась, чтобы не улыбнуться.
Листья были покрашены в яркие цвета, повсюду висели повязанные ленточки, встречались черные почки, явно неестественного происхождения. Взгляд остановился на заброшенных на верхушку ботинках, скользнул к обмотанному лоскутами ткани стволу.
— Каждый год одно и то же! — пальцем сотрясал воздух надзиратель. — Приходят и гадят, гадят, гадят. Мелкое хамье. Но ничего, двери-то послезавтра закроются…
— А почему закроются? — поинтересовался Эдар.
— Приказ ректора! Лабиринт зреет — это очень важный момент. Потому в ближайшие месяцы никто не попадет в академию, но и не выйдет, — едва не захихикал надзиратель, потирая руки. — Теперь в выходные никто от меня не сбежит, будут отрабатывать.
Жандарм помассировал переносицу, недовольно скривился.
— Ректор у себя?
— А как же? Теперь вы увидели своими глазами, уважаемый жандарм, насколько распущенная нынче молодежь, совсем уважения к магическим деревьям нет. В мои годы такого никто себе не позволял! Примите строгие меры.
 
Эдар задумчиво кивнул. Взглянул на настенные часы академии, затем на меня.
— Проведите нас к ректору.
— Конечно, идемте.
Мы зашли обратно в холл, миновали открытую комнату отдыха, по длинному коридору с витражными окнами добрались до двери с вывеской «Ректор. Азиал ди Ронанд».
Надзиратель постучал, повернул ручку. Кабинет остался закрытым. Оронтон недовольно промычал, закивал нам и с бормотанием о невесть где шатающемся по утрам ректоре, повел нас снова к главному холлу.
  
Глава 4 (2)
 
В поисках Азиала ди Ронанда мы поднялись на второй этаж, попутно посмотрели на мрачные статуи животных, следящих за нами каменными углублениями глаз. Мне запомнились красочные картины на стенах, живописные уголки с цветами и уютными диванчиками. Было в этом нечто милое сердцу.
Снова вернувшись в начальную точку нашего пути, все в тот же холл с высокими потолками, на этот раз мы свернули влево и даже обнаружили людей.
В центре большого зала стояла группа молодежи и внимательно слушала низенького мужчину с волнистыми волосами. Вокруг них находились квадраты с желтым песком.
— Ректор! — позвал надзиратель и поспешил к стоявшему возле стены колдуну. — Ректор ди Ронанд, спасибо, что приняли меры. Студентам нельзя спускать с рук их выходки.
— Оронтон, — тепло улыбнулся мужчина, но тут же посуровел, заметив нас.
— Чистой силы, ректор, — обратился к нему Эдар. — Нам нужно измерить силу этой девушки. Ваш прибор сломался, поэтому вы позаимствовали его у нас.
— Да, да, — стал менее хмурым Азиал и указал на рассказывающего что-то колдуна: — Прибор у декана ди Тарта.
Рядом с группой молодежи вспыхнул огнем целый квадрат. Плотное пламя устремилось вверх, но пошло рябью у основания и, выплюнув жалкие искры, потухло.
— Это наглядный пример того, как взаимодействует стихия с чистым потоком бытового колдовства, — донесся до нас голос декана. — Ваша задача: удержать заклинание заданный промежуток времени, подстроиться, укрепить. Не важно, будете ли вы вливать больше силы или задействуете слово, но все должно быть в рамках выбранной формулы. Что станет помехой, неизвестно. Нужно вовремя заметить изменения и среагировать. Олли Порк, вот вы умелый природник, какой здесь знак силы?
— Бутон красного цветка.
— Верно. Взрастите его.
Высокий парень отделился от группы, встал возле указанного квадрата, выставил вперед руки. С написанного на песке знака начали появляться зеленые ростки, они переплелись друг с другом, образовали стебель, но не успели перейти в бутон, как снизу потянулись черные щупальца и, заразив не успевшее приобрести конечную форму растение, превратило его в пыль.
— Не переживайте, Олли, это сеториал с повышенной сложностью. У вас отлично получилось, — похлопал парня по плечу декан и заметил нас.
— Ди Тарт, не могли бы вы подойти?
— Продолжим завтра. У вас велики шансы попасть в команду, — повернулся он к группе молодых лиц и вскоре приблизился к нам. — Ректор? Всем чистой силы!
— Я вас жду, у нас очередной, кхм, случай… — отозвался Азиал. — И да, жандарм с этой юной девушкой пришли измерить силу. Помоги им, а после ко мне в кабинет.
— Ректор! — остановил его Эдар. — Мне тоже нужно с вами поговорить. Я слышал, что двери академии послезавтра закрываются, это так?
— Верно.
— Нам нужно решить один вопрос. Учащийся вашей академии получил наказание в виде общественных работ из-за открытия десятисетового миара.
— Еще один… Но в чем, собственно, проблема? — нахмурился он и обвел присутствующих взглядом. — Выпишите распоряжение. Назначим отработку в академии, чем не общественное место? Здесь хватает забот. Верно, Оронтон?
— Всегда хватает, господин ректор, — закивал надзиратель.
— Да, но уже есть предписание, и по нему Вариэссу иэн Гальтону нужно отрабатывать вместе с этой девушкой, кочевницей, которая не учится у вас.