Последняя из рода Дариан. Наказание (СИ)

— А что Лабиринт из себя представляет? — с напускной небрежностью поинтересовалась я, хотя сама застыла от любопытства.
— Вроде бы ничего особенного. Многослойная связь миаров, а вход — каменная арка, центр которой создали крийны. Я слышала, что паутина в нем постепенно становится похожей на разжиженный металл. Ее много раз пытались взять на изучение, но безуспешно. Ох, у меня же занятия, — всплеснула руками Зиана и подхватила сумку.
Я последовала за ней, ведь выведала слишком мало информации. Вообще произошедшее выглядело странно. Кому понадобилось подбрасывать ко мне маленького, недоразвитого крийна для подавления воли? Не по чистой случайности он оказался над моей дверью. Связано ли это со случаем перед экзаменами?
— Подскажи, где найти подходящую пару для твоей седьмой или феромоны, о которых ты упоминала? И когда ты обнаружила пропажу?
— Вчера вечером, — потерла колдунья лоб, хмурясь. — Обычно я раскладываю их в специальные капсулы, которые помогают их кристаллам напитываться энергией, а потом перед сном отдаю матери, и та заворачивает их в коконы. Но вчера седьмой не было. Коробочка всегда находилась при мне, паучки лишь при столкновении с тобой в коридоре расползлись, вот только я собрала все восемь, точно помню.
  
Глава 20 (2)
 
— Ясно. А по поводу феромонов?
— У ди Огнесии в колбах такие хранятся, еще, кажется, в оранжерее можно найти особые цветы, выделяющие их. Но это все вредит здоровью паучков, лучше им расти естественным путем.
Заина сбилась с шага, едва в конце коридора мелькнула бордовая форма боевиков, но мгновенно вернула себе радостный вид. Правда, ничего больше рассказать она не успела.
— Ами, ты решила принять мое предложение? — обозначил свое появление из-за поворота ди Тарт.
— Чистой силы, аиин, — поклонилась в приветствии природница и, прошептав, чтобы я заглянула к ней вечером, поспешно удалилась.
— Чистой силы, — поздоровалась с деканом и я.
— Идем, мне как раз нужен помощник на сегодняшней лекции.
Наверно, правильнее было бы отказаться. Мне не помешало бы позавтракать, сходить в помывальную, чтобы под тугими струями воды разобраться с тревожными мыслями, затем разобраться с подброшенным крийном. В то, что он забрался ко мне под дверь случайно, я не верила. Следовало еще взять книги по бытовому колдовству, продолжить изучение тех, которые были в моей комнате. А еще не мешало бы посетить дикий сад и попросить прощения.
Но вместо всего этого я выбрала последовать за деканом, чтобы сблизиться с ним и в нужный момент с его помощью попасть в Лабиринт, а еще, чего таить, чтобы хоть одним глазком взглянуть, как проходят учебные будни, Интересно же. Мои занятия обычно не отличались многолюдностью, проходили в любом удобном или неудобном месте. Шойн посвящал моему образованию много времени, а вот странники, если удача вдруг улыбнулась, ограничивались парой-тройкой емких фраз и наставлениями, как и что делать. У оседлых же все иначе. Даже огромные ученические для этого сделаны — комфорт, комфорт, комфорт.
Мы вошли в светлое помещение с уходящими вверх рядами столов, расположенных полукругом. Присутствующие заняли свои места, поздоровались с преподавателем. Едва декан дал отмашку, пронеслись легким ветерком последние шепотки.
— Чистой силы, студенты, — громогласно заговорил Леодрик и указал мне на свободный стул на первом ряду. — Я просил вас подготовить доклад по разновидностям силы. Ронси Гриал, собери работы.
Зашуршали листы. По ученической прокатилось легкое оживление. Я заметила у окна Георда Роунека, который подмигнул мне, а затем перевела взгляд на ссутулившуюся Зиану в противоположном конце помещения.
Декан тем временем разместил на своем столе наполненные кристаллы, парой быстрых манипуляций соединил их в цепь и лишь потом поднял голову, чтобы осмотреть присутствующих. Щелчком пальцев запустил едва различимый вихрь, тот прошелся по макушкам колдунов, вернулся назад, сконцентрировался возле руки ди Тарта. Он застыл на пару мгновений, видимо, считывая информацию, недовольно поджал губы и отправил этот поток в еще один, стоявший на краю, синий кристалл.
 
— Помните, лучше опоздать, чем вообще не прийти, — сказал он, и дверь распахнулась, впуская двоих взъерошенных студентов.
— Простите.
Декан обрадовался их появлению, разрешил занять места, дождался собранных работ и положил их передо мной.
— Рассортируй по классификациям в разные стопки. Занеси фамилии сдавших в этот список, пометь напротив них, о какой разновидности силы писали доклад.
Я кивнула, приступила к заданию.
— На прошлой лекции мы затронули классификацию силы, — голос декана стал громким и строгим, что немного не вязалось с его внешним видом. Сложилось впечатление, ему самому здесь не уютно. Его призвание — тренировки, движение, практика. В его теле текла неуемная энергия, которая искала выход.
Улыбка появилась на моем лице непроизвольно. Я опустила глаза и решила заняться порученным делом, попутно слушая рассказ.
— Искажения — еще одно следствие ее воздействия на наш мир. Или, если быть точнее, ее нехватка. Искажения бывают двух типов: контролируемые и стихийные.
Над столом декана задребезжал воздух, поплыл. Верхние кончики кристаллов из связки заискрили.
— Контролируемые создаются путем откачки силы из пространства и убираются обратным вливанием. Стихийные приписываются к аномальным явлениям. Они не поддаются воздействию, поглощают силу сверх меры и не убираются никаким известным нам путем.
Еще раз обернувшись на слушающих теорию студентов, я приступила к сортировке докладов, попутно сравнивая свои знания с тем, что говорил декан. А рассказывал он довольно интересно. О том, как определять искажения (с помощью особых материалов — из них делали крюки — или колдовства), о их разновидностях, об опасности, о разделении на степени разреженности воздуха и при каких условиях образовывался миар.
— Перед нами стоит задача научиться их определять и не допускать критического снижения силы. В городах искажений не бывает, однако защитные барьеры не гарантируют того, что в дальнейшем не появятся. Поэтому вам нужно быть готовыми к любому исходу событий и знать, как работать в критической ситуации. На ближайшей практике мы научимся поддерживать допустимую степень искажений, далее будем усложнять задачи, — закончил ди Тарт.
— А правда, что для уничтожения миара нужно большое вливание силы? — спросила девушка с первого ряда.
Я оторвалась от докладов. Откуда подобное невежество? Нельзя наполнять сет энергией, иначе он разрастается, становится прочнее.
— Да, правда.
  
Глава 20 (3)
 
— Искажения с высоким уровнем — это почти полная разрядка воздуха, которая всегда приводит к до конца не изученному явлению, такому как образование миара. Чтобы убрать его, нужно создать обратный эффект, то есть, напитать пространство недостающей силой, а она сгладит грань и уберет опасный, не поддающийся контролю объект.
Но как же академия? Так уж неконтролируемый?
— Почему опасный? — спросил кто-то с задних рядов.
— Все в мире основано на силе, на том, что в века Нагромождений считалось неизменной единицей. То, что поглощает ее и вытягивает отсюда, является заведомо опасным для нас, повсеместно использующих ее во всех аспектах нашей жизни. Если не будет силы — появятся искажения, если появятся искажения — образуюутся новые и новые миары, которые порой не выпускают попавших туда людей. Это закольцованный круг, несущий в себе разрушения для нас и нашего окружения.
— Есть какие-нибудь другие способы уничтожить миар? — поинтересовалась та же студентка.
— Нет, — резко и однозначно.
Но почему?
— Увы, иные пути сулят некоторые последствия и неоднозначное закрытие миара. К примеру, поиск и уничтожение основных точек опоры приводит к закупориванию и огрубению границ, после чего можно навсегда остаться внутри и не пробиться снаружи.