Святой (ЛП)

Видя ее сейчас, когда в моем организме меньше наркотиков и алкоголя, сходство между ней и Тессой очевидно, и я не могу поверить, что не понял этого прошлой ночью. Тем не менее, в ней есть что-то особенное. Что-то, от чего у меня сводит живот, и это неприятное чувство.
— Привет, придурки, — приветствует нас Тесс. — Надеюсь, вы не возражаете. Я взяла с собой Лейни.
Я бросаю на нее понимающий взгляд. — Даже если бы мы были против, ты бы все равно это сделала.
Она мило улыбается, берет одну из картошек фри Истона и бросает ее в рот. — О, точно. Ты был занят Бог знает, чем. — Она машет рукой между своей сестрой и мной. — Делейни, Нокс. Нокс, Делейни.
— Мы встречались. — Я обращаю свое внимание на Делейни. — Я вижу, ты все еще появляешься там, где тебе не место.
Ее глаза сужаются, и я могу сказать, что уже испытываю ее терпение. — Как я уже говорила тебе раньше, ты ничего не знаешь обо мне или о том, где мое место.
Хм, значит, у маленькой мисс Совершенство есть дерзкая сторона. Хорошо. Она никогда не добьется успеха в этом мире, думая, что все это блестки и радуги. Я до сих пор помню выражение ее лица, когда я поднял рубашку, и то, как она практически убежала из комнаты сразу после этого. Она настолько чиста, насколько это возможно. Если она знает, что для нее хорошо, она будет держаться от меня подальше.
— Сейчас, сейчас. — Тесса пытается разрядить ситуацию. — Нокс, не будь ослом. Лейни, сядь.
Я пробираюсь дальше в кабинку, и Делейни неохотно садится рядом со мной. Аромат ее духов пробивается сквозь мой похмельный туман. Он легкий, цветочный, но не приторный, и я подавляю желание вдохнуть его так глубоко, что задыхаюсь.
Когда я замечаю, как она свешивается наполовину со скамейки, чтобы не быть прижатой ко мне, я хватаюсь за петлю для ремня и притягиваю ее ближе. — Чего ты так боишься? Я не кусаюсь… сильно.
Она ерзает и, кажется, чувствует себя неловко, но остается на месте. Именно такой я ее и хочу — нервной, настороженной, на взводе. Она не должна чувствовать себя непринужденно рядом с парнями вроде меня. Она слишком чиста, слишком совершенна.
— Нокс, дай мне глотнуть апельсинового сока.
Гейдж тянется, чтобы взять мой напиток, но я отстраняю его. — Черт возьми, нет. Я видел девушку, с которой ты был прошлой ночью. Мне не нужно то, чем ты, возможно, заразился от нее.
Он усмехается. — Как будто твоя была хоть немного лучше? Ты даже не помнишь ее чертово имя.
— Потому что имена не имеют значения. То, как она сосет мой член, имеет.
— Ты был с кем-то прошлой ночью? — Шепчет Делейни, и по тому, как прерывается ее дыхание, я могу сказать, что она не хотела озвучивать этот вопрос.
Я поднимаю одну бровь, когда смотрю на нее. — А что? Ты ревнуешь? — Она качает головой и сосредотачивается на своих коленях. — Прости, детка. Я не трахаю девственниц. Слишком много драмы.
— Хорошо, что мне это не интересно.
Тихое ворчание эхом отдается в глубине моего горла. — Это не то, на что это было похоже прошлой ночью.
— Что, черт возьми, произошло прошлой ночью? — Тесса практически кричит.
— Ничего, — шипит ее сестра, пытаясь быстро сменить тему.
Откидываясь назад, я скрещиваю руки на груди. — Мне это не показалось пустяком. — Я сосредотачиваю свое внимание на Тесс. — Я показал ей свой пресс, и у нее был такой вид, будто она вот-вот пустит слюни, прежде чем выбежать из комнаты.
Лейни поворачивается и свирепо смотрит на меня. — Это неправда!
— Это определенно так. Ты ханжа. Просто признай это. — Я с удовлетворением отмечаю, что мои насмешки наконец-то начинают действовать ей на нервы.
— Иди к черту, — выплевывает она, в ее глазах горит ненависть.
Я ухмыляюсь. — О, Бэмби, как ты думаешь, откуда я взялся?
Выдыхая горячий воздух, она встает из-за стола и начинает уходить. Тесса стонет и зовет ее вслед.
— Куда ты идешь?
— Ванная комната.
Тесс смеряет меня взглядом, выскальзывает из кабинки и следует за своей сестрой. Я не могу удержаться от смеха. Трахаться с Делейни, возможно, мое новое любимое хобби. То, как она заводится и выбрасывает все свои идеальные манеры на ветер — это забавно и чертовски сексуально.
 
— Тебе всегда обязательно быть таким придурком? — Зейн хихикает.
Самодовольная ухмылка расползается по моему лицу. — Не веди себя так, будто ты любишь меня не за это.
— Вы должны признать, — начинает Стоун, наблюдая, как две девушки направляются в заднюю часть ресторана, — что ей идет роль хорошей девочки.
— Я не думаю, что это притворство, — возражает Гейдж.
Истон делает глоток воды и кивает. — Он прав. Она как Дева Мария, клянусь. Тесса сказала, что она даже не ругается, если только не очень зла.
Я фыркаю. После того, как я увидел, как она вела себя на вечеринке прошлой ночью, эта информация меня ни в малейшей степени не удивляет. Я просто не уверен, нахожу ли я это смешным или милым.
На лице Стоуна появляется хитрое выражение, и он наклоняется вперед, поставив локти на стол. — Что ты скажешь, Нокс? Ты готов принять вызов?
— Что у тебя на уме?
Его брови приподнимаются. — Пятьдесят баксов. Минет. Фотография для доказательства.
Я смеюсь, протягивая руку через стол, чтобы пожать его. — Ты в деле, придурок.
Истон качает головой. — Чувак, ты же знаешь, что если Тесс узнает, что ты делаешь ставки на ее сестру, она буквально убьет тебя, верно?
— Ну, тогда давай убедимся, что она не узнает, хорошо, Ист?
***
Грейсон подъезжает к дому Томи, выглядя совсем не готовым к тому, что влечет за собой сегодняшний вечер. Его рубашка на пуговицах и парадные брюки определенно не являются тренировочной одеждой. Я сажусь в машину и странно смотрю на него.
— Ладно, я знаю, что ты, возможно, не совсем там, но ты знаешь, для чего мы тренируемся, верно?
Он закатывает глаза, заводя машину. — Да, придурок. Сегодня вечером у нас был наш спортивный банкет. У меня еще не было времени переодеться, поэтому я заеду домой по дороге. Решил сначала заехать за тобой.
Чертовски мило. Я откидываю голову на спинку сиденья и кладу ноги на приборную панель, наплевав на его драгоценный интерьер. — В следующий раз заезжай за мной после того, как соберешься.
Поездка к его дому проходит в тишине, если не считать негромкой музыки, доносящейся из динамиков. Я смотрю в окно и наблюдаю, как он въезжает в дорогую часть города. Двухэтажные дома превращаются в особняки, и когда он въезжает в самый богатый район в радиусе двадцати миль, я не могу сдержать невеселый смешок, срывающийся с моих губ.
Почему я не удивлен?
Сворачивая на его подъездную дорожку, дом перед нами мог бы вместить примерно семь моих. Это чертовски массивно. Больше, чем что-либо, что кому-либо на самом деле нужно, за исключением, может быть, семьи из семнадцати человек.
— Я сейчас вернусь, — говорит он мне и выпрыгивает из машины.
Я достаю свой телефон и начинаю прокручивать его, когда мое внимание привлекает движение в зеркале заднего вида. Кто-то идет по дорожке у соседнего дома. Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что такого знакомого в этой девушке, пока, наконец, до меня не доходит. Делейни. Конечно, она тоже здесь живет.
Я наблюдаю за ней через зеркало. Она выглядит естественно красивой в спортивных штанах и толстовке с капюшоном, обхватывая себя руками, чтобы согреться, когда идет к своему почтовому ящику. Часть меня подумывает остаться на месте, но желание выйти и поговорить с ней слишком сильно, чтобы сопротивляться. Итак, я выскальзываю из машины и направляюсь через улицу.
— Привет.
Удивление на ее лице очевидно. — Нокс? Что ты здесь делаешь?
— Жду Грейсона. Я увидел тебя здесь и решил подойти поздороваться.
— Как мило с твоей стороны, — невозмутимо произносит она, затем разворачивается, чтобы вернуться внутрь.
Я откидываю голову назад, смеясь. — Так, значит, это все? Больше не притворяешься милой? Одной маленькой ссоры было достаточно, чтобы сломать тебя?