Святой (ЛП)

— Либо сними чертову комнату, либо прекрати трахаться у меня на глазах. У меня здесь встает, — говорю я им.
Они оба смеются, и Тесса делает шаг назад. — Я тоже рада тебя видеть, Нокси.
Мои глаза сужаются. — Назови меня этим дерьмом еще раз. Я, черт возьми, вызываю тебя.
Она, кажется, ни капельки не боится, а это значит, что ей становится слишком комфортно рядом со мной. Тем не менее, Зейн замечает, что я шучу только наполовину, и отвлекает от меня внимание.
— Ты придешь на вечеринку сегодня вечером, Тесс?
Прикуривая сигарету Истона, она кивает, прежде чем выдохнуть. — Да, и я приведу свою сестру.
Удивление охватывает мои черты, когда я поднимаю брови. — У тебя есть сестра?
— Близнец, — уточняет она, и я окидываю взглядом ее тело, задаваясь вопросом, какие их качества одинаковы. Тесса замечает выражение моего лица и закатывает глаза. — Не бери в голову никаких идей. У тебя не единого шанса в аду.
Я хихикаю. — CНП, ты со мной знакома?
— Ты когда-нибудь скажешь мне, что, черт возьми, означает это прозвище? — Ее тон показывает ее разочарование, пока она не избавляется от него. — Неважно. Но если серьезно, Лейни не такая девушка.
— Лейни? Что это за имя, черт возьми?
— Это сокращение от Делейни. Я уверена, что ты встретишься с ней позже, но не связывайся с ней. Она моя любимица.
Я поднимаю три пальца в воздух. — Честь скаута.
Зейн фыркает, когда остальные парни пытаются скрыть свое веселье. Ни для кого не секрет, что я полон дерьма. Если я захочу трахнуться с ее драгоценной сестрой, я буду делать все, что мне, черт возьми, заблагорассудится. Приказы приятеля по траху моего друга — это не то, чему я подчиняюсь.
***
Я иду к своему шкафчику после третьего урока, когда замечаю, что кто-то прислонился к нему. Она ко мне спиной, но я бы узнал эту задницу где угодно. Я подумываю о том, чтобы пойти в другом направлении, пока она не оборачивается и ее взгляд не встречается с моим. Она широко улыбается и засовывает телефон в задний карман.
— Привет, детка, — приветствует она меня.
— Хейли, — я невозмутим. — Что ты здесь делаешь?
На ее лице появляется замешательство. — В школе?
Я немедленно качаю головой. — Прекрати это дерьмо. Я имею в виду, что ты делаешь у моего шкафчика?
— Я скучала по тебе. — Она тянется, чтобы схватить меня за руку, но я отдергиваю ее, прежде чем она успевает ухватиться.
— Ты имеешь в виду, что Джейсон бросил твою задницу, а теперь ты ползешь обратно.
Хейли Уотерман токсична — осадок со дна гребаной бочки — и самое близкое, что у меня когда-либо было, к девушке. Я ни в коем случае не беру на себя обязательств, и большинство девушек, похоже, этого не понимают. Поэтому, когда я встречаюсь, это своего рода сделка на один раз. Хейли, однако, является исключением из этого правила. Мы постоянно путались друг с другом с первого курса.
Каждый раз, когда она начинает развивать чувства, она вытягивает какую-то сумасшедшую фигню, пытаясь заставить меня дать обещания, которые я знаю, что не сдержу. До сих пор она лгала о беременности, встречалась с парнями, пытаясь заставить меня ревновать, и пыталась заставить меня ввязаться в драку, чтобы она могла затем заботиться обо мне. По сравнению с этой цыпочкой психованная маленькая Тесса выглядит как ангел.
— О, перестань. — Ее умоляющий голос проникает прямо в меня. — Не будь таким.
— Я не такой, Хейлс. У меня просто нет времени на твою чушь.
С этими словами я протискиваюсь мимо нее и выхожу через боковую дверь. Мне, блядь, нужно покурить.
***
Ожидание Грейсона у винного магазина, чтобы забрать меня, является суровым напоминанием о том, что я должен начать копить деньги на покупку машины. Я мог бы позаимствовать у Стоуна или даже Зейна, но они оба задали бы слишком много вопросов. Это то, о чем мне нужно позаботиться без них. Чем меньше людей знают об этом, тем лучше, черт возьми.
Облегчение захлестывает меня, когда я слышу, как приближается двигатель дорогого спортивного автомобиля Грейсона. У мудака может быть ложное представление о том дерьме, в котором мы находимся, но, по крайней мере, он пришел.
 
— Слава Богу. Я думал, ты собираешься меня кинуть, — говорю я ему, как только сажусь на пассажирское сиденье.
Он огрызается. — Пошел ты.
— Как я уже говорил тебе раньше, ты симпатичный, но я так не играю.
Прошло всего пять секунд, а я уже чувствую напряжение в воздухе. Мы оба знаем, во что ввязываемся, но ни один из нас не знает, что из этого выйдет. Как будто есть мигающий красный знак, говорящий развернуться и бежать, но у нас нет выбора. Они убьют нас обоих, не дрогнув.
Я ввожу адрес в его GPS и смотрю в окно, надеясь, черт возьми, что я выберусь из этого живым — в отличие от Крейга.
***
— Какого хрена ты натворил? — Я кричу, переводя взгляд с Грейсона на неподвижное тело, лежащее на земле. — Хейворт!
Он мне не отвечает. Его глаза даже не смотрят в мою сторону. Они остаются полностью сосредоточенными, наблюдая за лужей крови. Мне не нужно проверять пульс, чтобы знать, что в мистере Монтгомери больше нет жизни. Он мертв. Он мертв, а я нахожусь посреди места преступления.
— Я должен был защитить ее, — бормочет Грейсон.
Глядя на него так, как будто он сошел с ума, я хватаю его за плечи и заставляю его встретиться со мной взглядом. — Да? И как, черт возьми, ты собираешься сделать это из тюрьмы, крутой парень?
Словно в шоке, он делает несколько шагов в сторону и садится, уставившись в ночное небо. Что страшно, так это то, что он даже не выглядит раскаивающимся или даже немного паникующим. Как будто он знал, что ему нужно было сделать, и он это сделал. Все просто.
Я знаю, что должен уйти. Пойти куда-нибудь, чтобы успокоиться и выяснить, как мы собираемся разыграть это утром. Не похоже, что он был хорошим парнем в любом случае. Они, вероятно, предположат, что это была неудачная сделка с наркотиками или что-то в этом роде. Но когда я собираюсь уйти, мой взгляд привлекает мигающий красный свет. Чертова камера, и в ней мы оба. Он совершил убийство, и я соучастник этого. Мы либо сядем на годы, либо будем в бегах всю жизнь — в любом случае, мы оба облажались. Гребаный Грейсон.
Достав свой телефон, я прокручиваю страницу до единственного контакта, которому, как я надеялся, мне никогда не придется звонить. Это опасно и в конечном итоге неизбежно приведет к тому, что нам станет хуже, чем сейчас, но это мой единственный вариант. Я неохотно нажимаю на кнопку вызова и подношу телефон к уху.
— Да? — Отвечает мужчина.
— Это Вон. Мне понадобится твоя помощь. Это срочно.
***
Мы останавливаемся за захудалой забегаловкой, где нас уже ждет черный автомобиль. Вокруг стоят четверо мужчин, и у меня нет ни малейшего сомнения в том, что все они вооружены. Вот почему они выбрали это место — оно достаточно свободно, чтобы они могли легко избавиться от нас, если понадобится.
— Позволь мне говорить, — говорю я ему. — У тебя есть склонность говорить и делать не то гребаное дерьмо.
К счастью, он, кажется, наконец понимает серьезность ситуации и держит рот на замке, когда мы выходим из машины. Я киваю мужчинам и встаю в передней части машины. Грейсон подходит ко мне, его руки сцеплены за спиной. Учитывая, что я отослал его, когда все пошло прахом, это первый раз, когда он видит кого-либо из этих парней лицом к лицу. Даже стороннему наблюдателю ясно, что они совсем не дружелюбны.
Задняя дверь машины открывается, и из нее выходит мужчина лет пятидесяти с небольшим. Несмотря на его несколько юный возраст, его седые волосы делают его старше. Угольно-черный костюм, который на нем, идеально сидит по фигуре и, должно быть, стоил целое состояние, хотя деньги для него ничего не значат. Он столь же богат, сколь и могуществен.
— Мистер Вон, — приветствует он меня.