Святой (ЛП)

— Ты достаточно мне доверяешь? — спрашивает он, скользя пальцами по поясу моих джинсов.
Это не очень хорошая идея — отдавать ему эту часть себя. От него одни неприятности, и у него уже есть сила уничтожить меня. Отдав ему всю себя, я свяжу свою судьбу с его. Я прочитала достаточно любовных романов, чтобы знать, что это рискованный шаг, но моя голова борется с моим сердцем и гормонами.
Когда мое сердце побеждает в войне, я притягиваю его к себе и снова соединяю наши губы. Я вслепую расстегиваю его брюки, затем провожу ногтями по его спине. Он медленно раздевает меня, пока я не остаюсь лежать на кровати совершенно голая. Его глаза обшаривают все мое тело, не торопясь, как будто он хочет насладиться этим. Насладиться мной.
— Как может кто-то столь безупречный, как ты, хотеть кого-то вроде меня?
Я протягиваю руку и кладу ее ему на щеку. — Ты намного лучше, чем ты себе представляешь.
— Я не такой, Бэмби. Я — крушение поезда. Бомба, ожидающая, чтобы взорваться и посеять хаос на всех и вся вокруг меня.
— Тогда сделай это, но возьми меня с собой.
Его тело накрывает мое, когда он целует меня с такой нежностью, что у меня перехватывает дыхание. Кто знал, что кто-то такой холодный, как камень, может быть таким теплым и нежным? Он скользит рукой вниз и начинает растирать меня, так же, как он делал в машине. Я тихо стону ему в рот, только для того, чтобы он проглотил это. Когда я выгибаю бедра вверх, он останавливается, и я хнычу от потери трения.
Он тихо хихикает. — Не волнуйся, детка. Мы только начинаем.
Потянувшись к тумбочке, он достает презерватив и кладет его на кровать рядом с нами. Как будто он может почувствовать страх, пробегающий по мне, он целомудренно целует меня в губы, затем смотрит мне прямо в глаза.
— Ты можешь остановить меня, если хочешь. Единственное, чего ты не можешь сделать, это выйти за эту дверь с намерением вычеркнуть меня из своей жизни, потому что, клянусь Богом, Делейни, я буду бороться с тобой на каждом чертовом шагу. Это не вариант.
Я ошеломленно замолкаю. Честно говоря, я знаю, что для меня это тоже не вариант, но я собираюсь сделать это, если понадобится. Сейчас это самое далекое, что у меня на уме.
Двигаясь вниз по моему телу, оставляя по пути легкие поцелуи на моей коже, он, наконец, прибывает к месту назначения. Его пристальный взгляд полностью остается на мне, и когда его язык облизывает полоску на моем клиторе, все мое тело напрягается. Положив одну руку мне на живот, удерживая меня на месте, он тянется другой и переплетает свои пальцы с моими.
— Ты на вкус как гребаный рай. — Он делает это снова. — Невинная, и чистая, и моя.
Пока его рот творит свое волшебство, он опускает большой палец вниз и надавливает на мой клитор, доводя уровень удовольствия, разливающегося по моему телу, до небывало высокого.
— Нокс, — выдыхаю я.
— Черт, мое имя так хорошо звучит из твоих уст прямо сейчас.
Он прижимается лицом к моим складкам, входя сильнее, чем раньше, — как будто он не может насытиться. Даже если бы я захотела, я не могу сдержаться. Я выкрикиваю его имя, когда оргазм пронзает мое тело с достаточной силой, чтобы сломать меня.
Нокс возвращается, чтобы поцеловать меня в шею, оставляя след на ключице. Он хватает презерватив и разрывает его, прежде чем натянуть на свой твердый член. Затем он выстраивается в линию у моего входа.
Он медленно входит, и я морщусь от боли, когда растягиваюсь вокруг него. Его рука сжимает мою собственную, и его голова откидывается назад от удовольствия. Он прикусывает губу так сильно, что чуть не идет кровь. Когда он достигает этой маленькой стены сопротивления, я делаю глубокий вдох.
— Ты моя, — говорит он мне. — Не Картера. Не кого-нибудь другого. Черт возьми, только моя. — Одним решительным толчком он прорывается и полностью овладевает мной. От укола боли я обхватываю его руками и ногами, напряженная, но не желающая отпускать. — И теперь эта киска тоже моя.
— Твоя, — повторяю я.
— Хорошая девочка.
Он набирает ритм, не давая мне времени приспособиться, но вскоре я стону его имя и сжимаюсь вокруг него. Его язык переплетается с моим собственным, мой вкус все еще сохраняется.
 
— Ты так хорошо берешь мой член. Как будто ты, блядь, была создана для меня.
Его слова толкают меня через край, и все мое тело сотрясается в конвульсиях, не испытывая ничего, кроме чистого экстаза. Погружаясь в блаженный туман, мое имя слетает с языка Нокса, как молитва, когда он опорожняет все, что у него есть, в презерватив.
Он убирает прядь волос с моего лица и целует меня с выражением в глазах, которое успокаивает все мои страхи, что он снова бросит меня после этого.
— Ты в порядке?
Я напеваю, не доверяя своему голосу, чтобы вообще что-то сказать. Нокс издает хриплый смешок. Он осторожно выходит из меня и избавляется от презерватива, прежде чем вернуться в постель, поворачивая меня так, чтобы моя голова легла ему на грудь. Его губы оставляют поцелуй на моих волосах, пока он проводит успокаивающими кругами по моей коже.
Пока я лежу здесь, слушая, как звук его сердцебиения смешивается с моим собственным, ясно одно — даже герой не сможет спасти меня сейчас.
Глава 13
НОКС
Я никогда ни в ком не нуждалась в своей жизни. Я рос без отца и матери, которая редко была рядом, в раннем возрасте я научился быть одному — и меня это устраивало, до сегодняшнего вечера. Услышав слова, исходящие из уст Делейни, о том, что мы заканчиваем отношения до того, как они действительно начались, это было шоком для моей системы. Девушки годами появлялись и исчезали из моей жизни, обычно по моей вине, но в ту секунду, когда она хотела уйти, это было так, как будто кто-то вонзил нож прямо мне в грудь.
Я сижу на кровати, прислонившись к изголовью, и смотрю, как она крепко спит рядом со мной. Мирное выражение ее лица, то, как ее волосы разметались по подушке, мягкое дыхание, исходящее от ее идеальных губ, — это все, в чем я мог потеряться, и это пугает меня до чертиков.
Опасно впускать ее. Тот факт, что она и я никогда не сможем быть чем-то большим, чем просто интрижка в выпускном классе, — это суровая правда, с которой я не готов столкнуться. Однако, если это выбор между тем, чтобы иметь ее в течение нескольких месяцев или не иметь ее вообще — ответ прост. Это почти гарантия того, что по крайней мере один из нас выйдет из этого разбитым на большее количество кусочков, чем можно собрать вместе, но я эгоистичный сукин сын. Если она никуда не денется, я тоже.
***
Ясное утро начинает заполнять комнату, и мне становится легче видеть, что я делаю. Я провожу карандашом по блокноту для рисования в умелой и отработанной манере, стараясь передать мягкость кожи Делейни. Последнее, чего я хотел, это видеть кошмар, когда она спит рядом со мной, поэтому я решил вообще не спать. Не похоже, что это было в первый раз. Бессонница — нежеланный, но почти постоянный гость в моем мире.
Когда Лейни начинает шевелиться, я закрываю блокнот и убираю его в ящик тумбочки. За эти годы я столько раз останавливался в этой комнате, что она практически моя собственная.
— Доброе утро, — шепчет она.
Я ложусь обратно и поворачиваюсь на бок лицом к ней. — Хорошо спалось?
Она кивает. — Прости, что я на тебя разозлилась. Я должна была дать тебе шанс все объяснить.
— Нет, — возражаю я. — Мне жаль. Хейли похожа на черную дыру, и я думаю, что после того, как ее брат попросил меня о помощи, меня просто засосало обратно. Она чертовски хорошо манипулирует и точно знает, как добиться своего.
— Ты когда-нибудь был влюблен в нее?
Сам вопрос удивляет меня, но еще больше меня удивляет тон ее голоса, когда она задает его — как будто она искренне боится ответа.
Я качаю головой. — Нет, это никогда не было настолько серьезно. У нас просто было много общего, и мы знали друг друга долгое время. Каким-то образом, по ходу дела, все усложнилось.