Рейдер (СИ)

— Да, на сеть упала схема расположения малой луны, даже, наверное, астероида, на орбите шестой планеты. Нам сюда…
— Хорошо.
Скафандр закончил самодиагностику, провел подстройку под параметры моей нейросети. Я пару раз присел, сделал несколько достаточно простых упражнений, руками подергал и всякое такое: для того, чтобы оценить, как он на мне сидит, не мешает ли, и вообще — удобен ли. В первый раз все-таки надеваю. Я, конечно же, понимаю что он, скафандр в смысле, по умолчанию универсальный и на такого, далеко нестандартного человека как я, налезет без проблем, тем боле что он — армейского образца. Но примерить все равно надо было, ознакомиться что ли, царапинку где-то в укромном месте — моё, мол, сделать. Обжить, короче. Даже и не знаю, что я раньше этим не озаботился?
Одно могу сказать точно: он гораздо удобнее, чем тот, что я сам сделал. Даже больше скажу: мое творчество по сравнению с ним выглядит, мягко говоря, бледно — что по защищенности, что по энерговооруженности. Тут тебе и миниреактор, и генератор силового поля присутствуют. Да и по боевой эффективности скафандр превосходен, потому как в нём присутствует не только малый искин, но и полноценный командный блок с тактическим сопроцессором. А еще медикаментозный реанимационный блок. Тоже штука крайне важная, да и редкая. Так что жалеть о том, что детище своей технической мысли на верфи оставил, не придется.
Вот знал бы я, что в этих скафандрах дареных такие примочки будут, крепко бы, наверное, задумался… И о смысле жизни, и о предстоящем задания одновременно. Зачем, спрашивается, пилоту абордажный скафандр такого уровня, да ещё и десять штук? Нас ведь всего шестеро…
С другой стороны, я ведь тоже к подобным заключениям пришел, еще когда Скиф переоборудовал в первый раз. Так что, может это просто забота об экипаже так проявляется. Может быть, может быть… Вполне в духе СБ. Мол, вы, конечно, ребята ни с кем вручную сражаться не будете, у вас задача диаметрально противоположная, но вот скафандрики боевые принять — извольте, от всей души, для безопасности-с, так сказать.
Сел в пилотское кресло, к управлению прикасаться не стал, сосредоточившись на обзорном экране, куда вот-вот должна была пойти трансляция видеоряда, если что искин самостоятельно отреагирует, на то он и искин. Можно, конечно, было в каюту пойти — отдыхать, но вот положено капитану, то есть мне, при абордажных мероприятиях любой направленности в рубке находиться, и все тут. Да я и не спорю с очевидными, в общем-то, вещами, но вот любопытство от этого меньше не становится.
Меня уже разбирало, а сигнал-то от штурмовой группы из-за остаточных помех не проходил пока. Ну да сейчас искин самые сильные помехи отфильтрует, больше-то ничего не сделать. Если только ремонтников не отправить кабель экранированный тянуть…
О-о, уже! Пошла картинка.
На первый взгляд внутри этот корабль принципиально отличался от моего да и всех созданных в пределах содружества, только крайней запущенностью и совершенно непролазными, не приспособленными ни для человека, ни какой-либо другой расы, коридорами. Они здесь были сугубо техническими, густо перекрытыми хаотично установленными силовыми подпорками, явно не расчетными и в изначальную конструкцию не входящими. А вот панели коридоров, да и попадавшееся на глаза оборудование, выглядели вполне стандартно, не обычные, конечно же, даже по сравнению с илийским, но вполне узнаваемые.
Сопротивления, даже намека на него, не было: одна группа стремительно продвигалась по направлению к предполагаемой рубке, вторая шла параллельно по другому коридору, снимая схему проводки и определяя состав оборудования — она должна была выйти к шахте искина… Классика.
Перед глазами всплыло сообщение: искин прислал запрос на допуск пассажира в рубку. Осмотрел картинку из тамбура — Ива. По инструкции допускать гражданских и вообще пассажиров на мостик боевого корабля строжайше запрещено. Но я же к флоту имею весьма посредственное отношение… И флотские правила, по методике полковника Нолона, для нас далеко не указ. Мы, так сказать, по несколько другой линии работаем, 'на подряде', можно сказать, пусть и в штате числясь. Да и судно у меня насквозь частное, и что характерно — мое личное, так что на военно-космический устав мне, если честно, плевать свысока, хоть некоторые пункты я и соблюдаю, признавая его правоту.
 
Разблокировал дверь, она отъехала в бок с легким шипением. Шипит не сама дверь, а стравливаемая атмосфера, давление в рубке традиционно больше, чем на всем остальном корабле, система жизнеобеспечения замкнутая, а вход оборудован шлюзом. Центр управления, одним словом, и отношение к нему везде, на любой верфи — хоть частной, хоть государственной — одинаково серьезное. Не имеет значения, где корабль изготовлен, конструкция мостика его будет с собратьями по классу сходной.
Ива прошла вперед, села во второе пилотское кресло и тоже сосредоточила все внимание на трансляции с захватываемого, а теперь, наверное, уже захваченного корабля.
Ничего я ей говорить не стал. Зачем? Мы и так каждый день видимся, и в рубку она достаточно часто приходит: тоже пилот, между прочим. Хотя мне кажется… Нет, не так. Я точно знаю, что это ее совсем не основная специализация. На том корабле, где я ее вместе с ее спутниками нашел, пилоты уже давно в мумии превратиться успели, а она в это время в стазис-капсуле была. Вот как.
Девушка она приятная, правда, не многословная, но это даже хорошо. Я невольно пробежался взглядом по ее ладной фигурке. Поймал себя на этом, только когда встретился с ее взглядом. Поспешно отвернулся. Ой-ой, не ко времени все это!
На голопроекции всплыла схема корабля, вначале полностью, потом в разрезе по главной оси…
— Миедис… — Выдохнул илийка.
— Чего говоришь? — я полуобернулся к ней, и сам замер озадаченно, потому что на ее лице был неподдельный страх.
— Миедис, приносящий смерть, живая машина, — голос Ивы снова стал обычным, с эмоциями она уже справилась.
— Ты уверена?
Вместо ответа она указала на голопроекцию, все еще изображающую корабль в разрезе.
Я присмотрелся, куда она показывала. Среди почти стандартного для всех кораблей оборудования, где по схеме должен был быть искин, стояло нечто… Собственно, это он и был, только гипертрофированно большой, не симметричной формы… По всей его длине проходила глубокая пробоина, наверное, не менее древняя, чем сам этот корабль. Как он вообще работает? А он точно работал, не с глюками же я тут в 'салочки' играл! Значит, еще и далеко не в полную силу… Вот, значит, от чего эта железяка летающая после близких ядерных подрывов дергаться перестала — мозги перегрузились! Понятно, что корпус почти весь электромагнитный импульс поглотил, и если бы не трещина эта, то только слепыми сенсорами все и ограничилось бы. Да, тогда все было бы в разы сложнее, не дал бы мне этот сферойд, еще недобитый, но активно добиваемый, к себе так легко пристыковаться. Кстати, судя по всему, искин его еще до конца и не сдох ни фига. Вон на энергетической схеме как все замерцало! Перезагрузился, значит.
Да, по ходу, искин-то тоже погорел весь, рабочими только пара процентов и осталось. Жаль, интересно было бы в его памяти порыться, теперь-то, судя по всему, она обнулена. Больше скажу, проплавлена к чертям собачим резким перепадом напряжения. Защита, если она и была какая, не сработала, резервные цепи, за давностью лет, тоже не выдержали. Короче, вижу я сейчас перед собой 'овощ' работающий, но ни для чего полезного не пригодный. Который раз жаль.
А еще на схеме я заметил одну интересную деталь. Приблизил, повернул ее и так, и сяк, развернул, сделал раскладку, потом отдал команду искину собрать всю проекцию обратно, как было. Нет, не показалось. У этого, как его там… Миедиса, нет гиперпривода. А как он сюда попал? И когда? И еще: не плохо было бы знать, зачем?
Да, дела принимают неожиданный оборот. Очередной раз.
Но принципиально этот, бесспорно, интересный факт, на мои задачи никак особо не влияет. Ну, подумаешь, летал тут этот беспилотник. Вот его, сейчас абордажной командой захваченного, панорама на экран выведена. Все как было изначально, так почти и осталось, только в арсенале у меня вместо четырех ядерных ракет осталась одна. И ведь ни забрать, ни использовать его я не могу! Вот что обидно. Придется его тут до лучших времен законсервировать. Авось, прилечу за ним с полноценным ремонтным комплексом и запчастями, с искином новым, и гравиприводом, и еще много с чем. И будет у меня еще один корабль… Может быть такое? Да легко, если ничего в дальнейшем не помешает. Но вот гарантию на это я дать не могу.