"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Я против воли улыбнулся.
— Я сделал всю грязную работу, а вы принудили герцога к кабальному соглашению. Теперь он, как верный пес, будет приносить палку Белозеровым?
— Все не так плохо. Просто под предлогом участия в компании уступит спорные земли, откажется от старых претензий. Это позволит Скуратовым и Белозеровым выставить подобающие отряды для участия в войне.
— Верховный маг обещал привлечь всех старших.
— Он сделал все возможное, но нужно было сделать последние усилие.
— Я так понимаю, Скуратовы потеряют много магов на Иллирии, а потом Белозеровы поставят их на колени? — с усмешкой спросил я.
— Маркус, откуда такой цинизм в таком юном возрасте?
— Вариантов много. Либо от первого наставника, либо от дяди.
Я заметил, что де Ратуа вздрогнула, но быстро натянула на лицо улыбку и сказала:
— Вопрос снимается. Добавлю, что мы показали подрастающему поколению нашу аристократию во всей красе. Теперь большинство предпочтет службу королю, а не благородному роду.
«И окончательно испортили тебе репутацию, Маркус. Думаю, половина учеников теперь будут бояться ментальной магии и тебя, как огня», — тут же заметил Янус.
«Не все в трех мирах вертится вокруг меня. Просто оказался не в то время и не в том месте», — парировал я.
— Изящно. Даламар не смог приехать. Он знал? — задал я главный вопрос.
— Нет, это идея ближнего круга Карла. Твой покровитель ценен, но пока не заслужил такого доверия.
Поэтому вы завалили его работой. Хорошо, значит Даламар не в курсе. Если Мари не врет, чтобы выставить генерал в лучшем свете. Про такую вероятность забывать нельзя.
— Что вы планируете для меня?
— Даламар владеет всей информацией, уверена в ближайшее время он сообщит тебе. Пусть это будет сюрпризом.
— Не люблю сюрпризы. Можете хотя бы намекнуть?
Мари загадочно улыбнулась и без перехода спросила:
— Тебе понравилось пытать Ивана?
— Не уходите от темы.
— Честно ответишь на мой вопрос, я отвечу на твой.
— Он собирался отправить меня в крематорий.
Мари наградила меня тяжелым взглядом, ее зеленые глаза в этот момент показались жуткими и неестественными. Мертвыми.
— Я не это спросила.
— Мне приходилось ломать людей раньше. Уверен, это указано в моем досье.
— Указано. Я не это спросила.
Настойчивая дама.
— Я сожалею. Сожалею, что нельзя распотрошить этого ублюдка. Плевать, что он хотел убить меня, переживу, но он хотел причинить вред Луне.
— За нее ты готов убить любого.
— Да. Если получится искалечить в процессе, я буду только рад.
— Романтично. Жутко. Это у тебя от дяди или от первого наставника? — попыталась пошутить Мари.
— Думаю, оба внесли одинаковый вклад, чтобы вырастить из меня отморозка.
— Самокритично. Но объективно, — задумчиво сказала Мари.
Весь этот разговор она меня проверяла, и мне кажется, я прошел тест.
— Что до твоего вопроса… Это как-то связано с наследием Камета. Карл не кладет все яйца в одну корзину…
Янус тут же выдал ожидаемую скабрёзность. Я невольно улыбнулся.
— …Поэтому мне неизвестны все подробности. Но это что-то колоссальное. И для этого требуется ментальные маги. Увы, я играю слишком большую роль в других планах его высочества, поэтому меня не привлекают к этому проекту.
Сожаление. Искреннее, неподдельное. Так переживает лавочник, когда понимает, что нужного товара продать не может, хотя покупатель готов переплатить в десять раз.
— Интересно, но малоинформативно. Мотивы Карла я понял. Что вам от меня нужно?
— Откровенность за откровенность. Что ты на самом сделал с Иваном?
— Вложил в его голову бомбу.
— Срок?
— Без срока. Только бессмысленная фраза, которая превратит его разум в филиал бездны. Страховка, если все пойдет не так.
Глаза Мари удивленно расширились. Но страха в них не было, лишь интерес.
— Карл не даст тебя в обиду. Герцог объявит ему войну, если нарушит слово.
— Герцог не вечен. Иван считает, что отец любит его больше, чем дед. Лучше иметь рычаги влияния на будущего главу рода.
— Ты жестокий человек, Маркус Кайлас.
 
Никакого осуждения в голосе, наоборот, одобрение.
— Только я, ваша милость? Кто шантажировал деда, когда его внука взяли в заложники?
— Ты.
— Я ждал от него гарантий, не хотел выйти на улицу и получить шаровую молнию в спину.
— Я дала тебе гарантии. И получила за это плату. Это не шантаж. Просто услуга за услугу. Взаимовыгодное партнерство.
Я даже восхитился от такой наглости.
— Звучит до боли знакомо, — я сделал вид, что аплодирую. — И почему я ощущаю, что мне выкручивают руки? Так что с моим вопросом? Зачем я нужен вам, баронесса?
— Поговорим об этом, Маркус, когда иллирийский кризис минует.
Сказав это, он вышла из палаты и позвала Скуратовых. За время лечения их стало гораздо больше: приехали три изумрудных и один рубиновый. Это мне не понравилось.
Правда, я заметил в коридоре нашу шайку, которая тоже увеличилась. Это немного меня успокоило.
Скуратовы убедилась, что Иван в порядке. Он демонстрировал нормальную реакцию: старался на меня не смотреть, вздрагивал от каждого движения, просил уехать поскорее. Спустя пять минут благородные убрались восвояси.
В коридоре меня чуть не сбила с ног Луна. Потом неизвестный целитель проверил мое состояние. Выдал что-то невразумительное, но ободряющие.
Нашу шайку усилили два рубиновых и четыре изумрудных. Судя по их поведению, первые работали на Даламара, вторые — на Сайруса.
По дороге домой я рассказал сокращенную версию разговора с баронессой. Шантаж герцога и удар по репутации благородных, никаких отдельных предложений для меня.
Хуже всего к новостям отнесся Владислав. Он сидел мрачнее тучи, очевидно, злился на себя, что не предвидел такой вариант развития событий.
— Увы, герцог Скуратов не способен к компромиссу. Пока ты не достал клинок, он даже слушать меня не хотел, — недовольно сказал Сайрус.
А потом проломил барьер и стал договариваться со мной. Не первый провал Сайруса на ниве переговорщика. Никаких обид. Я почти привык.
— Это был впечатляющий спектакль. Ты хорошо отыгрывал безумие. Даже я проникся, — с двусмысленно улыбкой сказал Александр Омен. — Жаль, что этого благородного выродка пришлось отпустить живым.
— Жаль, что теперь каждая собака в столице знает, что Маркус племянник Адриана и очень способный ментальный маг, — сухо сказал Сайрус. — Это чревато большими трудностями.
— Плевать. Я защищал Луну.
Сайрус покачал головой и тихо вздохнул. Луна только улыбнулась, плотнее прижалась ко мне.
— Ты забрала перстень и патент? — запоздало спросил я.
— Конечно. Неужели ты думал, что я отдам честно отбитую добычу, — со странной улыбкой сказала Луна, демонстрируя кольца на цепочке. Оно оказалось слишком большим для ее пальчиков. — Судя по лицу экзаменатора, после твоего выступления он был готов отдать свой перстень, чтобы мы ушли.
— Можно посмотреть?
Луна кивнула. Широкий серебряный ободок, крупный сапфир. На внутренней стороне выгравирован символ школы и номер. Магии в нем не было, но такое кольцо можно легко превратить в артефакт.
— Надеюсь, когда-нибудь у меня будет похожий, — сказал я, возвращая любимой символ мага.
Она рассмеялась, спустя секунду ее поддержали остальные. Я недоуменно посмотрел на них.
— Маркус, если бы ты сегодня потребовал экзамен у руководства академии, они бы просто швырнули в тебя кольцо и патент, чтобы ты от них отстал, — пояснил Омен.
— Не исключено, — поддержал его Кохорн.
К счастью, вопрос о другом кольце Луна задавать не стала. Не готов я пока к этому разговору.
Когда мы вернулись, праздник никто устраивать не стал, все устали морально и физически. Охрана осталась с нами, старшие ушли обсуждать ситуацию, Владислав отправился анализировать произошедшие и строить новые планы.
Мы с Луной просто завалились спать. Проснулся я уже ближе к вечеру.