"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

На самом деле все было не так страшно. Просто оказалось, что браком не означает счастливый финал пьесы. Как мудро заметил когда-то Мишель, все только начиналось.
Позавтракав, Леонардо отправился в гостиную. Нужный томик быстро нашелся в книжном шкафу.
Любовь к чтению ему привила жена, показав, что книги могут рассказывать полезные и интересные истории простым языком, а не только нудно и скучно поучать, периодически вздыхая о прекрасном прошлом. Сам Милано до этого изучал либо «обязательную для образованного человека» литературу, либо необходимую для службы.
Жанна тоже перенимала у Лео некоторые привычки. Так она теперь отлично играла в карты и знала много шулерских приемов – исключительно в академических целях. И даже взяла несколько уроков обращения с огнестрельным оружием. К счастью, они не пригодились, совместных приключений у них больше не было. Лео максимально ограждал жену от работы, Мишель в этом его всецело поддерживал.
Желания погружаться в роман и разбираться в хитросплетениях сюжета не было, поэтому Милано взял книгу по истории. Конкретно этот экземпляр должен был поступить в продажу через несколько недель. Но не так сложно получить рукопись немного раньше, еще и с автографом автора, если твоя подруга владелица издательства. А также газет, заводов, пароходов и собственного замка.
Автором этого труда был Энрике Орле, видный специалист по истории Прорыва. Так что Леонардо, который был одним из тех, кто до сих пор разгребает последствия этого, давно собирался ознакомиться с его размышлениями.
«Многие представляют себе эпоху до Прорыва золотым веком человечества. Никаких демонов и оскверненных предметов, благородные рыцари и честные короли, только начавший выбираться из-под полы прогресс и веками проверенное социальное устройство.
Увы, история показывает, что прошлое не соответствует нашим представлениям о нем. Более того, и без Прорыва люди сами по себе могли ввергнуть общество в пучину хаоса и смертей.
Религия, экономика, политика – все это переплелось в единый клубок, развязать который правители того времени не видели возможным. Но были рады его разрубить. По дошедшим до нас хроникам можно сделать вывод, что мир стоял на пороге долгой и кровавой войны, полем боя которого должна была стать территория современной Сарконии.
Одной из причин для этой войны являлись религиозные противоречия, которые раздирали все цивилизованные страны. В наше просвещённое время, когда церкви большинства стран находятся в упадке, это выглядит странным. Но тогда вопрос веры был напрямую связан с вопросом власти, как следствие, экономики, поэтому нет ничего удивительного, что война, начавшаяся за души людей, мгновенно перетекла бы в сражение за влияние и новые территории.
Но стоит признать, что для многих правителей того времени религия являлась лишь поводом упрочнить свою власть. Искра, но никак не топливо грядущего пожара.
Война должна была произойти, и на момент открытия Прорыва шансов предотвратить ее уже не было. Ее начало вызвало бы эффект домино – вслед за феодалами Сарконии за оружие взялись бы и другие страны. В течение нескольких лет кровавая война захлестнула бы весь цивилизованный мир, и произойди вторжение демонов на десять лет позже, то нам нечем и некем было его отражать.
Правда, не стоит переоценивать ее размах и ужас, как это необоснованно делают некоторые псевдоистрики вроде Аргуса Малакана. Он в своих работах не раз выдвигал ничем необоснованный тезис, что грядущий конфликт длился бы не меньше тридцати лет и унес бы не меньше жизней, чем Прорыв.
Думаю, сама постановка предложения дает вам понять, что версия «Тридцатилетней войны» сама по себе не выдерживает критики. Соответствующие опровержение ее займет слишком много страниц, поэтому не вижу смысла отвлекать читателей разоблачением этого псевдонаучного бреда.
Подводя итоги, можно сказать, что «накануне» Прорыва действительно сложилась взрывоопасная ситуация. Правители всех стран видели лишь один выход из нее – война. И только грядущие события предотвратили колоссальных размеров противостояние государств.
 
Но нельзя утверждать, что начавшаяся в начале семнадцатого века война, была бы страшнее вторжения демонов, разрушившего многие страны и унесшего жизни шести миллионов человек».
– Много красивой воды, – вздохнул Милано, отложив томик. – Где цифры, даты и имена? Только путанные рассуждения и много слов за которыми скрыты не самые новые идеи. Плюс откровенное перевирание фактов, война уже шла пусть и не на территории Сарконии, но об этом не принято вспоминать.
Хотя понять автора было можно. Даже спустя два с половиной века тема Прорыва была болезненной для многих стран. Нет, она не была табуирована. О ней говорили постоянно, но попытка отойти от общепринятых взглядов жестоко каралась. Так что можно было только похлопать автору за то, что он контрабандой попытался пронести не особо популярные идеи. Попытку, правда, при всем желании нельзя признать удачной.
Милано решил продолжить чтение, надеясь, что дальше будет что-то более конкретное, но его планы нарушил телефонный звонок.
Пробормотав несколько «радостных» фраз, Лео встал с дивана и дошел до аппарата.
– Добрый день, Леонардо, нам необходимо встретиться по поводу одного дела, – без лишних предисловий сообщила трубка женским голосом.
«М-да, если сама мадам Кастор мне звонит, все очень плохо», – мрачно подумал следователь.
– Прекрасная новость в выходной день, – вздохнул следователь Милано. – Скоро буду, Ориана.
  
Глава 2
 
Встреча была назначена в столичном особняке семьи Кастор. Правда, саму Орианну Леонардо не увидел. Дворецкий сообщил, что хозяйка занята работой и запретила ее беспокоить. Но проситель ожидает следователя бюро надзора в малой гостиной.
Милано вздохнул. Мысленно.
Инцидент в замке не получили широкой огласки, но в определённых кругах стал известен, пусть и в максимально урезанном виде. И несколько раз Милано привлекали к похожим операциям, чему он был совсем не рад.
Но сейчас произошло что-то из ряда вон, раз «скромный» проситель решил обратиться к нему через подругу жены.
Дворецкий проводил его в роскошный зал. Там его ждал широкоплечий мужчина с неестественно красным лицом. Лысая голова, крупные черты лица, налитые кровью маленькие глазки, желтоватые зубы. Довершали образ пошитый по последней моде костюм и массивные золотые перстни. Определенно, он был идеальной мишенью для художника-карикатуриста.
– Вчера вы выловили в реке тело моего троюродного племянника Астора Шерлоне, – не тратя время на приветствия, сообщил он. – И я хочу, чтобы вы нашли и покарали его убийцу.
Леонардо смерил мужчину холодным взглядом и сухо сказал:
– Бюро надзора. Следователь Милано. Вашего имения я не расслышал, месье…
– Армен Баннер. Миллионер. Депутат от столичного департамента. Член партии «Воздержание», – не скрывая самодовольства, представился мужчина. Но тут же стушевался под безразличным взглядом надзирателя.
После истории в замке Луары Лео стал гораздо спокойнее относится к обладателям тугого кошелька и огромных счетов в банке. Да, богаты. Да, могущественны. Но «скверне» и темной магии плевать на это. Значит и ему тоже.
Возможно, он немного завидовал таким людям. Самую капельку. Да и политику бюро в отношении них не одобрял. Но все это он старался отодвигать в сторону, когда был на службе.
– Тогда изложите суть дела, – сухо сказал следователь, достав блокнот. – С самого начало, месье.
На мгновение депутат растерялся, но почти сразу к нему вернулась уверенность:
– Три месяца назад ко мне приехал троюродный племянник. Я принял его, как родного, дал кров, пищу и деньги. Он жил у меня и ни в чем не нуждался. Позавчера вечером он сообщил, что решил вернутся в колонии. Мы устроили прощальный ужин, сердечно простились с ним… Сегодня утром мой друг из полиции сообщил, что его тело нашли в реке, а дело по неясной мне причине оказалось в вашем ведении.