"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Дело заканчивалось копией письма Жоржа де Рюа. Слог витиеватый, но легко читаемый. Журналист приглашал «героя Республики» на интервью в замок Луары. Место встречи объяснялось просто – де Колонтель писал биографию своего нанимателя и ненадолго поселился у него.
Между строк можно было прочитать, что за интервью Жорж просит круглую сумму, но при этом не против «легкой редактуры».
Больше в деле ничего полезного не было.
Милано откинулся на спинку стула. Да, история выходило подозрительной.
Лео мог поверить во внезапно вспыхнувшую любовь, которая привела к такому поспешному браку. Но он не верил, что отец одобрит выбор дочери. Миллионер, промышленник, интриган и солдат – нет, такой человек не будет рад видеть нищего поэта в зятьях.
Да, дело очень мутное. И сложное. Малейший промах – и он наживет себе серьезного врага. Или целое семейство недругов.
«Выше нос! Не мне его распутывать», – утешил себя Лео. Ему нужно только дать оценку ситуации. Всегда есть вероятность, что в этом деле нет темной магии, но замешены людские игры.
Теперь нужно определиться с предложением директора д’Эрсте. Положа руку на сердце, Леонардо признавал, что смысл в его словах есть, но вот риски… Риски были слишком высоки.
Но и отправляться в одиночку на такую операцию – да, эта идея Милано не радовала.
В ближайший городок переброшена штурмовая группа, но когда прибудет помощь? Если все полетит к демону в пасть, то счет будет идти на минуты, если не на секунды.
– В любом случае я не могу просто исчезнуть на три дня, надо поговорить с Жанной, – принял решение Леонардо. – Там видно будет.
Мадмуазель Граммон пришла через несколько часов. Этого времени Милано хватило, чтобы еще раз изучить дело и написать черновик письма брату. Когда он сел за него, возникло неприличное желание присвоить все заслуги себе, ведь никто ничего не узнает. Но это было чрезмерной наглостью.
Правда, рассказывать про внезапную услугу начальства Лео тоже не стал. Слишком подозрительно. Намек Молота был тонок, как удар одноименного оружия. Пока он глава бюро надзора, никто не осмелится проверять законность этого решения. Конечно, отменить его будет непросто, но всегда есть риски.
Изменил ли этот факт что-то в жизни Леонардо? Ровным счетом ничего.
Да, внутри бюро были свои разногласия. Разные отделы, взаимные упреки, споры о методах работы, но надзиратели крепко держались вместе и придерживались одной линии в поведении. По-другому в их работе было нельзя. Это не контрольная комиссия, где несколько центров силы и коллеги постоянно «топят» друг друга.
Так что он все равно был человеком бюро и, следовательно, Бенуа. Просто глава решил добавить дополнительный стимул перед непростым заданием.
Или все не так просто? Не зря же Кастельмор так активно приглашал его в свое отделение, да и рассадка в кабинете главы было показательной. Мелочь, но его работа состоит из таких мелочей. В конце концов, о внутренней кухне бюро он знает очень немного, в основном от преподавателей академии. Как показала практика, они не всегда откровенны с юными курсантами.
– Серьезно? Одна шутка и место за столом, а я уже строю теорию заговора? – пробормотал младший следователь. – М-да, общение с Бастоном на пользу мне не идет.
Лео решил написать в письме полуправду: он воспользовался связями новых знакомых, что и привело к изменению решения по делу. Откровенно соврал только про сроки – сказал, что занимался этим весь месяц.
От написания письма его оторвал звук открываемого дверного замка, Милано поспешил выйти в прихожую. В коридоре стояла Жанна.
Ключи от квартиры Лео вручил ей сам. Глупо? Поспешно? Молодого человека такие вопросы не волновали.
Спустя пятнадцать минут они уже сидели на кухне и пили чай.
Жанна с интересом изучала решение суда. Обстоятельства его принятия младший следователь уже озвучил.
– Я еще не юрист, но даже я вижу, что здесь много странных моментов, которые можно толковать по-разному, – вынесла она вердикт спустя несколько минут.
 
Милано ничего не ответил. Даже он со своими посредственными познаниями в гражданском праве понимал, что неоднозначных формулировок в этом судебном акте достаточно. Вероятно, большая их часть написана специально.
– И суд ловко обошел вопрос выплаты пенсии твоему брату за эти три года, – заметила Граммон.
– Я тоже обратил на это внимание. Но думаю, это было условия министерства. Семьсот франков в месяц – это много, но двадцать пять тысяч единовременно – это что-то за гранью.
Жанна просто кивнула и сменила тему:
– Так что там с «простым поручением», о котором говорил Бенуа? Или тебя пригласили в центральный офис ради торжественного вручения решения?
– Не совсем, из моего положения хотят выжать все, что можно. Так что я отправляюсь в занимательное путешествие…
Граммон с интересом слушала его рассказ, но ее лицо резко изменилось, когда Лео упомянул фамилию владельца замка.
– Значит бюро все-таки заинтересовалось этой историей? – задала она вопрос, когда Милано закончил. Лео тихо выругался. Жанна рассмеялась.
– Милый, где ты был год назад? Вся столица обсуждала эту свадьбу. Думаю, если бы случилась новая революция, никто бы этого не заметил.
– Год назад у меня была летняя сессия. И я очень хотел закрыть ее на «отлично». Хотел повышенную стипендию, – честно ответил Милано. – И я бы ее получил, если бы не основы философии надзорной деятельности!
Спортсменка хихикнула:
– У вас правда есть такой предмет? И о чем же это?
– Подозреваю, что знал это только преподаватель. Почти все вышли с его экзамена с тройками, – сообщил Милано и поспешил сменить тему: – Так значит многие подозревали, что здесь замешана темная магия?
– Или внезапная беременность, – пожав плечами, сказала Жанна. – Было еще несколько экзотических вариантов, но все неприличные. Неравный брак получался, мягко говоря.
– Если бы богач женился на обычной девушке, вы бы отнеслись к этом по-другому? Говорили бы о большой и чистой любви? – пошутил младший следователь.
– Не буду разрушать твои иллюзии о женщинах, – улыбнулась студентка. – Но всем понятно, почему ты едешь в замок Луары. Будешь пытаться докопаться до правды.
– Мне поручили только разведку. Никакого расследование, только оценка ситуации, – признался Милано. – Если здесь замешана магия, то бюро начнет расследование. Но теперь я понимаю, что все немножко сложнее. И работать мне придется в одиночку.
– Это тонкий намек? – наклонив голову, спросила спортсменка.
– Нет, просто мысли вслух, – усмехнулся Лео. – Есть риск, что все покатится демону в пасть. Снова.
– Не думаю, что все так плохо, – легкомысленно сказала Жанна. – Только идиот будет нападать на надзирателя.
– Мне с незавидной регулярностью попадаются такие идиоты, – парировал Милано. – Два только за прошлый месяц.
– Значит, будешь вести дело совсем один? – серьезно спросила Граммон.
– В замке никакой поддержки не будет. В соседнем городе дежурит группа, но я с некоторых пор не рассчитываю на подкрепление. Надеюсь, кавалерия не понадобится.
Жанна закусила губу и закрыла глаза, спустя минуту она все-таки решила:
– Я еду с тобой!
– Мое мнение по этому вопросу тебя не волнует? – не без иронии спросил Леонардо.
– Если ты против, то нет, – в тон ему ответила племянница старшего следователя.
«Кажется, я понял, о чем мне говорил Гийом», – мелькнула мысль в голове Лео.
– Хорошо, и уговаривать не пришлось. Сама согласилась, – попытался сохранить лицо младший следователь.
Граммон бросила на него насмешливый взгляд. Лео улыбнулся и решил перейти в контратаку:
– Поезд отъезжает завтра вечером, так что на сборы очень мало времени, мадам Милано.
Смысл фразы не сразу дошел до Жанны, она с удивлением посмотрела на Лео. Немая сцена длилась несколько секунд.