Безудержный ураган 2 (СИ)

В дверь постучали.
— Да? — отозвался Бруснир.
Дверь скрипнула, и в комнате показалась Крозалия. Она молча кивнула вальдару и уселась за стол. Бруснир смотрел на чародейку выжидающе, но она молчала. Рассматривала голую стену сбоку от окна, возле которого стоял Бруснир.
— Доброго вечера тебе, Криза, — проявил вальдар вежливость. — У тебя что-то стряслось?
— Стряслось, — тяжело вздохнула Криза. — Я стала стара и туповата, если честно. И это немало меня подбешивает.
Бруснир с трудом сдержал смешок и сцепил пальцы рук в замок, стараясь сохранить серьезное выражение лица.
— Все это время у меня было средство, с помощью которого мы можем покончить с магами за стенами Фаренхада, — продолжила Крозалия, хмурясь. — А я, старая дура, сообразила это только сейчас. Позволила всему этому случиться.
Бруснир вмиг посерьезнел, присел напротив травницы и внимательно посмотрел ей в глаза:
— Рассказывай.
Криза достала из под стола темно-серую тряпочную котомку, с которой пришла. Запустила в нее руку и достала прозрачный шар величиной с ладонь.
— Там, у Бреши, я забрала свои барьеры. Вам-то всем было не до того, вы и не знали, — рассказала Криза. — Но как я могла забыть? Идиотка! Мы можем поймать всех этих гэртовых переродков в ловушки и запереть их там навсегда.
Бруснир широко улыбнулся и откинулся на спинку стула:
— Можем.
— Только… — Крозалия замялась ненадолго. — У меня есть условие.
— Ого, условие, — вскинул бровь Бруснир. — И какое?
— Элерия не должна участвовать в этом. Я не хочу, чтобы она погибла. А эта затея выглядит слишком рискованной.
Вальдар спросил:
— И как мы ее остановим?
— Очень просто. Ты ничего ей не скажешь. А когда она узнает, будет уже поздно. Если тебе нужны лекари — возьми других, их хватает. Она не должна погибнуть. Я хочу, чтобы она жила.
— В этом мы с тобой сходимся, — кивнул Бруснир. — Значит договорились.
Уже ранним утром Бруснир собрал вальдаров в штабе и с азартом излагал им свой план.
— Для начала нужно будет выманить переродков из развалин, — говорил командир, держа палец у этого места на расстеленной на столе карте. — Они должны поверить, что мы пришли сражаться с ними, поэтому пойдем почти все. Оставим минимум воинов в городе. У них будет сложная задача — продержаться до нашего возращения и не позволить этим уродам из катакомб учинить здесь не пойми что. Думаю, оставим человек пятьдесят…
— И как они должны будут противостоять приблизительно четырем сотням мутантов в случае чего? — вскинул бровь Шаймор.
— А никак, — ответил Бруснир. — Они забаррикадируются в городском дворце. Он сильно поврежден, но стены целы. Там огромное количество комнат и обширные подвалы под ним. Отведем туда всех людей. Под защитой наших бойцов они смогут продержаться там до нашего возвращения. Но, будем надеяться, что нападать на них никто не будет. Операцию нашу надо держать в строгой секретности, чтобы враги ничего не смогли спланировать. А если мы лишим их поддержки магов-переродков, то они не смогут пополнять свою армию, и мы и с ними как-нибудь справимся.
— Согласен, вариант, — кивнул Шаймор.
— Чтобы выманить магов придется затеять с ними бой, — продолжил Бруснир и обвел взглядом присутствующих в комнате вальдаров. — Могут быть потери, все должны быть к этому готовы.
Никто не возражал. Рисковать здесь привыкли.
Когда станет совсем жарко начнем отступать сюда, к озерам, — показал Бруснир на карте. — Между двух озер мы с Кризой заложим ловушки барьеры. И когда маги последуют за нами, чародейка активирует их. Вот, в принципе, и весь план. Шаймор, останешься в городе. Возьмешь на себя защиту людей.
— Э, нет, — мгновенно среагировал Шаймор, и даже привстал со стула, на котором сидел. — Я не собираюсь пропустить все веселье, сидя взаперти. Уверен, найдутся более спокойные и выдержанные люди для такой бесспорно важной миссии. А я что? Я вояка, я хочу в пекло!
— Я займусь этим, — голос Левира донесся из-за спин, столпившихся в комнате воинов. Все это время он молча слушал все стоя возле стены у окна. — Я уже защищал Фаренхад, пока вас не было, справлюсь и сейчас.
 
— Хорошо, — кивнул Бруснир. — Действуем завтра. Выступаем до рассвета. И никому ни слова. До последнего держим все в секрете. Левир, людям скажете, что мы собираемся напасть на мутантов и им нужно побыть в безопасном месте, пока битва не закончится. Нельзя допустить паники.
Все начали расходиться. Бруснир жестом подозвал Шаймора.
— Когда я говорил, что никто не должен знать о нашем плане — подразумевал и Элерию. Ты меня понял? Не проболтайся.
— А чего так? Не хочешь, чтобы она пошла с нами? — спросил Шаймор.
— Именно.
— Ей это не понравится. Я думал, вы уже этот вопрос решили.
— Это было условие Кризы. Но я, если честно, совсем не против с ним согласиться, — Бруснир улыбнулся и хлопнул друга по плечу. — Разберемся, когда вернемся. А если не вернемся, то, считай, легко отделаемся.
— Предпочту все же вернуться. Разъяренную Элерию я как-нибудь переживу, — рассмеялся Шаймор.
Ночью Левир мысленно связался с магами-переродками и выложил им весь план Бруснира. Ему вовсе не была выгодна такая победа вальдаров. Он просто не мог ее допустить. Сначала король Хаоса испугался. Смотрел на Бруснира сквозь толпу других воинов и боялся, что ему и правда удастся. Удастся одолеть полсотни непобедимых монстров нового мира. Все в той комнате верили, что он сможет, даже Левир. Но сейчас, когда маги предупреждены, Левир успокоился. Все будет в порядке, думал он. Завтра они, наконец, покончат с Брусниром, а ему самому ничего не придется делать. Он захватит город и добьется своего. Спасибо Кризе, она вырыла для Бруснира потрясающе глубокую могилу. Вскоре Левир спокойно заснул.
  
Глава 28. Цена предательства
 
Бруснир обнял Элерию, спавшую рядом, и притянул к себе. Зарылся лицом в ее волосы, легонько поцеловал в шею. За окном было еще темно. Вальдар осторожно отстранился и бесшумной тенью выскользнул из комнаты. Когда девушка проснется — он будет уже далеко.
Вальдары вышли из Фаренхада через южные ворота. Бруснир понятия не имел как маги повлияют на летающих лошадей и решил не рисковать ценными животными. Пеший путь должен был занять несколько часов.
Накануне вечером Бруснир вместе с Кризой слетали к озерам и подготовили для переродков ловушку. Маленькие шарики лежали в земле и ждали, когда по мановению своей создательницы нужно будет превратиться в вечную и нерушимую темницу.
Первый маг встретил вальдаров на подходе к руинам. Он понаблюдал за приближающимися людьми издалека и скрылся среди развалин. Воины подошли вплотную к остовам старинных зданий. Здесь царила тишина. Гнетущая атмосфера чем-то напоминала кладбищенский дух. Никто не вышел им на встречу. Хотя эти твари и не ходили, скорее парили.
Бруснир надеялся что не придется вести людей внутрь, но выбора не оставалось. Маги явно заманивали их в руины. Полторы сотни вальдаров могли бы уместиться там только разделившись, а это было чревато нехорошими последствиями. Поэтому командир оставил почти всех снаружи. Взял с собой десять человек и пошел внутрь. Крозалия порывалась пойти с ними, но Бруснир не позволил. Она сейчас была самой ценной фигурой и потерять ее вальдары не могли. Чародейку стоило сберечь любой ценой.
Вальдары прошли через небольшую комнату с полностью разрушенной крышей и едва сохранившимися стенами. Сквозь огромную дыру в стене перебрались в следующую залу. Это помещение уцелело, и шаги гулко отдавались под высокими конусообразными сводами. Множество колонн в виде огромных кобр с раздувшимися капюшонами поддерживали потолок. Шаймор, как всегда, шагал рядом с Брусниром.
 
— Не нравится мне это, — сказал он. — Они заманивают нас в ловушку.
— Конечно, — кивнул Бруснир. — Уже жалеешь, что не остался?
— Ни в коем случае, — усмехнулся Шаймор. — Все самое интересное сегодня произойдет здесь. Здесь, можно сказать, будет вершиться история.