Безудержный ураган 2 (СИ)

Вальдары согласно кивнули и послушно встали за спиной талийки. Бруснир шагнул вперед и первым вошел в Фаренхад.
План вальдаров по уничтожению ворлоков был прост и эффективен. Основное войско расположилось на одной из улиц, напротив входа в переулок. Этот переулок воины почти полностью завалили строительным мусором, которого кругом было в достатке, фактически выстроив баррикаду, и оставили лишь узкий проход. Небольшой отряд воинов прошел через него и отправился к первому крупному скоплению ворлоков. Вальдары привлекли внимание тварей и привели за собой, проскользнув через узкий проход, смешались со своими.
Беснующаяся толпа ворлоков нахлынула и застряла за баррикадой. Немногочисленные особи, проскакивающие в узкий проход или перебравшиеся через заграждения, тут же безжалостно истреблялись вальдарами. И все могло пройти как по маслу в этом идеальном на первый взгляд плане, если бы не одно «но».
В суматохе боя Левир отошел от воинов и юркнул в один из переулков. Отлично запомнив на карте отмеченные Брусниром скопления ворлоков, он направился к самому крупному из них. Дойдя до места, вдоволь пошумел и даже выстрелил магией в ближайших ворлоков, чтобы уж наверняка привлечь их внимание. Твари бросились за ним, и Левир повел их прямо к своим, только совсем не со стороны подготовленного завала…
Левиру пришлось постараться, чтобы хотя бы немного опередить толпу переродков, следующую за ним по пятам. Он вихрем влетел в ряды вальдаров, но никто не обратил на него внимания. С замиранием сердца он ждал когда на улице покажется первый привлеченный им ворлок, а потом поднял крик:
— Осторожно! Ворлоки справа. Отступаем! Скорее, нужно немедленно отступать!
Бруснир обернулся. В первые мгновения он все еще надеялся, что это одиночные особи, которых привлек шум боя. Но вскоре из-за поворота хлынула такая толпа переродков, что сомнений не осталось.
— Отступаем! К воротам! Быстро!
Вальдарам удалось организованно и быстро отступить к выходу из Фаренхада, отбиваясь от самых шустрых, вырвавшихся вперед тварей. Бруснир с Шаймором остались последними, чтобы закрыть ворота. Счет пошел на секунды. Ворлоки неслись в их сторону, и Шаймору пришлось отвлечься, чтобы убить несколько бросившихся на них тварей. Вальдары опустили ворота только до середины, и Бруснир бросив спусковой механизм, крикнул другу:
— Уходим, я закрою их с той стороны!
Они выскочили, и пока Бруснир опускал массивную створку силой своей магии, Шаймор срубил несколько голов, высунувшихся из-под нее.
Ворота с глухим стуком уперлись в землю и вальдары остались за пределами такого недружелюбного и такого нужного им города. С той стороны с мерзким клокотанием о преграду бились десятки ворлоков.
Левир, пытаясь придать голосу расстроенный оттенок, обратился к Брусниру:
— С самого начала я боялся, что эта затея обречена на провал. Теперь ты понимаешь? Нам нужен новый план, не включающий зачистку Фаренхада.
Бруснир потер переносицу, исподлобья поглядывая на закрытый вход в город, и ответил:
— Напротив, у нас появился шанс перебить всех этих тварей скопом. Ворлоки отлично восприимчивы к магии. А нас здесь много. Ворота широки, но все равно сдержат поток переродков и дадут нам время расправиться с ними… порционно. Сделаем тоже самое, что и планировали, только немного опаснее.
— Немного? — ошалело переспросил Левир.
— Ну хорошо, намного опаснее. Но теперь у нас нет другого выхода, — пожал плечами Бруснир
— А как на счет уйти отсюда и не рисковать жизнями всех этих людей? — совсем тихо сказал Левир, приблизившись к Брусниру.
Бруснир посмотрел на него внимательно и хлопнул по плечу:
— Левир, мы не уйдем. Мы справимся.
Бруснир построил вальдаров полукругом возле Фаренхада и открыл ворота. Ворлоки не заставили себя ждать, полезли наружу сразу же в приоткрывшуюся щель. А потом и вовсе хлынули толпой. Но, едва переродки успели выскочить за пределы города, как вальдары обрушили на них потоки магии, не оставив в живых никого. Из следующей волны некоторым удалось пробиться и даже подбежать вплотную к воинам, где их добили мечами. Элерия прохаживалась за спинами вальдаров.
 
Количество ворлоков быстро увеличивалось, многие прорвались в ряды вальдаров, нарушив их строй. Завязалась жаркая, но быстрая битва. Воины отбились, а немногочисленных раненых исцелила талийка.
Вскоре у ворот образовалась немалая куча трупов. Она послужила естественной баррикадой, через которую переродкам нелегко стало перебираться, и их поток изрядно иссяк. Вальдары, уже не напрягаясь, добивали противников. А Брусниру даже пришлось раскидать трупы магией, чтобы освободить проход и дать возможность выйти оставшимся в городе тварям.
В Фаренхаде находилось еще два крупных скопления ворлоков и вальдары по очереди привели их сюда же и расправились тем же способом.
После битвы воины сложили всех дохлых ворлоков в несколько немаленьких горок и сожгли.
— Что ж, думаю, на сегодня хватит, — сказал Бруснир, наблюдая за последним догорающим костром. — Всем нужно отдохнуть и восстановить силы.
Перед уходом закрыли ворота, чтобы ничто не вышло из города, да и не вошло, и вернулись в лагерь.
После возвращения Элерия сразу же отправилась на поиски Кризы и нашла старушку в постели:
— Тебе опять плохо? — спросила талийка, присаживаясь рядом и прикасаясь к травнице.
— Да все в порядке, просто прилегла отдохнуть, — попыталась соврать Крозалия. Ей, конечно, не было так плохо, как вчера, но слабость и недомогание уже свалили с ног.
— Ну да, ну да, — недоверчиво пробормотала Элерия и выпустила в чародейку живительный свет из своих ладоней.
— Что в Фаренхаде? Вам удалось? — спросила травница.
— Не без сложностей, но да, удалось. Город освобожден от ворлоков. Там, правда, много еще всякой гадости, но ворлоки были самой многочисленной проблемой.
Криза тяжело вздохнула и вдруг спросила:
— Ты когда-нибудь сможешь простить меня?
Элерия удивленно вскинула бровь.
— Да перестань ты! Я давно тебя простила. Благодаря тебе мы избавили мир от Бреши, а я получила эти потрясающие силы, которые стоили любого риска. Я рада, что все сложилось так и не иначе. Только жаль Анели… И Дарена…
— Спасибо тебе, — шепнула Криза и отвела глаза.
Талийка наклонилась к ней и поцеловала в лоб, а потом прилегла рядом, обняла и сказала:
— Я подремлю тут с тобой часок, до ночи еще далеко, а я совершенно вымоталась.
Левир вернулся в лагерь совершенно подавленный и угрюмый. И пошел взглянуть не оставили ли фауррены зарубку о встрече на дереве. Уже издалека он заприметил что-то неладное. На коре было выцарапано слово «СЕЙЧАС».
Вальдар оглянулся, не наблюдает ли за ним кто, и пошел к лесу, по пути мучительно соображая как сложится предстоящий разговор.
Синеволосый фауррен стоял, облокотившись на старый дуб. Он сложил руки на груди и насмешливо смотрел на Левира, ожидая пока тот подойдет поближе. Двоих других видно не было, но вальдар чувствовал что они неподалеку.
— Еще немного и твой Бруснир спрячется за широкими стенами Фаренхада откуда нам будет не так-то просто его достать. Мы наблюдали как вы расправились с ворлоками. Впечатляющее зрелище надо сказать… — Тьернон ненадолго погрузился в собственные размышления, а потом вскинул голову и спросил, внимательно буравя Левира взглядом. — Но скажи мне, ты действительно хочешь остаться жить здесь? На этом зараженном материке без будущего, населенном мерзкими тварями, которых никогда не перебить? И ты хочешь обречь остатки своего народа на такую медленную и беспросветную смерть?
 
— Нет, — совсем тихо ответил Левир, высматривая что-то на земле у своих ног.
— Это я и хотел услышать, — довольно кивнул корл фаурренов. — Значит, прощай, Бруснир.
Левир промолчал.
Бруснир с Шаймором сразу после возвращения направились к океану. Танос особенно разошелся сегодня после обеда, и жара стояла порядочная. А ну попробуй помахать пару-тройку часов мечом по такой погоде, а потом удержаться от освежающей ванны в водах пусть и опасного нынче, но все еще такого бодряще-манящего океана. Бруснир скинул рубашку, а Шаймор уже вбежал в воду, не раздеваясь. Видно и стирку заодно решил устроить, подумал Бруснир и усмехнулся. Бросив одежду на берегу, с наслаждением запрыгнул в воду и сразу же нырнул, чувствуя как едва ли не шипит, раскалившаяся на Таносе, кожа. Вынырнул и почувствовал у себя на макушке стальную хватку Шаймора, который притопил его обратно.