Безудержный ураган 2 (СИ)

— Последите за обстановкой, я поставлю портал, — попросил Бруснир.
Минут через десять портал был готов, и группа двинулась дальше. Сразу за цветочной площадью располагалась рыночная и, как и предполагалось, на ней тоже было полно ворлоков. Вальдары обошли ее стороной и снова свернули в один из проулков, чтобы выйти к портовой части города. И снова им не повезло. Проход полностью перегораживало настолько высокое здание, что шпили его терялись далеко в небесах.
— Ба, знакомый домишко, — поморщился Шаймор.
— Да, туда мы точно не сунемся, — сказал Бруснир, и воины снова повернули назад.
— А что там? — спросил Софар, который не был с ними в Приволе.
— Зеркальный лабиринт, из стен которого выпрыгивают пренеприятные псинообразные твари и…
— И жрут всех подряд, — перебил Бруснира Шаймор.
— И как же мы будем жить в Фаренхаде, если тут такое? — поинтересовался Латьен.
— Думаю, здание легко убрать. Просто выследим и перебьем всех собак-иллюзионистов. Да, это не более чем иллюзия, — предвосхищая вопрос, ответил Бруснир.
Наконец, третий переулок вывел их к месту назначения. В этой части Фаренхада, на первый взгляд, было спокойно. Никаких ворлоков или других тварей в пределах видимости не наблюдалось. Узкие грязные улочки встретили путников тухлым запахом разлагающейся рыбы. После гибели людей свежий улов так и остался на прилавках и в бочках торговцев. А теперь вонял так, что у воинов надолго пропало желание лакомиться рыбой.
Не найдя ничего подозрительного, вальдары осмотрели огромную пристань и уже собирались возвращаться, когда к ним совершенно бесшумно вышло существо. Размером и формой напоминающее кошку, но чуть крупнее и абсолютно лысое. Лапы помощнее и челюсти намного более внушительные, чем у домашних любимцев. Но прототипом этой жуткой твари явно была кошка. Она вышагивала с той же грацией, что присуща этим животным. Нагло приближалась к воинам, и ее тяжелый взгляд не сулил ничего хорошего. И все же на достаточно далеком расстоянии она остановилась. Задрала морду и заверещала так пронзительно, что вальдары прикрыли уши руками. На ее зов со всех сторон выползли десятки таких же.
— Такие маленькие, а туда же! — возмутился Шаймор.
— Держу пари, что размер станет их преимуществом, — сказал Бруснир и вместо меча достал кинжал и нож. А еще прикрыл себя и соратников с трех сторон стеной огня, в надежде что она задержит тварей и им придется нападать только спереди.
Спустя минуту, сквозь огонь пролетела первая кошка-переродок и вцепилась в Шаймора. Вцепилась слабо сказано. Она буквально вгрызалась ему в плечо, помогая себе острыми изогнутыми когтями. Полосами нарезая кожу, добиралась все глубже. И как бы быстро Шаймор не располосовал ее кинжалом, она успела нанести глубокие и болезненные раны.
Бруснир снял бесполезную стену огня и разрубил кинжалом бросившуюся на него тварь. Слава богам, магия на них все же действовала, хоть и не пугала, и Брусниру удалось поджарить прямо в полете еще несколько бросившихся на него переродков.
Шаймор старался больше не подпустить к себе ни одну тварь. После нападения первой он едва держался на ногах. В глазах темнело, разум затуманился, а левая рука отказывалась подчиняться. С правой он нашпиговал ближайших переродков острыми, как стрелы, и прочными, как сталь, сосульками. И злорадно порадовался виду их издохших тушек.
— Не с теми связались, — слабо засмеялся вальдар и чуть не упал.
Бруснир подхватил его и отвлекся, пропустив нападение твари. Она вцепилась ему чуть повыше колена. Ногу обожгло как огнем. Бруснир воткнул нож в череп переродка и сбросил на землю уродливый лысый труп. Однако исцарапать его она все же успела. Другим вальдарам тоже досталось, но землю усеивали уже десятки лысых тушек и твари поняли, что сила не на их стороне. Разбежались в разные стороны, скрывшись между жилыми домами вдалеке.
— Хокс вас побери, — пробормотал Бруснир, чувствуя нехорошую слабость во всем теле. Он несколько раз моргнул, прогоняя внезапно появившуюся муть в глазах и подумал, что сейчас самое время убираться из этого города, чтобы поскорее оказаться в целительных ручках Элерии. — Возвращаемся.
 
Шаймор смотрел себе под ноги каким-то очумелым взглядом и все сильнее наваливался на Бруснира, который поддерживал его под плечо. Иногда беззвучно шевелил губами и совсем уж нехорошо вращал глазами.
— Да что за хрень с ним творится? — задал риторический вопрос Бруснир, чувствуя что и сам начинает терять ощущение реальности. — Похоже эти твари ядовиты.
— Мне что-то тоже нехорошо, — сказал Софар и оперся рукой о невысокий заборчик, чтобы не упасть. От запястья до локтя у него запали глубокие борозды от когтей.
В переулок вбежали ворлоки. Не больше десятка.
— Уводи их, — крикнул Бруснир Латьену. — Я сам справлюсь.
Шаймор помотал головой, с трудом приводя себя в чувство. Он хлопнул Латьена по плечу:
— Идите, со мной все нормально. Я помогу с ворлоками.
Еще на подходе Бруснир поджарил половину ворлоков, ударив в них потоком огня. Остальных вальдары быстро добили и тут силы окончательно покинули Шаймора. Он просто осел на землю, облокотившись спиной на голубой заборчик с кое-где облупившейся краской.
Бруснир поднял друга и повел к порталу. Все-таки не зря его поставил, это сэкономит им час пути. Ускорил шаг на сколько мог, почти таща Шаймора и про себя ругая за то, что выбухал таким огромным. Можно было как-то поскромнее.
До цветочной площади было рукой подать, когда Шаймор вдруг дернулся, отшатнулся. Выхватил меч и бросился на Бруснира. Едва успев уклониться, Бруснир почувствовал, что сознание ускользает от него и провалился в какое-то вязко-сладкое небытие, из которого не хотелось выбираться. В нем хотелось тонуть бесконечно. Реальный мир растворился и остался где-то далеко, напоминая о себе лишь болью и проблемами, к ним не хотелось возвращаться. Но Бруснира сложно пронять играми разума, и он потянулся к боли и проблемам. Вынырнул на поверхность, обнаружив себя сидящим сверху на Шайморе и прижимающим кинжал к его горлу. Поспешно спрятав оружие, Бруснир принялся проверять не ранил ли друга и тут же получил огромным кулаком в челюсть. Свалился на землю и снова погрузился в сладкий дурман.
Кругом царили яркие краски, они смягчались слегка размытыми очертаниями предметов. Восхитительный лес, прозрачное озеро и прекрасные нимфы вокруг него встретили вальдара в мире снов. У одной из них были чудесные темные волосы, водопадом струящиеся до самых ягодиц. Точно как у Элерии… И Бруснир снова очнулся.
Шаймор сидел на нем сверху, хохотал, как безумный, и глубоко резал ножом его грудь.
— Какого гэрта! — теперь уже Бруснир вырубил его одним точным ударом. С трудом поднялся, взвалил друга на плечи и поспешил к порталу. По коже под изрезанной рубашкой обильными ручейками стекала кровь. Наконец, вальдар добрался до портала и прыгнул внутрь.
Вынырнув с другой стороны, Бруснир понял о каком головокружении говорил Шаймор. Почувствовал, что снова отключается, пошатнулся и упал на одно колено. Вальдар собрал всю волю в кулак, понимая, что в следующий раз очнется или с окровавленным трупом друга в руках или с перерезанным горлом. На плечах слабо зашевелился Шаймор.
— Э нет, дружище, — делая над собой невероятное усилие и поднимаясь, выдохнул Бруснир. — Погоди немного. Не приходи в себя.
Каждый шаг давался с таким трудом, как никогда в жизни. Но сложнее всего было удерживать остатки разума, все время норовившие ухнуть в какую-то бездонную пропасть. Чувства и эмоции притупились, и Бруснир ощущал себя каким-то ворлоком. Продолжал идти только из невероятного упрямства. Но и оно иссякало. Вальдар вдруг понял что забыл откуда оно и зачем нужно. Для чего он идет и тащит эту тяжесть на плечах? Если можно сбросить? Бруснир остановился, постоял некоторое время, разглядывая носки своих сапог. Лениво струхнул Шаймора, и тот грохнулся с высоты его роста. Бруснир прошел еще несколько шагов и упал в траву.