Вампирея капитана Блада

Один из «вампирских» кораблей ушёл, и если «Прайд оф Девон» не преследовал его, то лишь потому, что потерял скорость. А вот второй «вампирский» корабль они потопили после того, как сняли большую часть находившихся на нём ценностей. По факту это была обычная пиратская история, в которой британцы и испанцы с поочерёдным успехом грабили друг друга, одновременно жалуясь на «вампиров» во все международные инстанции.
Губернатор Стид, как и любой из губернаторов южных колоний английского короля, да по совести вообще как ЛЮБОЙ чиновник ЛЮБОЙ страны, всегда имел свою долю с каждого такого рейдерского захвата. Поэтому корабль «Прайд оф Девон» получил убежище в порту и всё, что требовалось для починки судна.
Почти половина высадившегося экипажа была ранена. С собой они привели ещё и шестерых захваченных испанцев. Якобы пленников тех самых «вампиров». Всех раненых разместили в одном длинном сарае на пристани, но если о британских моряках заботились два авторитетных местных врача, то на испанцев кинули Питера Блада. Во-первых, он хорошо владел их языком, а во-вторых, он был раб, поэтому если кто-то из них действительно окажется вампиром, то раба-то и не жалко…
Если кто помнит, то после двух лет «отдыха» в испанской тюрьме доктор искренне ненавидел всех сынов солнечной Кастилии, но тем не менее всё равно честно исполнял свой врачебный долг и лечил всех. Раненые испанцы, искренне изумлённые, что их не повесили и не расстреляли без разговоров, вели себя смиреннейшим образом. А это уже крайне бесило англичан…
Питер Блад перевязывал испанского моряка, когда сзади раздался хриплый голос:
– Ты что здесь делаешь, грязная скотина?!
– Пью кофе с вафельками и шоколадом, – не оборачиваясь и не прекращая перевязки, буркнул Питер.
– Что ты несёшь, тупой идиот?! – над доктором выросла массивная фигура полковника. – Ты же лечишь этого безбожного испанца!
– Вас не обманешь, – равнодушно подтвердил Блад.
– Конечно, не обманешь, я же всё вижу! Кто тебе это позволил, подлец? И прекрати свою дурацкую возню с этим мерзавцем, когда с тобой говорит хозяин!
– Ничего не знаю, приказ губернатора! Вон, кстати, он машет вам платочком.
Жёлтое лицо полковника побагровело от ярости.
– Я ему этот приказ сейчас засуну в… – неопределённо пообещал он и, потрясая кулаками, зашагал в другой конец сарая.
Питер самодовольно усмехнулся. Бишоп, конечно, бушевал и неистовствовал, топая ногами и наливаясь краской, однако маленького толстячка не так-то легко было запугать.
– Да, это я лично распорядился, чтобы этот ваш Блад занимался ранеными испанцами. Когда меня отпускает подагра, то накрывает безбрежное человеколюбие. А что не так-то?
В ярости, не поддающейся описанию, Бишоп о колено сломал трость и в слезах обиды выбежал из сарая. Испанцы по-тихому показывали ему вслед невежливые английские «факи»…
На другой день жёны и дочери богатых плантаторов придумали себе новое развлечение: они припёрлись на пристань с подарками для раненых моряков. Дело было, разумеется, не в христианском милосердии, а просто в банальной скуке. На острове не так уж много культурных развлечений (да если честно, с ними вообще беда!), а тут хоть какой-то повод собраться женским коллективом, пройтись, показать наряды, раздать (настучать) всем по банану…
Все подарки от присутствующих дам доставались английским морякам, это логично. Но вдруг доктор, к своему удивлению, отметил, что какая-то девушка положила пару бананов и пучок сочного сахарного тростника на соломку перед одним из испанцев. Её сопровождал негр, тащивший на своём горбу большую корзину даров.
Питер Блад, потный, мокрый, без камзола, в одной рубашке с засученными до локтей рукавами и с кровавыми бинтами в руках, уставился на беззаботно улыбающуюся Арабеллу Бишоп.
– Чисто между нами, не то чтобы я позволял себе вас учить, мисс, но, между прочим, этот раненый – испанец, – честно предупредил он, словно пытаясь исправить возможное недоразумение.
Улыбка, словно кожура, сползла с лица Арабеллы. Её лицо приняло надменное выражение.
 
– Я в курсе, – протянула она, – но мне почему-то кажется, что он тоже человек.
Столь явный упрёк в адрес Блада поразил его в печень.
– Ваш дядя придерживается иного мнения, – осторожно заметил он. – Полковник Бишоп считает этих раненых кастильскими вампирами, которых надо вешать, а не лечить.
– А я что, обязана думать так же, как и мой дядя?! – в голосе девушки прозвучала сталь, а в карих глазах сверкнула искра гнева.
– О нет, нет! – тут же врубил заднюю Питер Блад. – Но если полковник узнает, что вы тут раздаёте пасхальные подарочки испанцам…
Арабелла попёрла на него грозно вздымающейся грудью, уже с трудом сдерживая гордое, праведное возмущение:
– Ага, значит, сначала вы приписываете мне жестокость, потом трусость. Какого вы… вообще до меня докопались? Я что, рыжая?!
– Нет.
– Тогда отвалите и не мешайте мне творить что хочу! В данном случае – милосердие.
Бладу на миг показалось, что только сейчас он вдруг впервые понял Арабеллу.
– Простите, но как я мог знать… что племянница полковника Бишопа – ангел? Уверен, за вашей спиной скоро раскроются огромные крылья и…
– Огромные? То есть обычные мой вес не поднимут? Типа я ещё и толстая, да?! – Наклонившись над корзиной, которую таскал за ней взмыленный негр, Арабелла достала связку бананов и с размаху надела её на неразумную голову Питера Блада, после чего спокойно продолжила распределять фрукты и сладости между ранеными испанцами.
Однако одному из английских моряков это, видимо, показалось обидным:
– Мисс, а вам не кажется, что кормить испанцев – это всё равно что подбрасывать дрова в топку дьявола?
Спокойно опустив руку в корзину, Арабелла достала двуствольный пистолет и, наставив его в грудь моряка, взвела курок.
– Я дурак, мисс! Был не прав, мисс! Я полный идиот, мисс, товарищи подтвердят!!!
Племянница полковника Бишопа медленно кивнула, убрала оружие и, высоко подняв голову, удалилась, не удостоив никого даже взглядом.
Питер с бананами на голове молча глядел ей вслед.
– Какая женщина, синьор доктор, – завистливо прошептал раненый испанец, – быка на бегу остановит, в горящий Толедо войдёт!
Но тот лишь отмахнулся, молча сунув раненому в рот нечищеный банан. Питер был удивлён тем, что даже мысль о гневе Арабеллы причиняет ему беспокойство. Вчера он бы этого, наверно, не заметил, но сегодня перед ним раскрылся её подлинный характер.
– Укуси меня вампир, – напряжённо бормотал Блад, пытаясь оправдать себя. – Кто бы поверил, что семья, взрастившая такого гнусного мерзавца, как Бишоп, вдруг родила и такую звезду милосердия, как Арабелла?
 
Глава 6
 
Бежим по плану
 
С этого времени Арабелла Бишоп просто из принципа стала ежедневно посещать госпиталь на пристани. Вопреки всему она приносила испанским пленникам фрукты, а потом даже деньги и одежду, то есть тащила из дома всё и транжирила как могла. Девушка дожидалась, когда из барака свалит Блад, и только после этого творила добро.
Впрочем, пациенты ирландца один за другим поднимались на ноги, и это немало способствовало росту популярности молодого доктора среди жителей Бриджтауна.
Тем паче что раненые англичане, которых лечили местные врачи – Вакер и Бронсон, наоборот, успешно переселялись на кладбище. Горожане быстро сделали из этого свои выводы, и у Питера Блада прибавилось работы, а у полковника Бишопа доходов. Ну вы же не думали, что раб вправе класть свою зарплату себе же в карман?
Однако следствием данного успеха явился некий тайный план, выношенный островными эскулапами и повлёкший за собой столько важных событий…
Однажды, явившись на пристань раньше обычного, Питер Блад едва не столкнулся нос к носу с Арабеллой Бишоп, спешно удирающей из госпиталя. Он снял шляпу и поклонился, уступая ей дорогу, но девушка, гордо подняв голову, обошла его с фланга.