Ведьмы. В петле времени (СИ)

Озираюсь по сторонам, ища в этом разгроме бабушку. Она ведь миниатюрная, и случись что… Бр-р-р… Так. Что-то совсем соображать перестаю. Нельзя думать о плохом! Мысли они… Материальны, чтоб их!
Но думай не думай, а её здесь нету. С одной стороны, это — хорошо, с другой… Метнулась в следующую комнату, Серёга не слишком ласково отпихнул меня в сторону и первым вошёл. Там нашим взорам предстала прежняя картина. Даже дверцы в огромную кладовку распахнуты и оттуда вывален весь хранившийся там хлам типа журналов, газет, коробок и узелков с какими-то тряпками. Бабушки и тут не было. А у меня сердце будто льдом сковало от страха.
— Лен! — окликнул меня успевший выйти из моей спальни Сергей.
Поворачиваюсь, а он в это время толкает плечом дверь в ванную.
— Изнутри заперто, — говорит.
— Ба! Ты там? — кричу.
Тишина. Потом тихий шорох, и робкий вопрос:
— Лена?
— Да! Открывай. Что тут произошло?!
Послышался звук отпираемой щеколды.
— Девочка моя! — воскликнула она и кинулась ко мне на шею, обнимая и всхлипывая.
— Всё хорошо, — говорю, пытаясь утешить явно ни на шутку перепуганную пожилую женщину, да какое там!
— Может милицию вызвать? — раздаётся голос Сергея из-за спины.
— Нет, не надо милицию, — тут же отстранившись замотала головой бабушка. — Уезжать нам надо. Срочно. Тут жизни не дадут.
— Что ты такое говоришь? — воззрилась я на неё. — Как уезжать? Куда? Кто не даст. Что происходит?! — уже тише добавляю.
— Тебя искали, — отвечает и поворачивается в сторону комнаты. — Ох, не к добру это… — выдохнула она, наконец-то заметив погром в квартире. — Потом… — бормочет. — Всё потом…
Стою, наблюдаю как она носится метеором по квартире, собирая вещи, деньги, документы.
— Чуяло моё сердце, что что-то не так, — растеряно произносит Сергей.
— Чуяло? — переспрашиваю, вспоминая как он настойчиво рвался меня проводить до самого порога. — Ай! — махнула рукой и бросилась в комнату. — Ба, да остановись же ты! — выкрикнула я, вот только бабушка меня будто не слышала, уже и мои вещи закидывая в сумки. — Серёж… — я беспомощно повернулась к нему, но парень лишь плечами пожал.
— Не знаю, что тут произошло, но может она и права, — вздыхая говорит и как-то печально отводит взгляд.
У меня всё аж опустилось внутри. Ну вот как так? Ведь всё было уже хорошо, и тут нате вам! А у самой руки так и чешутся придушить того, кто заварил всю эту кашу, и что-то мне подсказывает — знаю я кто за этим стоит, вот только доказать ничего не смогу.
— Ба, можно я хоть с девчонками схожу попрощаюсь? И вещи там заберу.
— По дороге на автобус зайдём, попрощаешься и всё заберёшь, — непривычно жёстко отрезала она.
— Но куда мы поедем? — опешила я, окончательно осознав, что бабушка не шутит.
— В Питер, куда же ещё, — отвечает.
Стою беспомощно хлопая глазами, и хоть бы объяснила что-то так нет же! Хотя… Откуда ей знать — что? Ясно только одно — кто-то ворвался в квартиру, когда бабуля была в ванной, и слава богам она не додумалась выйти наружу, услышав шум, а дверь там прочная и щеколда капитальная, вот выбить и не смогли. И в итоге, кто здесь был она не видела.
Соседи тоже хороши! Как сплетни собрать, так они и самый тихий шёпот услышат, а тут всю квартиру вверх дном перевернули, грохот наверняка неимоверный стоял, а все сделали вид, что ничегошеньки не слышат! Ну ладно за стеной тётя Валя одна живёт, она на работе была, но в остальных-то квартирах все срочно оглохли что ли? И снизу, там мужик довольно молодой, лет тридцати. Но не вышел же даже никто, не говоря уж о том, чтобы милицию вызвать.
Спустя примерно четверть часа, мы с бабушкой и Серёгой, закрыв дверь на несколько замков и обвешавшись торбами по самые уши, вышли из некогда родного двора. Смеркается. Бабуля шарахается от каждого шороха, непрестанно с опаской косясь по сторонам, что и не мудрено. Очутившись в интернате, я быстро сбегала наверх, в спальный корпус. Невзирая на удивлённые взгляды девчонок собрала вещи. Карина пыталась выспросить у меня что же произошло, а я толком ничего объяснить не смогла.
 
— Просто так надо, — не желая при Марьяне рассказывать о случившемся, отозвалась я, чем немало удивила подругу. — Сергей потом тебе всё расскажет.
— Я вас до остановки провожу, — поджав губы решила Карина. — Мариш, прости, посидишь пока одна? — обернулась она к нашей однокласснице.
— Угу. Ничего страшного, — отозвалась девушка. — Я книжку почитаю.
Вниз шли всей толпой. Молча. Видно было, что Карина недоумевает, ведь этот мой поступок ставит крест на большей части планов, в очередной раз, в корне меняя историю.
— Лен, ты что, на каникулы куда-то уезжаешь? — уточняет Марьяна, спустившаяся проводить нас до выхода из здания.
— Нет, — едва слышно выдавила я, а у самой слёзы в глазах стоят и ком обиды в горле.
— Насовсем уезжаешь? — уставилась на меня она, окидывая взглядом немалое количество торб в руках у бабушки и Сергея.
— Да, — ответила за меня бабушка. — Документы из школы по почте запросим.
С Марьяной я просто обнялась на прощание. Мы не были слишком близки и расставание с ней меня не особо-то расстраивало. Остальные пошли с нами до остановки. По пути, Каринка прихватив меня за рукав немного притормозила. И выудив из кармана белый полиэтиленовый пакетик, вручила, со словами:
— Мало ли как там всё дальше пойдёт, — говорит. — Тут я заранее браслеты те сплела. Если что… В общем, слова ты знаешь. Соберёшь кого сможешь.
— А тебе? — я взглядом указала на пакетик у себя в руке.
— У меня ещё есть.
— Что-то мне не нравится твой настрой, — буркнула я.
— Лучше скажи, что произошло, — ушла от ответа она.
— Кто-то вломился в квартиру, когда бабушка в ванной была и устроил погром, пытались вломиться к ней, требовали меня…
— У тебя ещё были враги? — спрашивает, и тут же сама себе в ответ машет рукой. — Знаю, что не было. И на что она ещё решится, тоже понятия не имею. Жаль, что всё так вышло…
— Жаль, — отозвалась я, смотря как к остановке, к которой мы уже подошли, подъезжает автобус.
— Береги себя. И пиши. Буду мобилу с собой таскать, — обнимая, прошептала подруга.
— И ты себя береги, — шмыгнув носом, попросила я.
— Серёж… — я взглянула на ставшего таким дорогим человечка и слова застряли в горле.
— Не время прощаться, провожу вас до вокзала, — произносит он. — А-то мало ли…
Ещё раз обнялась с Каринкой, у которой в глазах, как и у меня, блестели слёзы, заскочила в автобус. Стою, на задней площадке, смотря как уносятся в прошлое наши так тщательно выверенные мечты и планы. Сергей обнимает меня за плечи, забыв о том, что рядом бабушка и надо бы вести себя прилично, но нам сейчас не до этого. Вот мелькнули ворота гаража с написанными на них словами, что сохранятся тут и спустя десятилетия. И вход в лесничество уже скрылся за поворотом. С каждым оставшимся позади фрагментом пути словно кусок от сердца отрывается. Так грустно. Так больно. А рядом ОН. Тот, с кем теперь невесть как всё сложится. Ведь одно дело, когда мы были рядом, а другое…
— Я приеду к тебе… — словно отзываясь на мои мысли шепчет Сергей. — Можно?
— Когда? — отрываю от его груди зарёванное лицо.
— Аттестат получу и приеду. Попробую поступить у вас там. Дождёшься?
Дождёшься? Глупый!!! Да я уже от тоски с ума схожу, хотя ты ещё здесь, рядом!
Но это были лишь мысли.
— Буду ждать, — заглядывая в его глаза, будто надеясь там найти подтверждение его словам, прошептала я.
К тому моменту как мы доехали до вокзальной площади, на улице уже совсем темно стало. Благо в центре города фонари все исправно работают. И всё равно, теперь не только бабушка, но я невольно шарахаюсь от каждой тени.
 
С билетами проблем не возникло, видимо мало было желающих первого числа куда-то ехать. Как раз через полчаса после нашего приезда на вокзал, отправлялся поезд направляющийся в Питер. Сергей помог занести вещи в вагон, а потом… Потом я плюнула на приличия и прямо на перроне поцеловала его у всех на глазах.