Грёзы и чернила (СИ)

Но уже дома Майра с удивлением выяснила, что Древний заплатил даже не в три, а в пять раз больше, чем она брала на черном рынке за первоклассные воспоминания. Разложенный на одеяле ворох купюр и золотые кругляшки монет дразнили, обещали исполнить любые ее желания и капризы, оставалось только протянуть руку. И что теперь делать с этим богатством?
Вариантов была масса. Золото можно обменять на кристаллы для защиты дома, например. Древний побывал в ее квартире и мог вернуться в любой момент, если не предпринять меры. На сдачу, как постоянному клиенту, докинут пару флаконов эйфорических зелий — подспорье для любой, даже самой скучной вечеринки.
Деньги, полученные незаконным путем, жгли руки и умоляли поскорее от себя избавиться. Майра же чувствовала себя грязной, словно с головой искупалась в мутной черной луже и не приняла душ. Отмахиваясь от желания в десятый раз умыться, она чахла над своими сокровищами, то вздыхая, то заламывая руки.
— Если бы я знала, что буду так мучиться, ни за что бы не согласилась, — проворчала она вполголоса, обращаясь к одну из цветастых плакатов, но тот к ее моральным терзанием остался равнодушным.
Первое, что она сделала, перебравшись в свое убежище, так это развесила целую кучу постеров, да выставила на книжных полках батарею фигурок и комиксов в твердых переплетах. Со стороны ее жилище выглядело комнатой подростка, незрелого и кидающегося на все блестящее, но в том и был смысл. Атмосфера вечного праздника разительно отличалась от Логова, которое использовалось только для того, чтобы скоротать время, и которое никому не приходило в голову его украшать, а также от родного дома, воспоминания о котором можно было охарактеризовать двумя словами “серость” и “пыль”.
И да, Майра порой разговаривала с плакатами, как раньше привыкла беседовать с Баем или Саей. Ей никто не отвечал, но и чувство одиночества, одураченное фантомным присутствием кого-то еще, притуплялось.
Золото мягко светилось под люстрой с одной перегоревшей лампочкой, и пришло понимание, что следует сделать. Если она поторопится, то успеет перехватить их прежде, чем они покинут Логово для поиска пропитания этим вечером.
Деньги — это хорошо, думала Майра, петляя между домов в поисках алой буквы “М”. Теперь можно не волноваться о том, что ее воспоминания с наступлением холодов теряют в цене: стоило температуре опуститься, Древние искали другие способы развлечь себя. Бывшие боги отправлялись в теплые края или днями напролет пялились в телевизор. Узнав об этом, она никак не могла взять в толк — чем же так привлекает Древних смертный кинематограф? Пока не поняла, что фильмы и сериалы — те же воспоминания, за которые, впрочем, не обязательно платить.
Ну, а кто бы не радовался лишним деньгам? Однако, было бы еще лучше, если бы амброзия, на которую она возлагала столько надежд, работала как следует. Майра слегка наивно полагала — с подачи Древнего и его туманных обещаний, — что голод уймется сразу, но этого не произошло. Казалось, что он стал только сильнее, давил изнутри, вызывая тошноту. Сдавшись, она перехватила парочку снов в подземке и один — на автобусной остановке, у прикорнувшего юноши со смешными вихрами на затылке. Мнимой сытости хватило, чтобы убедить себя — всему, в том числе божественным нектарам, нужно время.
На тротуаре рядом с рестораном показались знакомые фигуры, и Майра ускорила шаг. Лео был уже здесь, так же как и Сая, цепляющаяся за его руку. Эти двое практически никогда не расставались — ни в Логове, ни на охоте за снами. Пожирательница снов щеголяла экстравагантным лаймовым пальто, и Майра инстинктивно притормозила, не уверенная, стоит ли подходить ближе. Инстинкты вопили бежать, куда глаза глядят.
От тряпки здорово фонило остаточной магией. Но даже выдохшаяся и просроченная, та могла принести немало неприятностей.
— Красиво, — лаконично отметила она, когда Сая покрутилась на обледеневшем асфальте, чтобы продемонстрировать обновку. — Где взяла?
Сая с лукавой улыбкой дернула плечиком:
 
— Где бы ни взяла, там уже пусто.
И больше ни слова, только глаза загадочно блестели под неоновым светом витрины.
— Где остальные?
— На месте, — Бай выскользнул из нутра ярко-желтого такси, хмурясь и всем видом показывая, что и вовсе не собирался приходить. Глубоко засунув руки в карманы, он оглядывал улицу сонными глазами, украдкой зевая. — Где Аврора?
— Опоздает, — равнодушно отозвался Лео, обнимая Саю за плечи. — Потом будет злиться, что мы ее не дождались. Ну, пошли?
Спустя четверть часа, когда в ресторан с криком “Десять минут — это не опоздала, а задержалась!” ворвалась Ро, потрясая над головой цветастым шарфом, как пиратским флагом, Майра наконец ощутила, что все в порядке.
В каком-то смысле так и было: Орфей и Древний остались позади, как страшный сон. Но теперь, в окружении таких же, как и она, Майра чувствовала себя эквилибристикой, шагающей по канату без страховки. Одно неверное движение, и ты разобьешься.
Пожиратели снов никогда не одобряли способ, которым она зарабатывала на жизнь. Для них сны смертных были ничем иным, как пропитанием — средством сохранить и поддерживать жизнь. Если дело касалось денег, то они предпочитали ни к чему не обязывающие подработки, от которых легко можно избавиться, если наскучит, и они не стеснялись ей об этом напоминать.
— Мы ждали тебя всю неделю, — произнесла Сая, смахивая в сторону челку, которая так и норовила скрыть из виду ее огромные оленьи глаза. — Где ты была?
В ее голосе отчетливо скользила претензия — “ты заставила нас волноваться”. Майра пожала плечами, не сводя взгляда с меню. Ну, конечно ждали. Убедиться, что она не влипла в неприятности и все еще жива, что с ее средством заработка всегда было большой удачей. Но Сая проницательна до безобразия, ей хватит и секунды, чтобы раскусить напускное равнодушие, а дальше дело техники. К допросу подключится и Лео, после чего Майра окажется под обстрелом неудобных вопросов. Они будут искать оговорки и несовпадения, чтобы снова сунуть нос в чужие дела. Забавно получается — пожиратели снов задавали ей вопросы, даже если ответы им совсем не нравились.
— Работала, — произнесла она ровно, стараясь на выдать волнения. Врать не хотелось, но и правду Майра сказать не могла. Да и как рассказать, что прошлой ночью она вломилась в дом чародея из Старшей Школы, чтобы его обворовать? Одно дело красть у смертных, которые даже не спохватятся, что лишились чего-то важного, но Орфей…
Следовало ей побеспокоиться и о другой стороне вопроса. Если ее друзья узнают, что она буквально нарушила закон — сознательно, почти не колеблясь, — они ее тут же порвут на куски. Пожиратели снов всегда держались друг за друга, но, если подставляется один — под ударом оказываются все. Проще уничтожить угрозу, чем разгребать созданные ей проблемы. Хватало и того, что они не испытывали восторга от ее “работы”.
— Много заработала? — Бай поднял глаза и криво усмехнулся. Его серые, почти прозрачные глаза прожигали в ее лице дыру. Он снова был разочарован, и его неодобрение Майра переносила хуже всего. Бай мог быть жестоким, если того хотел. Сколько раз он ранил ее одними словами, безошибочно выцеливая самое уязвимое место? Такова реальность — если ты подпускаешь кого-то слишком близко, то тем самым даешь ему оружие против тебя. И подставляешься под удар.
Но прежде чем Бай набросился бы на нее всерьез, Майра нашла в себе силы на вымученную улыбку. И кивнуть на тяжелую папку с меню, которую до боли сжимала в руке.
— Достаточно, чтобы угостить вас ужином.
Бай опасно прищурился, а затем метнул в Аврору странный, многозначительный взгляд, словно в продолжение давнего разговора. Покачал головой, открывая рот, чтобы возразить, но осекся в тот же момент, как на столе начала появляться заказанная едва.
Ресторан, который она выбрала, был не из дешевых. Позолоченная лепнина, тихая музыка под потолком и вышколенные официанты в белых рубашках, с должным почтением беседующие с гостями. Компания молодых людей в яркой одежде привлекла внимание буквально на пару минут, но Майра так и не смогла избавиться от ощущения, что на них смотрят с некоторым подозрением, как будто они вот-вот смоются, не заплатив, или вытащат из пальто в гардеробной кошелек.