Плач волка (ЛП)

Ей тяжело пережить то, как Лео с ней обращался, но, в конце концов, она все-таки выкарабкалась. Хотя говорила, что ей некуда идти, но если бы Чарльз не отвлек ее, она бы сбежала от него.
Усталость, которую он чувствовал сейчас, и боль от обращения стоили того. Он долго искал Анну и не собирался терять ее сейчас
Было странно лежать с женщиной в этой постели, но в то же время ему казалось, что она всегда была там. Она принадлежала ему. Ее рука лежала на ране на его груди, но он проигнорировал боль.
Она принадлежала ему.
Голос маррока ворвался в его мысли, обдав теплым потоком.
«Похороны состоятся в девять утра. Если не сможешь прийти, дай мне знать. Сэмюэль будет там, он захочет взглянуть на твои раны позже».
Бран не был настоящим телепатом, он мог посылать свои мысли, но не получать чужие.
Сэмюэль однажды сказал Чарльзу, что Бран не всегда был способен на это, но после того как стал альфой, у него развился этот талант.
«И мне кое-что от тебя нужно…»
Голос отца затих, и Чарльз понял, что ему не суждено услышать окончание фразы. Или, возможно, его отец не хотел, чтобы он это слышал.
Чарльз никогда не сомневался в вере отца в Бога или вере деда в духов, потому что чувствовал их. Бог редко разговаривал с ним, хотя иногда предупреждал об опасности или утешал и придавал сил. Но духи были более требовательными, хотя часто и менее благожелательными, и Чарльз научился распознавать, когда один из них касался его.
— Прости, — прошептал он Анне и потянулся к телефону, который, к счастью, был не слишком далеко с его стороны кровати.
Но она не пошевелилась.
Он набрал номер мобильного телефона своего отца.
— Ты не можешь прийти на похороны? Тебе хуже?
Даже не взглянув на определитель номера, его отец всегда знал, кто звонит. С Чарльзом он давно перестал тратить время на приветствия и сразу перешел к делу.
— Я в порядке, папа, — сказал Чарльз. Мышцы Анны немного напряглись, когда она проснулась. — Но ты хотел мне сказать что-то еще.
Последовала пауза.
— Если бы знал, что твоя мать была дочерью шамана, я бы никогда не взял ее в супруги.
Бран говорил это с тех пор, как у сына начали проявляться таланты матери. Чарльз улыбнулся, его отец знал, что не мог солгать своим сыновьям, даже по телефону.
— Отлично, — произнес Бран, когда Чарльз продолжал молчать. От разочарования его голос стал резким. — В дикой местности гор произошло убийство. Пару дней назад, в последний день сезона, охотника на лося разорвали на куски. Один из наших контактов с рейнджерами сказал мне об этом. Это будет в газетах завтра. Они официально обвиняют в этом гризли.
— Бродячий волк? — спросил Чарльз.
— Может быть. Или, может, кто-то пытается убедить меня, что рассказать всем об оборотнях было плохой идеей.
Анна очень тихо лежала рядом с Чарльзом. Она проснулась и слушала разговор.
— Дикая местность находится прямо у нас на заднем дворе, очень удобно, чтобы я наверняка получил сообщение, — продолжил Бран. — У нас в Монтане не было бродячих уже пятнадцать или двадцать лет.
Большинство из оборотней были достаточно умны, чтобы держаться подальше от личной территории маррока.
— Примерно месяц назад у рейнджеров также был отчет о каком-то монстре, с которым столкнулся аспирант. Это произошло в нескольких милях от того места, где нашли мертвого охотника.
Студент сказал, что этот монстр вышел из леса. Он зарычал на него и сверкнул клыками и когтями. Все решили, что это был кугуар, а студент настолько перепугался, что мог не сразу его узнать. Но он утверждал, что это был монстр, пока его не вынудили изменить свою историю.
— Почему он выжил? — спросил Чарльз и почувствовал, как Анна напряглась еще больше. Она неправильно поняла его вопрос. Поэтому он продолжил, больше ради нее, чем ради своего отца: — Если это был бродячий, он не позволил бы студенту уйти.
Ему давно не приходилось убивать свидетеля. Оборотни позволяли людям придумать объяснение и использовали всеобщее неверие в сверхъестественное в свою пользу. На северо-западе часто ходили истории о Биг Футе. После того как новичок из орегонской стаи однажды повредил автомобиль людей, в котором власти обвинили Биг Фута, волки в шутку начали создавать его следы.
 
— Студент сказал, что какой-то сумасшедший старик с ножом выскочил из ниоткуда и велел ему бежать, — ответил Бран. — Он так и сделал.
Чарльз переваривал эту информацию целую минуту.
— Сумасшедший старик, который случайно оказался там как раз в тот момент, когда оборотень решил убить этого ребенка? Старик даже не замедлил бы оборотня.
— Я не говорил, что в этой истории есть смысл, — сухо произнес Бран. — И мы не уверены, что монстр был оборотнем. Я не обращал на это никакого внимания, пока не убили охотника в том же районе всего месяц спустя.
— А что насчет этого убийства? Ты уверен, что охотник стал жертвой оборотня?
— Моим информатором была Хизер Моррелл. Она отличает убийство гризли от убийства оборотня.
Хизер была человеком, но выросла в Аспен Крик.
— Хорошо, — согласился Чарльз. — Ты хочешь, чтобы я проверил это?
Пройдет несколько дней, прежде чем я наберусь сил. — И он не хотел оставлять Анну. — Ты можешь послать кого-нибудь другого? Другой оборотень должен быть достаточно доминирующим, чтобы контролировать бродячего волка.
— Я не хочу посылать кого-либо на верную смерть.
— Только меня, — тоже сухим тоном произнес Чарльз.
— Только тебя, — вежливо согласился Бран. — Но не хочу, чтобы тебя ранили. Сэмюэль будет на похоронах. Он может заменить тебя.
— Ты не можешь послать Сэмюэля, — резко сказал Чарльз. У него было не просто плохое предчувствие. Иногда духи матери немного помогали ему планировать будущее.
На этот раз его отец молча ждал продолжения. Поэтому Чарльз попытался понять, почему это такая плохая идея, и ему не понравился ответ, который он получил.
— С тех пор как Сэмюэль вернулся из Техаса, с ним что-то не так, — наконец выдал Чарльз.
— Он ведет себя как самоубийца, — закончил за него Бран. — Я отослал его к Мерси, чтобы посмотреть, сможет ли она вытрясти из него информацию. Вот почему я отправил тебя в Чикаго, а не в Вашингтон.
Бедная Мерси, бедный Сэмюэль. Чарльз провел пальцем по руке Анны. Слава Богу и спасибо всем духам, что отец никогда не пытался сватать его. Чарльз посмотрел на Анну и подумал, слава Богу, что отец отправил его, а не Сэмюэля, в Чикаго.
Духи ответили на его импульсивную молитву и вмешались.
— Сэмюэль — крепкий орешек, — сказал он, просматривая предупреждающие образы, которые послали ему духи. — Но он целитель. Не думаю, что охота нужна ему в данной ситуации. Я пойду. Придется подождать пару дней, но я пойду. — Беспокойство, которое не отпускало его с тех пор, как с ним связался отец, улеглось. Его решение казалось правильным.
Бран так не думал.
— Вчера ты получил три серебряные пули, или я что-то забыл? И ты потерял контроль сегодня утром.
— Две пули и царапина, — поправил Чарльз. — Так что буду немного прихрамывать на тропе. И сейчас я контролирую себя лучше.
— Ты позволишь Сэмюэлю осмотреть тебя, тогда и поговорим, — бросил отец и повесил трубку. Но его голос продолжал звучать в голове Чарльза: «Я не хочу потерять своих детей».
Чарльз положил трубку и обратился к Анне:
— Спрашивай.
— Маррок собирается вывести оборотней на всеобщее обозрение? — спросила она недоверчивым тоном.
— Он думает, что уже и так слишком много не тех людей знают о нас, — сказал Чарльз. — Из-за науки и интернета нам все труднее скрываться. Отец надеется, что сможет лучше контролировать ситуацию, если сам инициирует поток информации, а не станет ждать, пока наши враги или какой-нибудь невинный идиот решат сделать это за нас.
Анна расслабилась рядом с ним.
— Это сделает жизнь интереснее.
Чарльз рассмеялся, прижал ее к себе и, наконец, провалился в сон.