Плач волка (ЛП)

Анна кивнула:
— «Хамви» стоит в начале дороги. Мы оставили в нем ключи. Думаю, что машина Асила где-то там, но я не знаю где.
Лицо Тэга на мгновение застыло, как будто он прислушивался к чему-то, чего она не могла слышать. Он слегка улыбнулся ей и пару раз постучал себя по виску.
— Бран знает. Мы вернем их. Ты в порядке, сможешь доехать обратно?
Это был хороший вопрос, и она сомневалась, сказала ли правду, когда ответила:
— Да.
— Хорошо. — Двигатель заурчал, когда Тэг переключил передачу, но не тронулся с места и не поднял окно. Вместо этого нерешительно произнес: — Что-то случилось… Я чувствовал такое…
— Ведьма, — твердо сказала Анна.
Если Бран хотел, чтобы все знали о том, что с ним сделала ведьма Асила, он мог рассказать все сам. Она подняла окно и снова выехала на дорогу.
Анна волновалась, что не сможет найти дом Чарльза, но справилась просто замечательно. Дом выглядел уютным и безопасным, покрытым свежевыпавшим снегом.
Она впустила всех в дом и, пошатываясь, направилась в ванную, затем в спальню. Сняла с себя грязную и мокрую одежду, затем забралась под одеяло в нижнем белье. Она заснула, пока трое волков разбирались, как им разместиться с ней на кровати.
— С ней все в порядке? — спросил Бран.
Чарльз закрыл глаза и прислушался. Он мог подтвердить только то, что связь между ним и его парой была сильной и незыблемой. Он пока не мог сказать, что будет означать их связь, какие дары принесет. Однако его уши сообщили ему, что она поет.
— Она справится, — ответил он.
Асил поднял свою чашку чая в знак приветствия. Как и его отец, Асил только что принял душ и надел спортивные штаны.
По дороге проехала машина и припарковалась перед домом.
— Это моя машина, — заметил Асил, не потрудившись встать.
Сейдж открыла дверь без стука и осторожно заглянула в комнату. Увидев Брана, отряхнула снег с ботинок и вошла внутрь.
— Кому-то нужно разгрести снег, — заявила она Чарльзу. — Асил, я пригнала твою машину, и ты можешь забрать ее обратно, если подбросишь меня до моего дома.
— Уборка закончена? — мягко спросил Бран.
Сейдж кивнула.
— Тэг говорит, что да. Он отвез пикап Чарльза в крематорий, чтобы позаботиться о телах. И передал, что пепел волка рассыплют в обычном месте, и у него есть четыре фунта соли, чтобы смешать с пеплом ведьмы. Он принесет результаты к тебе домой для утилизации.
— Очень хорошо, — сказал Бран. — Спасибо.
Пока Сейдж говорила, Асил собрал свою грязную посуду и отнес ее на кухню.
— Я пойду с Сейдж. — Он глубоко вздохнул, затем официально поклонился Брану. — О том, что я тебе не рассказал… Я буду ожидать твоего визита в ближайшие несколько дней.
Сейдж резко дернулась, но Бран вздохнул.
— Ты немного староват для порки. Мне нечего сказать тебе такого, чего ты еще сам не знаешь. — Он поднял бровь. — Если только за тобой не охотится другая ведьма или что-то похуже, что может поставить под угрозу стаю? Нет? Тогда иди домой и немного отдохни, старый друг. — Он сделал глоток чая, а затем продолжил: — Надеюсь, это означает, что ты перестанешь просить меня убить тебя. У меня от этого несварение желудка.
Асил улыбнулся.
— Я буду и дальше вызывать у тебя несварение желудка, но, вероятно, не по этой причине. По крайней мере, не скоро. — Он повернулся к Чарльзу и отвесил ему такой же официальный поклон. — Спасибо за твою помощь.
Чарльз кивнул в сторону ванной, где все еще работал душ.
— Анна убила ведьму.
Улыбка Асила стала лукавой.
— Тогда мне придется поблагодарить ее должным образом.
Чарльз холодно посмотрел ему в глаза.
— Просто сделай это.
Асил запрокинул голову и рассмеялся. Потом взял Сейдж за плечо и вывел ее, ступив босыми ногами в снег, даже не поморщившись.
После того, как машина отъехала, Бран проговорил:
— У тебя все еще будут проблемы с ним, но он больше не станет так серьезно тебя доставать. Думаю, я тоже пойду домой. Лия начнет беспокоиться.
Чарльз отмахнулся от упоминания об Асиле, его больше беспокоили другие вопросы.
— Ты уверен? Мы приглашаем тебя остаться здесь еще на некоторое время.
 
Он никогда не забудет того берсерка, который скрывался за беззаботным фасадом его отца.
Бран улыбнулся, но это только подчеркнуло затравленный взгляд в его глазах.
— Я в порядке. Позаботься о своей паре и дай мне знать, когда захочешь провести официальную церемонию. Я бы желал, чтобы она как можно скорее официально присоединилась к стае. На этой неделе полнолуние.
— Это полнолуние подойдет. — Чарльз скрестил руки на груди и наклонил голову. — Но ты, видимо, слишком устал, если считаешь, что можешь мне так лгать.
Бран, который был на полпути к двери, обернулся. На этот раз улыбка осветила его глаза.
— Ты слишком много беспокоишься. Как насчет «Со мной все будет в порядке». Так лучше?
Это была правда.
— Если у тебя возникнут проблемы, позвони мне, и я сразу же приведу Анну.
Бран кивнул и ушел, так и не успокоив Чарльза. Только когда Анна, теплая и влажная после душа, вошла в комнату, насвистывая знакомую мелодию, его беспокойство за Брана улеглось.
— Она мертва, — сказала она ему.
— Кто мертва? — спросил он ее, затем подумал о мелодии и улыбнулся.
— Динь-дон, ведьма мертва, — пояснила она, садясь рядом с ним. — И хороший человек тоже. Мы празднуем или скорбим?
— Это вечный вопрос, — ответил он.
Она постучала пальцем по столу.
— Он был хорошим человеком. Он заслужил счастливый конец.
Чарльз накрыл ее пальцы своими, подыскивая нужные слова, но они не приходили.
Через мгновение она прислонилась лбом к его плечу.
— Ты мог умереть.
— Да.
— И я тоже.
— Да.
— Думаю, я воспользуюсь счастливым концом, который он нам подарил, и сделаю так, чтобы это имело значение. — Анна крепко обняла его обеими руками. — Я люблю тебя.
Чарльз посадил ее к себе на колени. Его руки дрожали, и он был очень осторожен, чтобы не обнимать ее крепко и не причинить боли.
— Я тоже тебя люблю.
Спустя долгое время она подняла глаза.
— Ты голоден?
***
Бран почувствовал, как монстр беспокойно зашевелился, когда вышел из дома сына.
Он полагал, что, наконец-то, запер его в клетке, но неприятно было обнаружить, что клетка, которую изобрел, сломана.
В последний раз он чувствовал себя так, когда умерла Голубая Сойка. Он держал зверя на тончайших нитях самоконтроля, и это напугало его. Он не мог позволить себе снова полюбить кого-то так сильно.
Еще было темно, когда он припарковался в гараже. Они проспали сутки в доме Чарльза, и до рассвета оставалось еще пару часов. Он тихо вошел в свой дом и осторожно поднялся по лестнице.
Лии не было в ее комнате.
Еще до того, как подошел к двери, он знал, что она спит в его постели. Он тихо вошел и закрыл за собой дверь.
Свернувшись калачиком на его стороне кровати, Лия обняла подушку.
В нем проснулась нежность, спящая она выглядела мягкой и уязвимой.
Бран отбросил нежность — слишком много кругом опасности. Он знал, что сыновья никогда не понимали его брака и спаривания. Ему потребовалось несколько лет после смерти Голубой Сойки, чтобы найти Лию, женщину настолько эгоистичную и глупую, что он не сомневался, что никогда не сможет по-настоящему ее полюбить. Но любовь не считалась необходимой для брачных уз, главное принятие и доверие, а любовь шла бонусом, который Бран не мог себе позволить.
С Голубой Сойкой он обнаружил, что брачные узы оказались поводком для зверя, и не нужно тратить много сил для контроля над ним. Брану нужны были брачные узы, чтобы сдерживать монстра, которым он мог стать, но не мог позволить себе потерять того, кого любил так, как Голубую сойку. Поэтому нашел приемлемый компромисс в лице Лии.
С шумом он снял с себя одежду. Лия проснулась, когда толстовка упала на пол.