Плач волка (ЛП)

Бойд покорно склонил голову.
Бран забрал у Анны коробку, сунул ее под мышку и протянул ей другую руку в старомодном жесте. Она легонько взяла его под локоть, и он проводил ее до внедорожника
Он шел медленно и спокойно, а ей хотелось бежать.
Маррок быстро ехал обратно в особняк стаи западного пригорода, хотя не нарушал никаких правил дорожного движения.
— Большинство волков не смогли бы вырваться из камеры заключения, — мягко сказал он. — В решетках есть серебро, но Чарльз — сын своей матери. Она никогда бы не позволила удержать себя чему-то столь обыденному, как несколько решеток и укрепленная дверь.
Почему-то Анну не удивило, что Бран знал, как была устроена камера стаи.
— Мать Чарльза была ведьмой? — Анна никогда не встречала ведьм, но слышала про них истории. И, с тех пор как стала оборотнем, научилась верить в магию.
— Можно и так сказать. Я даже не уверен, что она творила магию. Салишиане не создавали магию или волшебство. Для них это было естественно. Однако, кем бы она ни была, ее сын похож на нее.
— Что произойдет, если он вырвется?
— Будет лучше, если мы доберемся туда до того, как это произойдет, — только и произнес он.
Они съехали с автострады, и волк снизил скорость до установленного ограничения. Он ритмично постукивал пальцами по рулю, только этим и выказывая нетерпение. Когда Бран остановил машину перед особняком, Анна выскочила наружу и побежала к входной двери. Казалось, маррок не спешил, но каким-то образом оказался там раньше нее и открыл дверь.
Анна помчалась по коридору и, перепрыгивая через три ступеньки, спустилась в подвал. Бран держался за ее плечом. Отсутствие шума внизу не обнадеживало.
Камера отличалась от обычной комнаты стальной дверью и укрепленной рамой. Но большие куски штукатурки отвалились от стены с обеих сторон двери, и теперь можно было увидеть серебряные и стальные прутья, которые встроены в стену. Обои внутри комнаты свисали полосками, как занавес, не давая Анне заглянуть внутрь.
Перед дверью стояли трое волков в человеческом обличье, и она могла чувствовать их страх. Они знали, кто был в той комнате. Хотя бы один из них видел, как он убивал Лео, хотя в Чарльза дважды стреляли серебряными пулями.
— Чарльз, — упрекнул Бран.
Волк зарычал в ответ, и в этом рычании слышалась ярость.
— Болты выкручивались из петель, сэр. Сами по себе, — нервно
поведал один из волков, и Анна поняла, что он держал в руках отвертку.
— Да, — спокойно отреагировал Бран. — Полагаю, что так оно и было. Мой сын плохо реагирует на серебро и еще хуже на плен. Возможно, вам было безопаснее выпустить его… или нет. Приношу свои извинения за то, что оставил вас здесь одних, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Я думал, что он в лучшей форме. Кажется, я недооценил влияние Анны.
Он протянул ей руку. Разъяренный волк беспокоил ее не так сильно, как мужчины, стоявшие в подвале. Стены коридора слишком узкие, и ей не нравилось, что волков так много рядом с ней.
— Иди сюда, Анна, — позвал Бран. Хотя его голос звучал мягко, это была команда.
Она протиснулась мимо волков, глядя под ноги, а не на лица. Когда Бран взял ее за локоть, Чарльз свирепо зарычал. Хотя Анна не понимала, как он мог что-то увидеть сквозь оборванные обои.
Бран улыбнулся и убрал руку.
— Прекрасно. Но ты пугаешь ее.
Рычание мгновенно стало тише.
— Поговори с ним немного, — посоветовал ей Бран. — Я ненадолго отведу остальных наверх. Когда тебе будет удобно, открой дверь. Но, возможно, стоит немного подождать, пока он перестанет рычать.
И они оставили ее одну. Видимо, она была сумасшедшей, потому что сразу почувствовала себя в большей безопасности, чем за весь день. Она чуть не опьянела от спокойствия. Обои затрепетали, когда Чарльз прошелся за стеной, и она мельком увидела его рыжий мех.
— Что с тобой случилось? — спросила она. — Ты был в порядке, когда мы уезжали этим утром.
В волчьей форме он не мог ответить, но рычать перестал.
— Мне жаль, — сказала она. — Но остальные упаковывают вещи в моей квартире, и я должна была быть там. И мне нужно купить одежду для себя, пока трейлер с моими вещами не доберется до Монтаны.
 
Чарльз ударил в дверь. Недостаточно сильно, чтобы нанести урон, но явно сердито.
Анна колебалась, но он перестал рычать. Пожав плечами, она отодвинула засов и открыла дверь. Чарльз был крупнее, чем она помнила, или, может, он казался больше потому, что скалил клыки. Кровь сочилась из раны на его левой задней лапе. Из двух дырочек от пуль между ребер кровь текла сильнее.
Когда Анна уходила, комната выглядела прекрасно, красиво обставленной. Чарльз содрал большие куски штукатурки со всех четырех стен, а также с потолка. Обрывки матраса устилали комнату вперемешку с останками комода.
Анна присвистнула, глядя на разрушения.
— Обалдеть.
Прихрамывая, Чарльз подошел к ней и тщательно обнюхал ее с головы до ног. Скрипнула лестница, и волк с рычанием развернулся, встав между ней и незваным гостем.
Бран сидел на верхней ступеньке лестницы.
— Я не собираюсь ее трогать, — сказал он, затем посмотрел на Анну. — Не знаю, как много он понимает прямо сейчас. Но думаю, что ему будет лучше у себя дома. Я позвонил нашему пилоту, и он готов вылететь.
— Я рассчитывала, что у нас еще пара дней впереди. — Анну затошнило от страха. Чикаго был ее домом. — Я должна позвонить на работу и предупредить Мика, что ухожу, чтобы он мог найти другую официантку. И у меня не было возможности поговорить со своей соседкой и рассказать ей, что происходит. — Кара станет волноваться.
— Мне нужно сегодня вернуться в Монтану, — заявил Бран. — Завтра утром будут похороны моего друга, который недавно умер. Я собирался оставить вас здесь, чтобы вы последовали за мной позже, но не думаю, что это хорошая идея. — Он кивнул на Чарльза. — Он выздоравливает не так хорошо, как я надеялся. Мне нужно отвезти его домой и осмотреть. У меня есть сотовый телефон. Ты можешь позвонить своей соседке и Мику и все им объяснить?
Анна посмотрела на волка, который встал между ней и своим отцом, чтобы защитить ее. Он не в первый раз делал что-то подобное.
Кроме того, какой у нее был выбор? Остаться в чикагской стае?
Возможно, Бойд лучше Лео, но у нее нет желания оставаться с ними.
Она положила руку на спину Чарльза и провела рукой по его шерсти. Ей даже не пришлось наклоняться, чтобы сделать это.
Чарльз был большим оборотнем. Он сделал шаг назад и прижался к ней, не сводя глаз с Брана.
— Хорошо, — ответила она. — Дай мне свой телефон.
Бран улыбнулся и протянул мобильный. Чарльз не сдвинулся с места и холодно взирал на своего отца, Анне пришлось потянуться через него, чтобы взять телефон. Она рассмеялась, и ее веселье помогло убедить Кару в том, что едет в Монтану потому, что ей этого хочется.
  
Глава 2
 
После катастрофы, случившейся утром, Анна боялась лететь на самолете в Монтану. Особенно на маленьком двухмоторном «Лире», рассчитанном на шесть пассажиров, к которому их привел Бран. И это будет ее первый в жизни полет.
Бран занял место второго пилота, а Чарльз толкнул ее носом мимо первого ряда пассажирских сидений, обращенных вперед, и воззрился на пару сидений, расположенных спиной к пилотам, словно говоря ей садиться там. Кроме них, в салоне самолета больше никого не было. Анна поставила коробку со своими вещами на сиденье рядом с собой, пристегнулась и стала ждать взлета. Волк же устроился на полу и положил голову ей на ноги.
Она не ожидала, что ей будет весело, особенно когда Чарльз выглядел таким недовольным. Он лежал напряженный и угрюмый у ее ног, тихо рыча, когда самолет немного покачивало.
Полет на маленьком самолете походил на самый высокий аттракцион в мире. Спокойный, как колесо обозрения, но с примесью опасности, и от этого становилось еще интереснее. Вряд ли они упадут с неба, но карнавальное колесо обозрения может отсоединиться и покатиться по земле. Но ни с одного колеса обозрения в мире не открывалось такого вида, как из окна самолета.