Плач волка (ЛП)

— Я уже говорил с ним, — быстро ответил Сэмюэль.
— Он не против, что ты возьмешь верх? — Чарльз в это не верил.
Возможно, другой волк смог бы смириться, но не Адам
Сэмюэль расслабился, прислонившись к стойке, и ухмыльнулся.
— Я не собираюсь забирать его стаю, старик. Просто вторгнуться на его территорию, как любой другой волк-одиночка. Он сказал, что его это устраивает.
Выражение лица маррока тщательно нейтральное, и Чарльз знал, что его отца что-то беспокоит. За последние два года, с тех пор как Сэмюэль вернулся из Техаса, были ночи, когда только благодаря стае он держал себя в руках. А у одинокого волка нет стаи, на которую можно было бы опереться.
Сэмюэль, как и Бран, и Асил был старым. Старый волк опасен для оборотней. Возраст никогда особо не беспокоил Сэмюэля, пока он не вернулся несколько лет назад после более чем десятилетней жизни в одиночестве.
— Конечно, — продолжил Сэмюэль, — он не знает, что я переезжаю к Мерси.
Адам был неравнодушен к маленькому койоту, внезапно вспомнил Чарльз.
— Значит, Мерседес решила простить тебя?
— Простить? — Глаза Сэмюэля полезли на лоб, но впервые за долгое время взгляд стал спокойным. — Она никогда не прощает, когда может поквитаться.
— Так как ты уговорил ее согласиться на твой переезд?
— Она еще не согласилась, — спокойно сказал он. — Но она это сделает. — Какой бы план он ни задумал, в его глазах засияла прежняя жизнерадостность. Бран тоже это увидел, и Чарльз понял, что отец принял решение.
— Хорошо, — резко произнес Бран. — Можешь идти. Я думаю, так будет лучше.
Возможно, с Сэмюэлем было что-то не так, и возвращение в Аспен Крик ничуть не улучшило ситуацию. Возможно, Мерседес повезет больше. Она не убила Сэмюэля или Брана, если уж на то пошло, за то, что они поставили ее на линию огня.
Чарльзу надоело лежать в нижнем белье, поэтому он сел, стараясь отогнать звон в ушах, который грозил снова свалить его на стол.
— Как ощущения? — спросил Сэмюэль, вернувшись в режим доктора.
Чарльз закрыл глаза и прислушался к себе.
— Мне больше не хочется выломать дверь и сбежать, но, возможно, это просто потому что ты закончил самое худшее.
Сэмюэль ухмыльнулся.
— Нет. Я мог бы помучить тебя еще немного, если бы захотел.
Чарльз бросил на него мрачный взгляд.
— Мне намного лучше, спасибо.
Ему было больно, но впервые с тех пор как его подстрелили, чувствовал себя лучше. Он задавался вопросом, почему отравление серебром заставило его так защищать Анну. Он никогда не чувствовал ничего подобного.
— Хорошо. — Сэмюэль посмотрел на отца. — Не завтра и не послезавтра. Если бы на его месте был кто-то другой, я бы сказал тебе подождать, по крайней мере, десять дней, но он выносливый и не глупый. Без серебра он выздоровеет почти так же быстро, как обычно. После среды незнакомые люди даже не заметят, что что-то не так. И никакой идиот не станет нападать, решив, что сможет справиться с ним. Но если ты отправляешь его сражаться со стаей в одиночку, тебе придется отправить с ним подкрепление или подождать пару недель.
Чарльз посмотрел на своего отца, ожидая его решения.
Он не любил бегать с кем-то в середине зимы, эти горы не очень любили путешественников. Тем не менее он мог выполнить работу лучше, чем кто-либо другой, раненый или нет, особенно если виноват был не просто какой-нибудь бродячий волк, а совершено нападение на территорию его отца.
Наконец, Бран кивнул:
— Я не хочу спешить. Отдохнешь неделю.
— Что ты собираешься делать с Асилом? — спросил Чарльз. — Несмотря на все усилия преподобного Митчелла, Сэмюэля и самого дока Уоллеса, стая сейчас не в себе. Если тебе придется убить его, будут последствия.
Бран слабо улыбнулся.
— Я знаю. Месяц назад Асил пришел ко мне с жалобой на свои сны и начал просить меня снова избавить его от страданий. Обычно я бы не беспокоился об этом, но…
— Что ему снится? — спросил Сэмюэль.
— Его мертвая пара, — сказал Бран. — Ее замучили до смерти. Он не хочет говорить об этом, хотя знаю, что чувствует себя виноватым, потому что путешествовал, когда это случилось. Он сказал мне, что перестал видеть сны об этом, когда присоединился к нашей стае, но в прошлом месяце они начались снова. Он просыпается дезориентированным и иногда не там, где ложился спать.
 
Опасно выпускать на волю волка с могуществом мавра.
— Ты считаешь, что стоит повременить с его убийством? — спросил Сэмюэль.
Бран искренне улыбнулся.
— Да, это может подождать. У нас есть омега, которая может помочь ему. — Он посмотрел на Чарльза и улыбнулся шире, показав клыки. — Она не оставит тебя ради него, Чарльз, что бы ни говорил Асил, стараясь подергать тебя за хвост.
****
Хотя гостиная и была дорого обставлена, все равно выглядела теплой и по-домашнему, решила Анна. Но это не ее дом. Она беспокойно бродила по комнатам, прежде чем, наконец, обосновалась в спальне, сев в углу на полу, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Она не собиралась плакать. Это было глупо, ведь она даже толком не знала, почему так расстроена.
Ее беспокоило, что ее отослали, и в то же время почувствовала прилив облегчения, когда осталась одна в машине.
Оборотни и насилие, оборотни и смерть, они сочетались, как бананы и арахисовое масло. Возможно, здесь это не было так заметно, как в Чикаго, но все они монстры.
Это не вина здешних волков, они просто пытались жить, как могли, с этим проклятием, превратившим их в хищных зверей. Даже Чарльз. Даже маррок. Даже она. В жизни оборотня были правила, иногда человеку приходилось убивать своего лучшего друга ради всеобщего блага. Человеческие партнеры старели, в то время как оборотни оставались молодыми. Волки, подобные Асилу, пытались вынудить других напасть на них, потому что хотели умереть… или убивать.
Анна прерывисто вздохнула. Если бы кто-то убил Лео и его подругу много лет назад, многие люди остались бы живы, а она сама стала бы выпускницей Северо-Западного университета со степенью по теории музыки вместо… Чего?
Ей нужно найти работу, цель и жизнь за пределами оборотней. Работа официанткой спасла ее не только благодаря зарплате. Трудно предаваться жалости к себе, когда вкалываешь не покладая рук по восемь-десять часов в день. Однако почему-то она сомневалась, что здесь найдет работу официантки.
Раздался звонок в дверь.
Анна вскочила и быстро вытерла щеки, но ее лицо оказалось сухим. Снова раздался звонок, поэтому она поспешила открыть входную дверь. Она была так рада побыть несколько минут наедине, но теперь хотела только отвлечься от своих мыслей.
Она мельком увидела серый «Лексус», прежде чем ее внимание привлекла женщина, что стояла на крыльце. Выражение ее лица было добродушным и дружелюбным. У нее темно-русые волосы, аккуратно заплетенные во французскую косу, и почти такие же длинные, как у Чарльза.
По запаху Анна поняла, что она оборотень.
Женщина улыбнулась и протянула руку:
— Я Лия.
— Жена маррока.
Анна пожала ее руку и быстро отпустила
— Давайте зайдем и поболтаем, хорошо? — любезно предложила женщина.
Чарльзу не нравилась его мачеха, как и самолеты, автомобили и мобильные телефоны, если уж на то пошло. Кроме этого, у нее нет причин для беспокойства. Более того, она не знала, как отказать ей, не обидев.
— Входите, — вежливо пригласила она, отступая назад.
Жена маррока быстро прошла мимо нее в гостиную. Оказавшись внутри, она замедлила шаг, внимательно осматривая комнату, как будто видела ее впервые. У Анны возникло неприятное чувство, что она совершила ошибку, впустив эту женщину. Возможно, Чарльз не впускал Лию в свой дом. Потому что она с интересом все осматривала.
Или, возможно, это просто игра, чтобы показать, что Анна ей вовсе не интересна. Но это была не большая комната, и осмотр не занял много времени.