Стальная Принцесса (ЛП)

— Я знаю, что ты собственница по отношению ко мне. — он подходит ближе, как хищник. — Не так сильно, как я к тебе, но близко. Единственная разница в том, что тебе стыдно показывать это.
— Перестань вкладывать слова мне в рот. — я свирепо смотрю на него. — Я не сяду в машину, точка.
Он смотрит на меня одну секунду.
Две.
Три..
Он поднимает плечо и направляется к водительской стороне.
Подождите. Он уезжает?
Конечно, он уезжает.
Чего я ожидала от кого-то с его уровнем коварного зла?
Я бегу к пассажирской стороне и со стоном сажусь. Не нужно поднимать взгляд, чтобы увидеть его ухмылку. Я ощущаю это всеми своими костями.
Ублюдок.
Машина набирает скорость на дороге, и я сжимаю бедра. Я все еще чувствительная — и возбужденная — после душа. Вибрации двигателя ухудшают процесс.
Или улучшают — зависит от того, как на это посмотреть.
— И? — я подавляю беспокойство.
— И что?
— Я в этой дурацкой машине. Что за история?
— Я же говорил тебе. — он смотрит в мою сторону. — Сначала ты должна заплатить.
— Заплатить за что?
— Подумай.
Он хватает меня за бедро в том месте, где моя юбка встречается с чулком.
Я пытаюсь оттолкнуть его, но он только крепче сжимает меня.
После некоторого времени тщетной борьбы я сдаюсь и смотрю в окно.
Я стараюсь не думать о его коже на моей. Стараюсь не чувствовать, как его пальцы рисуют сводящие с ума кружочки на внутренней стороне моих бедер.
Это невозможно.
На протяжении всей поездки он выглядит беззаботным за рулем и поддразнивает меня.
Кто-то хорош в много задачности.
Его пальцы прочерчивают дорожки по чувствительной плоти на внутренней стороне бедра. Я ерзаю на своём месте.
Каждый раз, когда я говорю ему остановиться, он просто просовывает пальцы мне под юбку, дразня край нижнего белья.
Я пытаюсь оставаться неподвижной, и он воспринимает это как одобрение, позволяя своему пальцу блуждать по складкам.
С ним невозможно победить.
— Хм, кто-то мокрый.
Я сжимаю губы и пытаюсь сжать бедра. Он играет со мной сильнее.
Эта навязчивость заставляет меня вскрикнуть.
Его глаза устремлены на дорогу, но он все еще сеет во мне хаос.
— Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе пальцем, милая? — я не отвечаю. — Я могу добраться до того места, которое сводит тебя с ума, и заставить тебя кричать на всю громкость, чтобы каждый мог услышать.
— Прекрати, черт тебя возьми!
Я стону, мое лицо горит от напряжения.
Его грязные слова всегда были для меня смертью.
— Хм. Ты должна знать, что чем больше ты говоришь, это... — он погружает в меня два пальца. — Тем сильнее я буду давить.
Я вскрикиваю, чуть не опрокидываясь на сиденье.
О, Боже.
Не знаю, то ли дело в позе, то ли в том, как он проник в меня. Волна подходит так близко, что невозможно бороться с ее интенсивностью.
— Я скучал по твоей узкой киске, милая.
Он врезается в меня, ударяя по сверхчувствительному местечку снова и снова.
Как, черт возьми, он знает мое тело лучше, чем я?
— Видишь, твоя киска знает, что она принадлежит мне. — он не сводит глаз с дороги, пока ведет меня к краю высокого обрыва. — Твоя киска знает, что никто другой не даст ей того, что даю я, но ты продолжаешь бороться с этим.
Он прижимает большой палец к моему клитору.
Я задыхаюсь и хватаюсь за ремень безопасности, сохраняя равновесие.
Я близко.
Я так, так близко, что ощущаю это в воздухе.
— О.. Эйден.. ох, пожалуйста.
— Хм. Ты хочешь, чтобы я позволил тебе кончить, Эльза?
Я мгновенно ненавижу себя, когда киваю.
Он околдовал меня, нравится мне это признавать или нет.
— Тогда, может, тебе не стоило меня злить, а?
Прежде чем я успеваю понять смысл его слов, он убирает руку, оставляя меня опустошенной и страдающей.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами.
Этот мудак только что оставил меня на грани оргазма?
— Я же говорил. — он засасывает свои пальцы — те же самые пальцы, которые только что были во мне — в рот. — Сначала ты должна заплатить.
Глава 15
 
Эльза
Я так расстроена и зла, что не обращаю внимания на то, куда мы едем.
Да, я хочу, чтобы он рассказал мне все. Да, этот придурок знает мое тело больше, чем кто-либо должен знать.
Но разве это оправдание моей сильной реакции на него?
Я должна была оттолкнуть его, а не притягивать, черт бы побрал.
Я выхожу из оцепенения только тогда, когда машина замедляет ход и останавливается посреди ниоткуда.
И я имею в виду в чертовой глуши.
Мои конечности напрягаются.
Это не особняк Кингов или цивилизованный мир.
Нет.
Место кажется пустынным, без каких-либо домов или людей в поле зрения. Единственный признак человеческого вмешательства — это грунтовая дорога, по которой мы, должно быть, добрались сюда.
Бесчисленные сосны стоят вдалеке, почти сталкиваясь с облачным небом.
Единственное здание в поле зрения это похожий на коттедж дом с деревянным строением и небольшим садом перед ним.
Мои лопатки напрягаются, и я лихорадочно оглядываюсь по сторонам, будто ищу помощи.
И, может, мне действительно нужна помощь.
Какого черта Эйден привёз бы меня сюда, если бы не планировал каким-то образом причинить мне боль?
Он выходит и закрывает дверь. Я вздрагиваю от этого звука.
Что, черт возьми, со мной не так? Если бы Эйден увидел это, он бы использовал это против меня.
Когда я не выхожу из машины, он поворачивается ко мне и открывает дверь. Его предплечье покоится на капоте Феррари, когда он смотрит на меня сверху вниз, как на чудо.
С этой точки обзора он такой потусторонний, что несправедливо.
— Ты собираешься сидеть здесь весь день? — он спрашивает.
— Ни за что, черт возьми, я не выйду из этой машины.
Его бесстрастное лицо на месте, когда он говорит отстраненным тоном
— Не волнуйся. Я не хороню их здесь.
Мои глаза почти вылезают из орбит, когда я таращусь на него.
Он разражается смехом, звук эхом разносится по округе, как музыкальный инструмент.
Темный, как ад, инструмент.
Но по какой-то причине меня захватывает этот смех.
В легкости, стоящей за этим.
В честности этого.
Эйден редко смеется, а когда смеется, это обычно часть его маски. Но прямо сейчас? Он выглядит искренне счастливым. Что-то набухает при мысли, что я причина этого.
— Господи. — он тянет меня за щеку. — Видела бы ты свое очаровательное личико.
Я отмахиваюсь от его руки, пытаясь изобразить обиду.
— Это не смешно.
— Нет. Это смешно. — он указывает на дом-коттедж. — Пошли.
Я качаю головой.
— Мы можем поговорить здесь.
Я не получаю предупреждения.
В одну секунду я сижу в машине, а в следующую Эйден отстегивает ремень безопасности и вытаскивает меня. Он кладет одну руку мне под ноги, другую за спину и без усилий перекидывает меня через плечо.
Я так впечатлена его силой и уверенной легкостью, с которой он несет меня, что на несколько секунд теряю дар речи. Все, что я могу делать, это смотреть, как земля движется у нас под ногами.
Как будто я ничего не вешу.
Моя голова ударяется о его спину, выводя из оцепенения. Кровь приливает к лицу из перевернутого положения.
Я бью его по спине сжатыми кулаками.
— Отпусти меня!
Это его не смущает. Ни капельки.
Поэтому я делаю это снова.
Я бью его всеми силами, выкрикивая в его адрес ругательства.
Он не может вести себя как настоящий пещерный человек после всего произошедшего. Он не может отвести меня в свою пещеру, как будто я всегда принадлежала ей.
 
— Отпусти меня!
Шлепок.
Я замираю, боль отдаётся в моей заднице.